Чтение онлайн

Как заправский слуга он подкатил столик с яствами к ногам девушки, которая напряженно сидела на самом краешке огромной постели. Она был голодна, но все же не решалась притронуться к еде, видимо глупая ожидая очередного подвоха. Таяр тяжко вздохнул и начал одну за другой открывать крышки, комментируя названия и составляющие блюд. Аромат от них шел восхитительный, но настырная девчонка, глотая слюни, все равно не спешила притрагиваться к еде.

– Рина, хватит упрямиться. Я не собираюсь травить тебя. – Произнес он, строго посмотрев на девушку.

Выражение подозрительности в невинных серых глазах, заставляло бесноваться его стихию.

– А вы сами разве не голодны?

Он был голоден, раздражающе чертовски голоден, его снедала жажда и не одна, но для спокойствия девушки ей лучше было не знать о характере его желаний. А потому, взяв кусочек телятины, Таяр демонстративно запихнул его себе в рот, тут же беря следующий и поднося его к губам Марины. Она попыталась перехватить кусок, но джинн не позволил ей этого, вынуждая девушку есть из своих рук.

Ощущение порхающего прикосновения ее губ к своей ладони было мукой, сладкой болью, которой он чертов адреналинщик наслаждался. Мимолетный внушающий доверие контакт – это все, что он мог позволить себе сейчас, не считая откровенного пожирающего взгляда, который не скрывал раздирающих его желаний.

Кожа девушки загоралась румянцем под его неощутимыми бесстыдными ласками, но не смотря на это Марина с охотой принимала угощение из его рук. И все же ее мысли по-прежнему оставались закрытыми от него.

Воспаленное воображение Таяра рисовало как ее игривый язычок, украдкой слизывающий сейчас фруктовый сок из уголка губ, подхватывает липкие сладкие капли с его пальцев…

Из груди вырвался не то рык, не то стон, приводя джинна в чувство. Чтобы как-то отвлечься от провоцирующих картинок, он заставил себя сосредоточиться на том, как провести время с девушкой, не кувыркаясь в постели.

Получалось паршиво.

Внезапно, словно читая его самые потаенные мысли, нежные пальчики Рины обхватили его ладонь и притянули к своим губам. Ее язык сначала дразняще повторил неровные свежие дорожки оставленные соком, но, не удовлетворившись этим, начал дотошно вычищать и высохшие засахарившиеся на пылающей жаром коже капли.

Таяр уже готов был взорваться и послать в пекло все свои «благие» намерения и планы, приняв действия Рины за страстное приглашение, когда притягательно-пухлый ротик втянул внутрь его пальцы, и острые зубки стали слегка прикусывать их в такт медленному посасыванию, но одного короткого взгляда в чистые серые глаза девушки оказалось достаточно, чтобы остудить пыл.

Марина наблюдала за ним с какой-то непосредственностью и интересом, словно он был подопытным кроликом, чьи желания она из любопытства милостиво решила исполнить.

«Вот тебе и воробушек!» - мысленно чертыпыхнулся он, сам до конца не понимая природы своего возмущения.

Но вместо того, чтобы показать девчонке, чем заканчиваются подобные эксперименты, Таяр, не задумываясь, как это будет выглядеть со стороны, выдернул руку из нежного плена и бросился к двери, на ходу бормоча что-то про необходимость дать распоряжения слугам.

Чем дальше джинн удалялся от собственной спальни, тем более комичным и непоследовательным ему казалось собственное поведение.

Чего он собственно ожидал? Взгляда искусительницы, томного наигранного приглашения прожженной шлюхи?

Ведь чувствовал, интуитивно, что Рина не очень сведуща в вопросах любви.

Но то, как уверенно она вела незнакомую игру спутало все мысли в его голове, одновременно возбуждая и подпитывая ярость, стоило ему представить, что девушка могла вот так же ласкать кого-то другого.

Может, увидь он в ее глазах отражение того же жара, что сжигал его пока он представлял, а потом получал желаемое, то не повел бы себя так по-идиотски, но нет, ей было просто интересно…

Таяр засмеялся, да уж, его уделали, и не кто-то всемогущий, а простая человеческая девчонка.

– Марина, Рина, Риночка, Воробушек, что же мне с тобой делать? – Все еще усмехаясь, произнес он в пустоту коридора.

И словно в ответ в голове зародилась решение его недавней дилеммы, он не умел ухаживать, поскольку ранее для того, чтобы завоевать девушку ему не требовалось прикладывать усилий, но, в конце концов, он был джинном и никто лучше его не мог воплотить любой каприз Рины в жизнь. Нужно было только подтолкнуть Воробушка саму подсказать ему, как завоевать ее душу, и у Таяра была отличная идея, как это сделать. Он предложит девушке сделку, от которой она просто не сможет отказаться.

Но прежде чем вернуться к ней и продолжить столь увлекательную игру, ему действительно необходимо было решить пару хозяйственных вопросов.

– Саид!

Словно тень, следующая за ним в ожидании призыва, демон тут же материализовался перед Таяром.

– Да, Господин.

– Избавься от всех проклятых в замке, я не хочу, чтобы Рина, на кого-нибудь из них случайно натолкнулась.

– Но…

– У тебя есть, что возразить? – Таяр с вызовом приподнял бровь, прожигая слугу чернотой своих глаз.

– Я бы оставил хотя бы пару-тройку девушек, парням на развлечение, да и прибираться должен же кто-то, – ответил спокойно Саид.

– Хорошо, оставляй двоих, остальных на курорт к папочке, только предупреди, чтобы на глаза не попадались, иначе ни одна не доживет до перевоплощения.

– Это все, что желает, Господин?

– Нет. Нужен новый полный гардероб для нашей гостьи, и, Саид, не слишком откровенный. – Получив, утвердительный кивок от демона, Таяр отпустил его.

Вопреки намерению держаться от девушки подальше, пока слуга не исполнит его указаний, Таяр с удивлением обнаружил, что снова стоит у своей комнаты, словно куда бы он ни шел, все время возвращался к одному и тому же притягивающему как магнитом месту.

Марина с упоением смаковала ощущения, разливающиеся внутри, лишь слегка кивнув в удаляющуюся спину Таяра, когда он стремительно сбежал от нее. В обычном состоянии она бы уже давно измучила себя самобичеванием, что сделала что-то не так или не то. Но сейчас ошеломление было настолько сильным, что все вокруг казалось второстепенным, а уход мужчины даже в какой-то степени желанным.

Она испытывала настоятельную потребность разобраться в себе, вернее в том, что только что случилось. По ее мнению, это было самым настоящим помрачением рассудка.