Три жизни Тани
Шрифт:
Запретив себе паниковать и отойдя подальше от источника сильного запаха, Таня сосредоточилась на своём человеческом опыте существования.
«Я вижу и слышу, этого достаточно!» - заверила она себя.
Увы, самовнушение помогало слабо. Таня чувствовала себя в лесу, как слепец на оживлённой улице, старающийся добраться до места назначения, рассчитывая лишь на слух и осязание.
Шорох в кустах - сигнал опасности или нет? То птица вспорхнула или хищник приготовился к атаке?! Нюх ни подтверждал, ни опровергал её страхов, а разглядеть, что творится за зелёной порослью, было невозможно.
В каком направлении река? Плеска волн Таня не слышала, с какой стороны вчера приковыляла на поляну - не помнила! Не улавливая запаха влаги, она рисковала пойти не в ту сторону.
«Вчера я пришла сюда вечером и солнце всю дорогу светило мне прямо в лицо - я это помню, - сосредоточилась Таня. Она мелко дрожала, припав к земле, и боялась высунуть морду из травы.
– Сейчас утро, следовательно - солнце должно находиться на противоположной стороне небосвода. Итак, я шла вчера с востока на запад, и солнце было на западе. Сейчас мне надо идти с запада на восток, а поскольку наступило утро, то солнце опять должно светить мне в лицо».
Закончив рассуждать, она заставила себя подняться и быстро потрусила вперёд, ежесекундно оглядываясь, прислушиваясь и проклиная впитавшийся в шерсть мерзкий запах. К счастью, разум не подвел несчастную человеко-собаку, и вскоре перед ней засверкала река. Таня с разбега плюхнулась в волны, потом покаталась по прибрежному песку и вновь кинулась в воду, смывая с себя запах норы. Вспомнила, в каком направлении бежала река перед дворцом, сориентировалась и пошла вниз по течению реки, пробираясь по кустам и под нависшими ветвями деревьев - выходить на открытое пространство она опасалась.
«На месте Клисса я бы подстерегала себя как раз у берега реки, ведь для меня это единственный верный путь отыскать обратную дорогу, - говорила себе Таня.
– Почему ему так пригорело меня убить?! Боялся, что кто-нибудь заподозрит мою разумность и переводчик мне полноценный поставит? Или что я за этот год на хорошем уровне язык выучу и смогу без переводчика с полицией пообщаться? По обоим пунктам верно боялся, гад, вы с Набарром у меня еще попляшете!»
Глава 22, о раскрытии дела и возвращении домой.
На крейсере всекосмической полиции имелся весь спектр криминалистических лабораторий, всё необходимое магическое и техническое оборудование. Хвар, Грон, Найл Лэйкан, глава технико-магических экспертов замерли под гигантским сферическим куполом помещения, предназначенного для просмотра объемных голограмм. После недолгих манипуляций Найла с роем его стереокамер микронного размера, все осматривали возникшие вокруг площадки стены склепа и его потолок, поднимавшийся почти к самому куполу. Родовая усыпальница лордов мира Маэль предстала перед полицейскими, как наяву. Складывалась полная иллюзия того, что их небольшая группа в самом деле замерла на мраморном полу ещё не разрушенного склепа, если только не прикасаться к предметам и не видеть, как руки свободно проходят сквозь стены гробницы и крышки саркофагов.
Все напряженно следили за фигурой Гордеона Ирса, закончившего рассеяние микрокамер по периметру помещения и произнёсшего вслух:
– Спасибо, Найл, за эту возможность оставить вам послание. Не вся головоломка сложилась у меня с этим делом, а наличие необъясненных странностей - это всегда большой риск для тайного агента. Как видишь, благодаря тебе мне удалось снять охранки с окон и стен, а прежде, чем приступлю к интересующему меня саркофагу, хочу посоветовать: следующую партию камер постарайся сделать устойчивой даже к ядерному взрыву.
– Ха, легко сказать! Сам сделай!
– тихо фыркнул Найл и замолчал, вслушиваясь в дальнейшие слова:
– Видишь ли, обнаружил свежайший след, когда явился сюда, и своевременно демонтировал взрыватели, прикрепленные к ампулам с антивеществом. И детонаторы и ампулы я спрятал в схроне номер три, его координаты известны Амели, Грону и Хвару, так что они найдут там вещественные доказательства, уличающие личного телохранителя лорда Микэля - это Вориэль планировал взорвать склеп. Не знаю, где он раздобыл антивещество, но вряд ли успеет за сутки достать новую порцию, а простой взрыв твои камеры должны пережить, ты обещал. Отчего-то мне кажется, что в этом склепе еще произойдёт немало интересного - это удалённое место, не охраняемое, внутренних камер до моего появления не имевшее, зато заключающее в своих недрах важную улику. Словом, капкан я расставил, посмотрим, кто в него угодит. Сейчас попробую взломать гробницу Мориэля и зафиксировать на магический амулет все имеющиеся на теле прежнего лорда магические следы - пусть потом маго-техники разбираются и делают выводы, если само тело сберечь от уничтожения не удастся, хоть я постараюсь укрыть его максимальной защитой: твои «игрушки», Найл, мне в помощь.
Зрители увидели, как Гордеон отошёл к саркофагу и всё, что произошло вослед: неудачная попытка проникновения (вызвавшая злобные ругательства у Хвара и Найла), примчавшихся эльфов с охраной, розыск взломщика с собаками.
– Сотрите-ка, собака лорда прикрыла шефа!
– изумился Хвар, недоверчиво подходя ближе к иллюзорной копии рыжей колхи.
– Сознательно прикрыла, голову заложить готов! Вы гляньте на её морду - она отлично распознала запах литэйра, но не подошла к нему!
– Шеф же говорил, что сильно сомневается в неразумности этой собаки, - напомнил Грон.
– Но генетики не нашли в образцах её крови и тканей ничего подозрительного! Ладно, отыщем собаку - попробуем пообщаться с ней, всякое в мире бывает.
Голограмма демонстрировала и озвучивала суету в склепе, потом сменившую её безлюдность и тишину. Найл поставил запись на ускоренную перемотку до первого движения, и в кадре возникли отчим и дядя лорда Люкиэля, раздраженно обсуждающие неудачное покушение на литэйра и чёртову колхи, что разрушила тщательно продуманные планы. Затем явился сам литэйр, и его товарищи, затаив дыхание, следили за разворачивающейся драмой.
Вот Люк захохотал и двинулся за литэйром, готовя новое заклинание взамен бесцельно ушедшего в плиты пола. Преследователь и преследуемый достигли порога передней проходной залы и исчезли из зоны видимости камер. В опустевшем склепе раздался и смолк звук рёва большого животного, донесся стук двери, мало разборчивые крики за пределами каменных стен. Затем голограмма мигнула, начала хаотично отражать куски голубого неба, перекрытого магическим куполом, зелень травы - словно калейдоскоп разрозненных осколков закрутился вокруг зрителей. Затем картинка выровнялась: все микрокамеры согласованно демонстрировали голубое безоблачное небо, обнажающееся в прорехах ломающегося купола, транслировали грохот от его распада и приближения шаттлов всекосмической полиции. В зону обзора попало мрачное лицо призрачного Хвара, и Найл остановил показ.
Некоторое время все молчали. Хвар встряхнулся первым и жёстко произнёс:
– Ясно, почему литэйр не выходит на связь - он пленник на втором шаттле. Надо немедленно сообщить это группам, которые шерстят пространство в поиске беглецов! А спэйсмаршалу сообщить о близком окончании расследования. Мы узнали, кто является главой преступного синдиката, и теперь ухватим змею за голову. Спэйсмаршал при наличии такой записи откроет для нас все возможности, мы обложим гадину со всех сторон, узнаем про всех его сообщников.