Чтение онлайн

— Мы не можем, — взмолилась она.

— Можем, — проворчал он выдыхая у ее горла, его голос отозвался гулом, прошедшим по всему ее телу, отчего она задрожала.

Он почувствовал это, и не собирался останавливаться, его рот вернулся к ее губам, и он поцеловал ее снова.

На этот раз она не боролась, ее губ коснулась улыбка, они раскрылись, и он проскользнул внутрь языком.

Вот и все. Она проиграла свой бой и согласилась с гимнастикой в животе, которая опять делала сальто, так разогрелась и так радовалась, предвкушая удовольствия.

Восемь лет горя и тоски выливались из нее, и она целовала его так, ведя боевые действия своим языком с его, ее руки блуждали по его телу, по спине, вниз к бедрам. Она почти забыла, насколько сильное у него тело, накаченное, мускулистое. Она вытащила его рубашку из джинсов, желая почувствовать его кожу, чтобы ей ничего не мешало. Ее руки скользнули под рубашкой, проходясь по талии и вверх по спине.

Его кожа была очень горячей на ощупь.

Ее ощущений было слишком много и все происходило слишком быстро. Она почувствовала жжение в горле, ее тело все горело от его прикосновений.

Его губы не покидали ее, доставляя ей пьянящий поцелуй, его руки поднялись к ее груди, он стал ласкать сосок подушечкой большого пальца. Она выдохнула ему в рот, мощные волны удовольствия прошлись прямо через нее.

От ее выдоха, он углубил поцелуй, который становился все более диким и требующим. Годы ее тоски превратились в облегчение, что он жив, дышит, опять с ней, снова дотрагивается до нее, целует.

Но на этот раз ее руки и губы стали более настойчивыми, требовательными, а пальцы стремительно пробегали у него по коже, двигаясь к его животу, вниз под джинсы, пока она не почувствовала его твердый член в своей ладони.

Слезы показались у нее из глаз, и тихо скатывались по вискам, он оторвался от нее со стоном от ее прикосновений, и скользнул к ее уху.

— Ты все еще хочешь остановиться? — его голос стал низким и грубым от возбуждения, но он ждал ответа, словно он готов был отстраниться, если она этого захочет.

Она не ответила, не могла.

Его руки сжали ее грудь, его большой палец кружил по соску, вызывая в ней бурю эмоций.

— Останови меня сейчас, Лили, это будет твой единственный шанс.

Все еще не в силах говорить, она отрицательно покачала головой, Нейт даже не смутился. Его рот накинулся на нее в обжигающем поцелуе, обе его руки опустились к ее бедрам, прижимая к себе, ее рука, по-прежнему была между ними, тесно прижатая к его возбужденной эрекции.

Так же быстро, как и все произошло, он отпустил ее бедра, его губы и язык проходились вниз по ее горлу, к уху, по ключице, к краю ее бюстгальтера. Он приподнял голову, одной рукой задирая ее юбку вверх к бедрам и не останавливаясь его рука скользнула между ее ног, его губы накрыли ее сверхчувствительный сосок через ткань, его пальцы, прижимались к шелковой ткани ее трусиков, соблазнительно потирая, ее тело, затаилось в ожидании и начало вибрировать, ожидая что он прикоснется там к ней.

— Нейт, — выдохнула она с удивлением.

Она забыла, насколько хорошо это было. Ей казалось, что она помнила, но она забыла.

Он приподнялся, поцеловав ее снова, его рука двинулась кверху ее трусиков и нырнула внутрь.

— Я ждал целых восемь лет, чтобы услышать, как ты произносишь мое имя снова.

У Лили перехватило дыхание от его слов, в его голосе слышались хрипловатые нотки желания, его палец нашел ее бугорок и закружил. Она схватилась за него, по ней прошлась словно спираль из тока, его губы все еще касались ее, но он не поцеловал, а внимательно смотрел ей в глаза.

— Повтори, — потребовал он.

Ее глаза были закрыты, она хотела сосредоточиться на ощущениях своего тела, но от его слов они распахнулись встретившись с его черными глазами, сверлившим ее своим взглядом.

— Скажи это еще раз, Лили, — скомандовал он.

Она прикусила губу, и его рука сдвинулась ниже, палец медленно, не торопясь скользнул внутрь, и от ощущения наполненности, даже всего лишь его пальцем, она не могла сопротивляться.

— Нейт.

Он стал целовать ее страстно и жестко, пока его рука двигалась у нее между ног, она выгибалась и прижамалась к ней, целуя так же страстно его в ответ с отчаянным желанием.

Затем без предупреждения его голова дернулась вверх, большой палец опустился на клитор, а другой вошел глубоко внутри нее.

— Черт, — выругался он, его рука задвигалась быстрее, но нежно, затем он вышел, чем заставил ее застонать от удовольствия, перемешанного с разочарованием.

Он быстро двигался, толкая ее вместе с собой. Она ошалела от страсти, ее ноги так дрожали, что ей пришлось обхватить его за талию.

— Нейт, — прошептала она неуверенно, пока одна его рука находилась внутри нее, а другой рукой он отдернул платье, возвращая его на место.

При звуки своего имени он посмотрел ей в глаза и довольная ухмылка, появилась в уголках его губ. Его глаза горели ответной страстью, и она громко втянула в себя воздух.

Он быстро прижался губами к ней и прошептал:

— Кто-то идет.

И прежде чем эта пугающая мысль дошла до ее затуманенного от желания мозга, прежде чем она успела убрать свои ноги, обхватывающие его талию, прежде чем она смогла выбраться из-под Нейта, дверь распахнулась и на пороге появился Фазир.

Ее добрый друг застыл, сделав два шага вперед, увидел Лили, впившуюся в Нейта, и Нейта цепляющегося за Лили.

Фазир уставился на них с ужасом в глазах.

Прежде чем он успел вымолвить хоть слово, Наташа ворвалась в комнату за ним.

— В чем дело? — невинно спросила она, счастливо улыбаясь на своих родителей, которые теперь были вместе, и казалось любовно обнимали друг друга.

Лили все еще не отошла до конца от произошедшего. Оба не отошли к счастью или к сожалению, в зависимости от того, как на это посмотреть, но Нейт быстрее взял себя в руки и без колебаний объяснил, хотя голос у него был еще немного хриплым от страсти:

— Твоя мать просто поблагодарила меня за комнату.

При этом Нейт крепко обнял ее за талию, прежде чем она решит сбежать. Лили увидела, как лицо Фазира стало просто пурпурного цвета, таким же, как стены в его спальне.

Наташа совершенно спокойно восприняла это объяснение. Для нее было, действительно, вполне закономерно, что Лили захотела поблагодарить Нейта за такой широкий жест.

— Мы идем на ужин или как? — спросила Наташа, наклоняя голову в сторону. — Я проголодалась, — продолжала она, прежде чем ее мать смогла сделать ей замечание за такую грубость.