Три жизни Тани
Шрифт:
При включении света собаки в вольерах оживились, некоторые подняли вой. Их завывания вызвали смех людей. Посетители тыкали руками в сторону псов, обсуждали сильные и слабые стороны различных пород и конкретных собак, имеющихся в клубе, начинали обговаривать возможные ставки на бои в этот вечер. Таня понимала всё, что говорилось в клубе - беседы велись исключительно на всеобщем языке, другого наречия она в темных мирах до сих пор не слышала. Поняла Таня и то, в какую лихую беду она попала, когда её купил Кравен: в клубе устраивались собачьи бои, и все битвы шли до смерти одного из бойцов... В страшном сне не могла она себе представить, что разумные существа могут творить такие зверства, так измываться над теми, кто слабее их.
«Я рабство не могла себе представить таким, каково оно есть, только в книгах о нём читала, но реальность гораздо, гораздо хуже любых описаний в любых книгах! Ненавижу, ненавижу их всех: и тех, кто содержит такие заведения, и тех, кто приходит в них! Ненавижу рабовладельцев, браконьеров, негодяев всех мастей!» - заметалась Таня по клетке. Остановилась и посмотрела на неподвижно лежащего чёрного пса, развернувшегося мордой к арене внизу. Сколько боёв было в его жизни? Сколько он уже здесь? Раз руководство клуба озаботилось подысканием подходящей пары для него, то он принёс много денег хозяевам заведения. Много раз выходил на арену, чтобы победить или погибнуть, убить или быть убитым.
На Таню невольно нахлынула жалость. Пёс доказал ей, что не является злобным монстром по натуре, и если бы его не вынуждали драться не на жизнь, а на смерть, то он никого никогда не загрыз бы. Таня была непоколебимо уверена в этом: слишком спокойный и какой-то благородный вид был у Чёрного, от него не пахло агрессией, а лишь такой же ненавистью к своим владельцам, что испытывала и Таня, а ещё - жалостью к собакам, обреченным на смерть.
Оставшись стоять у передней стены, чтобы ясно видеть, что происходит внизу на арене, Таня дождалась выхода первой пары собак. Противников ввели на круглый ринг с противоположных сторон, удерживая их в энергетических сетях, и на огромном экране за ареной высветилась стереотрансляция этой картины.
Под приветственные вопли толпы псов провели по кругу, подвели близко друг к другу и дали возможность вволю порычать на соперника, поскалить зубы и ощетиниться, выполняя стандартный собачий ритуал перед вступлением в бой. Стоящий на высоком постаменте за оградой арены конферансье громко выкрикивал:
– Встречайте героев вечера: Коршун - мощный кобель рыже-серого чепрачного окраса, выставляется на бой известнейшим любителем собак Морилом Нигсом! И его знаменитый соперник Рок - сто килограмм мускулов под сине-белой шерстью, выставляется на бой клубом «Хвостатый боец»! Делайте ваши ставки, дорогие гости! Посмотрите внимательно на стати обоих псов, вспомните их прежние великолепнейшие сражения - и примите взвешенное решение. Я желаю каждому из вас стать более богатым на выходе из клуба, чем на входе в него! У нас побеждают самые знающие и прозорливые профессионалы-собаковеды!
Под дальнейшие рекламные слоганы, подзуживающие посетителей всё сильнее повышать ставки, доказывая свою «прозорливость» и «великое умение разбираться в собачьей породе», псов развели на стартовые площадки и принялись раззадоривать на бой, тыкая в них палками, пуская болезненные импульсы по энергетическим сетям, пока оба зверя не принялись бесноваться от ярости в мерцающих сетях. По знаку конферансье сотрудники, выводившие псов, выскочили за ограду, дверцы за ними захлопнули и перекрыли наглухо, окружающие псов энергетические сети стекли обратно в медальоны работников арены. Два обезумевших от ярости животных понеслись навстречу друг другу.
Мало что удалось Тане разобрать в этой схватке, несмотря на то, что она крупным планом дублировалась на широком экране. Она слышала только громогласный рёв, иногда прорезаемый пронзительным визгом, и шум от столкновений двух тяжёлых тел. Она видела, как светлый мелкий песок арены пропитывается горячей кровью, как на нём прорисовывается страшная картина из алых пятен и полос. Полосы становились всё шире, пятна расползались всё больше. Разный окрас двух бойцов понемногу становился одинаковым, грязно-бурым окрасом запёкшейся крови. Более массивный и низкий боец клуба сумел ухватить за лапу своего соперника и вмиг перегрыз её - длинноногий и увёртливый второй пёс лишился своих главных преимуществ, заключавшихся в скорости и манёвренности, что стало началом быстрого конца. Пёс по кличке Рок завалил соперника на бок и вскрыл артерию на шее. Страшное рычание Коршуна перешло в судорожный кашель, он сделал последний и безуспешный рывок в сторону противника и вытянулся на земле, сотрясаясь в предсмертных судорогах. Победитель торжествующе завыл над ним под неистовые крики толпы.
Оставшегося в живых пса словили сетью и увели. Поверженного испепелили. Машина-мусороуборщик собрала с арены весь залитый кровью песок и посыпала её свежим чистеньким песочком. Через четверть часа, пока проигравшие отдавали кредиты выигравшим, не осталось ни следа от прошедшего боя. Конферансье взялся объявлять новых смертников-бойцов.
Таня с бессильным гневом и отвращением отвернулась от арены и отошла к дальней стене. Легла, отвернувшись от творящегося за её спиной мерзкого действа и думая:
«Настоящие звери не на арене, а за её пределами. Страшно, что именно им принадлежит власть».
Предаться унылому философствованию Тане не дали - почти позабытый ею сосед по клетке больно впился в её загривок и поволок в сторону внешней стены. Таня оскорблено взвыла, но противостоять чёрному могучему монстру не смогла - её доволокли до прежнего места и ткнули мордой в прутья. Пёс грозно порычал и лёг рядом, смотря на арену.
«Ну нет, я не получаю удовольствия от наблюдения за тем, как живое существо насмерть загрызают на моих глазах!» - прокричала, то есть пронзительно провизжала Таня.
Её попытку вскочить и убежать в дальний угол резко пресекли. Попытку сопротивляться пассивно, просто закрыв глаза, наказали дёрганьем за ухо, так что чуть не оторвали его от головы. Казалось, у Чёрного есть пара дополнительных глаз на боку морды, поскольку он не давал Тане сомкнуть веки, хоть сам смотрел строго на арену. И смотрел внимательно.
«Неужели ему нравится зрелище?» - не поверила Таня и принюхалась.
Чёрный пах еще страннее, чем раньше. Его эмоции будто выключились. Если бы Тане пришлось судить о его состоянии не видя его, только по запаху, то она уверенно заявила бы, что пёс спит без сновидений. Чёрный повернул к ней медвежьего вида морду и предостерегающе рыкнул, требуя смотреть не на него, а вниз. Сдерживая дрожь ужаса, Таня вынужденно смотрела на то, как новая пара псов калечит и убивает друг друга. По её хребту пробегала дрожь, она не понимала, зачем сосед по клетке вынуждает её наблюдать за дерущимися. Когда закончился третий спарринг, Чёрный встал, отряхнулся и направился к миске с водой. Конферансье принялся приглашать всех в клубный бар - обмыть заслуженный успех или утопить в вине горечь случайного поражения - и Таня поняла, что схватки закончились.
Перед ней плюхнулись четыре кусочка мяса - все те, что она видела в миске у входа. Чёрный, кинув ей остатки своего пайка, равнодушно повернулся и ушёл на подстилку. Растерявшаяся Таня неуверенно тихонько тявкнула, выражая благодарность, и приготовилась махать хвостом, если пёс бросит взгляд в её сторону, но он его не бросил. Проглотив угощение, Таня осмелилась приблизиться к воде. Громко пофыркав над миской, обозначая свои намерения, она не дождалась запрещающих звуков со стороны Чёрного и рискнула напиться. За это самоуправство её не наказали, кобель никак не отреагировал на покушение на его собственность.
«Необычный пёс. Когда я жила во дворце, то Тьерр часто именовал меня странной, - ха, он просто не был знаком с Чёрным, этот пёс поставил бы его в тупик больше, чем я», -подумалось Тане.
При воспоминании о Тьерре, её лучшем друге в новой жизни, нахлынула тоска: она скучала по своему инструктору. Строгому, серьёзному, не делавшему ей поблажек, но давшему то, что важнее: знания, опыт, понимание языка людей. Без уроков Тьерра она не сбежала бы от Клисса, не выжила бы в лесу и не понимала бы до конца того, что и как меняется сейчас в её жизни. Да она просто умерла бы от ядовитого куска мяса, который ей подкинул Клисс!