Чтение онлайн

Глава 14, о доверии и настоящих друзьях.

На следующее утро каникулы Тани продолжились: во дворце был устроен большой приём. С самого утра небо гудело от наплыва гравикортов и космических шаттлов, по широким просторам парков и садов расхаживали группы разнаряженных эльфов, прибывших с женами и детьми.

Все тренировки с собаками были, естественно, отменены, псы лорда, кроме Тани, были заперты в вольерах, пиллок закрыт, а по территории полигона расхаживали любители псовой охоты и собак, ведя разговоры с главным кинологом псарен дворца. По случаю наплыва высоких гостей Тьерр был облачен в официальный костюм, похожий на смокинг: руководитель псарни и по совместительству - главный егерь дворца, был служащим самого высокого ранга в мире эльфов, у которых охота считалась одной из важнейших национальных традиций. Сейчас эта традиция была доступна только самым богатым людям, что поднимало статус егерей и профессиональных охотников еще выше. Обычно эти должности занимали иномиряне, частенько - выходцы из миров, в которых понятие «аристократия» давно исчезло из словарей, так что высокородные эльфы относились к таким профессионалам своего дела уважительно, принимая их в свой ближний круг. Личные комнаты Тьерра располагались на том же этаже дворца, что и покои семьи лорда, только в противоположном, гостевом крыле.

Мия сопровождала Люка, переходя вслед за ним от одной группы гостей к другой, снисходительно терпела внимание посторонних эльфов и поглаживания их рук. Дети гостей быстро вызнали у местной детворы, что большая рыжая собака лорда совсем не кусается и любит играть, и тоже старательно затискивали Таню, но Люк не оставил её с детьми - он хотел всем продемонстрировать свою красавицу. Таня, как и прежде, внимательно вслушивалась в слова и пыталась угадать смысл фраз по отдельным известным ей словам, выражениям лиц и жестам собеседников. Вот один из придворных, постоянно живущих во дворце, рассказывает о чём-то парочке гостей, посматривая на Таню: она слышит своё имя, слышит часто произносящиеся детьми слова «игрушка», «забава», видит лёгкое презрение на лице рассказчика, а потом все дружно поворачиваются в сторону реки и заливисто смеются. Совершенно ясно, что мужчина назвал Таню красивым, но бесполезным украшением дворца, и поведал о её беспримерной трусливости, о том, как её загнал в реку маленький дикий поросёнок.

А в другой группе все лица хмурые и напряжённые - там идёт ожесточенный спор и явно не о преимуществах соколиной охоты над псовой. Тане доводилось слышать урок, в котором ребёнку доступно объяснялось устройство общества, и словосочетания «беднота», «основное население», «жители мегаполисов» были ей знакомы, а с экранов голографических телевизоров неоднократно слышалось про «социальные конфликты». Сестра Люка с малышкой-дочерью на руках с решительной широкой улыбкой подошла к этой группе спорщиков и разговоры про конфликты стихли, сменившись знакомыми Тане фразами о хорошей погоде и здоровье детей.

Вежливо улыбаясь, Тьерр выслушивал сотый рассказ о том, как некто завалил на охоте во-ооот такого свирепого медведя одной стрелой, выпущенной из простого деревянного лука, доставшегося в наследство от прапрапрадедушки. Он стоял с группой из десятка человек у тренировочного полигона и мечтал, как после приёма уйдёт в лес с собаками, чтобы просто погулять под зеленым шатром шелестящих листьев и спокойно подумать. Его родному миру в процессе эволюции удалось избежать ужасов урбанизации и экологических катастроф, его родная планета сохранила свои уникальные флору и фауну, её жители не испортили прелесть своего сине-зелёного мира.

«Моему роду свойственно беречь природу, мы ближе к ней, чем другие расы, и никогда не согласимся жить в каменных клетках небоскребов, поэтому никогда и не строили их», -думал Тьерр. Он скучал по своему дому, но работа есть работа и следует выполнять её хорошо, поэтому он продолжал вежливо улыбаться и согласно поводить плечами, какие бы глупые, фантастические байки ни рассказывали его собеседники. Его жёлтые глаза тем временем цепко вглядывались в их лица.

– А на пернатую дичь вы охотитесь?
– спросил его один из гостей.

– Да, в своре есть легавые, ретриверы и спаниели.

– В кустах у реки я слышу крики уткоров*. Предлагаю выпустить нескольких собак, чтобы вспугнули птиц нам под выстрел, - азартно предложил гость и его дружно поддержали окружающие.

Тьерр напомнил, что масштабная охота назначена на послеобеденное время, что на территории дворца пользоваться оружием запрещено и никто его гостям не выдаст, но азартные охотники отправились к Люкиэлю с просьбой рассмотреть их предложение. Люк дал добро на небольшую охоту перед застольем, Тане подумалось, что он по примеру сестры увидел в этом возможность пресечь неприятные разговоры о политических проблемах. Вопрос с оружием решили просто: участникам выдали лёгкие травматические пистолеты, не способные нанести урона здоровью людей и эльфов, но при метком попадании способные поразить насмерть небольшого уткора. В итоге невдалеке от берега собрались почти все гости, пришли даже женщины, оставив малышей на детской площадке под присмотром андроидов и немногих нянек. Дело осталось за собаками, за которыми Тьерр отправил Маркуса.

– А собаку лорда вы задействовать не хотите? Сколько вы с ней уже занимаетесь? Месяц-два? И всё безрезультатно?
– ехидно осведомился у Тьерра руководитель большой производственной компании.

– Напротив, Мия делает заметные успехи, - невозмутимо и честно ответил Тьерр.

– Наслышан!
– хохотнул промышленник и весёлые смешки гостей зазвенели над поляной.

– Мия же водоплавающая - как раз подойдёт для охоты на уткоров, - насмешливо заметил отчим Люка.

– А главное - не испугается маленькой подбитой птички, - вторили ему другие смеющиеся голоса.

Люк нахмурился при обидных высказываниях о любимой питомице, и его дядя успокаивающе похлопал его по плечу:

– Мы же просто подтруниваем, Люк. В недочётах дрессировки виновата не собака, а её инструктор. Это камни в огород Тьерра и Набарра, а не Мии.

Таня легко сообразила, что продолжается веселье по поводу её великой трусости. Не будь она человеком, могла бы и обидеться, а так совершенно не собиралась переживать из-за того, что она, восемнадцатилетняя землянка-горожанка, испугалась прущего на неё иномирного кабана. Пусть маленького кабана, но зато дикого, злобного и не являющегося приверженцем мирного урегулирования конфликтов.

Привели пятерых собак, возбужденно подрагивающих от вида большой толпы незнакомых людей. Зрители образовали полукруг невдалеке от места действия, а желающие пострелять в невинных пташек выдвинулись вперёд вместе с Маркусом и его товарищами, держащими на поводке подружейных** собак. Тьерр стоял рядом с Люком во главе группы зрителей, Таня мирно сидела у ног хозяина, не проявляя желания присоединиться к охотникам, чем вызвала новый град тихих насмешек в свой адрес. Когда спустили собак и те нырнули в высокую прибрежную траву, наступила выжидательная тишина, нарушаемая лишь звуками живой природы: шелестом камыша, плеском воды, пением птиц в вышине, стрекотом насекомых и... еле уловимыми чуткими собачьими ушами шуршащими звуками, словно кто-то ползком пробирался по сушняку.

Таня навострила уши, пытаясь разобраться в природе этого шороха. Звук доносился издалека, с того высокого крутого обрыва, что огибал излучину реки. Там росли высокие сосны, землю под ними покрывала длинная сухая хвоя, треск которой и слышала Таня. По этой хвое в сторону обрыва шёл кто-то маленький... вот этот маленький споткнулся и дальше пополз на четвереньках...

Тут воздух над рекой сотряс слаженный выстрел нескольких пистолетов, и Таня вихрем понеслась вдоль берега в противоположном от охотников направлении. Её бегство вызвало гомерический хохот гостей, а Люк сказал с укоризной:

– Тьерр, я помню, что ты ещё в день покупки предупреждал меня о трусости Мии, но с этим надо что-то делать.

– Да-да, лорд, конечно, - рассеянно ответил Тьерр, напряженно хмурясь и смотря вослед улепётывающей собаке. Он не слышал пренебрежительного фырканья гостей и советов

сменить тренера для Мии, он раздумывал над тем, что собаке лорда уже доводилось слышать выстрелы на полигоне во время дрессировок, и если в первые дни она вздрагивала при резких звуках, то потом научилась их игнорировать, сосредотачиваясь на поставленных перед ней задачах.