Чтение онлайн

— С обедом справятся ваши служанки. Хозяин Дома Гостя выдаст им нужные съестные припасы. Вы сами способны им озвучить свои предпочтения в еде. Вам, ваше Высочество, они приготовят всё, что пожелаете!

— Хорошо, но недолго. Я хочу, чтобы вы присутствовали на обеде. И, пожалуйста, гесса Айнар, будьте осторожны…

Анна молча кивнула в знак согласия. Марика почтительно поклонилась и тихонько отступила вглубь зала.

Через четверть часа молодые женщины медленно шли по улице посёлка, продуваемые со всех сторон свирепыми порывами ветра. Сгорбившись, передвигая с трудом ноги и утопая в наметённых бураном кучах снега, они упрямо двигались вперёд. Лохматая занавесь из снега трепыхалась у них перед глазами и идущие опасались заплутать в этой снежной круговерти. Пройдя метров двести, через белую пелену, женщины увидели тёмные силуэты людей, идущих им на встречу.

Поравнявшись с ними, уставшие женщины переглянулись друг с другом и хотели молча обогнуть мужчин, продолжая свой путь, но им этого не позволили, став у них на пути.

— Человечки! Ваши мужчины — глупцы! Им ваша жизнь не нужна? Вы — слабые! Куда идёте? Умереть?

— Это наше дело куда идти, когда умереть и какова тому причина. Отойдите в сторону! — хлёстко и громко выкрикнула Марика.

— Смелая человечка! Мы проведём вас куда надо. Нельзя одним идти. Ветер усиливается — простыми, короткими фразами эти «великаны» — оборотни дали понять — намерения их добрые.

— Марика! Отказываться глупо — и Анна первая ухватилась за рукав более плотного оборотня в бурой куртке.

Марике ничего не оставалось делать, как подчиниться. Она указала рукой вперёд и произнесла:

— Дом Баси в конце улицы. Нам туда. Придерживайтесь левой стороны.

Идти стало значительно легче. Мужчины шли чуть впереди, как будто прокладывали секретный фарватер для кораблей в снежном море завирухи. Их большие, широкие спины служили щитом от ветра.

Но вот Марика крикнула:

— Мы пришли. Нам сюда — и указала рукой на занесённый снегом домик.

Найдя дверь, мужчины расчистили от сугробов проход.

Марика кулаком забарабанила в дверь.

— Бася! Открой дверь. Бася, ты меня слышишь? — громко призывала хозяйку дома Марика. За дверью была тишина.

Тогда в дверь забарабанил один из мужчин — оборотней. Прошло пару минут, прежде чем им её открыли.

Пришедшие неуверенно переступили порог. Марика, хорошо знавшая этот дом, пригласила всех пройти на кухню. Поставив корзинку на табурет, стала выкладывать её содержимое на стол.

Всем было понятно — дела обстояли хуже некуда! Хозяйка дома обессилила. Бессонные ночи и болезнь сына, волнение за мужа довели Басю до изнеможения. Она еле стояла на ногах, была бледна, говорила тихо, к происходящему у неё на кухне была равнодушна. Марика, усадив женщину, покормила её и отправила спать. Убедившись, что мальчик спокоен и спит, Марика пригласила всех за стол выпить напитка гельта. Все были подавлены увиденным.

— Я не дам умереть ни Басе, ни её сыну! Если можете проявить участие в их судьбе, то помогите мне. Нужно принести снега и его растопить. Запас воды в доме не помешает, а ещё… Взгляд Марики скользнул по давно потухшему очагу, и она продолжила: — «Надо дров и горючего камня в дом принести».

— Где взять? — спросил один из «великанов».

— За домом прилеплена маленькая пристройка охотника. Бася хранит там много чего. Найдутся и дрова, а я приготовлю поесть. Им этого хватит на два дня. Айнар, тебе поручаем важное дело — присмотри за малышом Лагертом. Пусть его мать выспится! Басе надо дать время отдохнуть и набраться сил.

Марика и не заметила, как стала отдавать приказы, но никто не высказал ей своего недовольства и не перечил.

Анне указали на деревянную ширму, за которой стояла широкая кровать. В тусклом свете огонька-ночника, как его здесь все называли, Анна увидела накрытое шкурами тело мальчика. Анне хватило пары минут, чтобы рассмотреть больного сына Баси.

Он лежал с широко открытыми глазами, глядя в потолок. Из его груди вырывалось сиплое учащённое дыхание. Мокрые, тёмные волосы облепили лицо и шею. «Бедный мальчик! Никто не заслуживает таких страданий, а за что страдает он, только их богам и ведомо. Ему бы антибиотики сильные, да тут лекаря хоть какого днём с огнём не сыскать… Эх! Магия есть, а аптек нет! Чёрт бы их всех побрал!» — и Анна отвернулась. На глаза набежали слёзы.

Детей Анна любила и всегда желала их иметь, вот только не получалось это сделать с любимым ею мужчиной. Саша был поглощён работой и карьерным ростом, а она посвятила всю себя ему. И вот теперь, глядя на юного отрока лет двенадцати, она с ужасом осознала, что было бы, если в её мире остался ребёнок. У Анны сжалось сердце от одной этой мысли. «Нет! Я не дам этому мальчику умереть!» Вернулась на кухню и приказала тоном, не терпящим возражений: «Марика! Все травы, которые есть в этом доме — быстро на стол! Мёд и кипяток, а так же снег! Хорошо бы твоей настойки ему дать. Если сейчас ничего не сделаем, мальчик покинет этот мир. Я хочу ему помочь. Не знаю получиться ли, но я попробую сделать кое-что, как это делают у нас…»

Обернулась к мужчине — оборотню.

— Вы знаете местные травы, расскажите мне о тех, которыми лечат жар, слабую грудину и придающие силы больному. А — ещё для сна.

Марика быстро нашла жбаны с сухими травками. Оборотень молча открывал глиняные крышки, нюхал сухие травы, растирал в пальцах и раскладывал по кучкам. Коротко объяснил:

— Это — от жара. Бурый мох — грудина. Смешанные травы — сила. Анна не спрашивала более ни о чём. Заварила три горшочка с разными травами и отставила их настаиваться. Подойдя к постели, откинула шкуры в сторону. Попросила приподнять мальчика. Взяв снег, начала растирать им грудину. Марика, увидев это, удивлённо «ойкнула», но не мешала Анне. Замотав снег в холстину положила на лоб и на основание шеи. Напоила мальчика из ложки настоем трав из первого горшочка. Затем ловкими движениями рук стала осторожно массировать грудь мальчика. Прошёл час. Анна перевернула мальчика на правый бок и легонько стала похлопывать по спине. Мальчик закашлял. Анна вновь напоила его раствором из трав уже со второго горшочка. Укрыла его вновь шкурами и стала ждать. Начался новый приступ кашля. Теперь Анна потребовала Марику поискать настойку. Через четверть часа поисков, Марике удалось её найти в погребе. С большим трудом Анне удалось влить пару ложек в рот Лагерту. Ещё через минут пятнадцать мальчик затих и на его щеках заиграл румянец. Для всех неожиданностью стали его слова, которые он произнёс на удивление громко и чисто:

— Ты — ведьма? — обратился он к Анне.

— Нет, но я бы не отказалась ею быть — Анна улыбнулась и потрогала его лоб.

— Знаешь, парень, ты всех здорово напугал, но дело пойдёт на поправку. Я в это верю! Ты сильный, Лагерт. Тебе многое предстоит ещё сделать в этой жизни. А вот помнить этот день ты должен всегда и не забывай того, кому ты обязан жизнью.

— А кому я обязан?

— Двум оборотням, которые помогли нам сюда прийти.

— А тебе?

— Нет, милый, ты мне ничего не должен. Спи и набирайся сил.

— Спой мне, ведьма.

— Хорошо. Только не называй меня «ведьмой».

— Ты — ведьма! Ведьмы красивые.

Анна обернулась к Марике:

— Это ж надо — от стола два вершка, а туда же…

Она тихо запела «За печкою поёт сверчок..», поглаживая мальчику слипшиеся волосы. Не дослушав колыбельную, мальчик уснул. Его дыхание выровнялось, грудь спокойно поднималась. Приложив пустую кружку к груди, Анна припала к ней ухом, прислушалась.

«У мальчишки воспаление лёгких! Чем же я помогу? Сейчас я только облегчила болезнь на короткое время» — Анна с досады поморщилась. Это не осталось не замеченным оборотнем.

— Смерть заберёт его? — он ждал ответа.

— У меня нет с собою лекарств нужных ему. Я облегчила его болезнь, но она не ушла, спряталась в его груди и пожирает тело. Единственное, что его может спасти — любовь матери и сила его юности. Болезнь эта коварна и лечится долго.

— У людей нет шамана? Лекаря?

— Я не знаю. Я здесь чужая. Много непонятного для меня в вашем… — и Анна оборвала мысль. Быстро перевела разговор в другое русло.

— А как живёт среди этих снегов ваш народ? Чем вы лечитесь?