Трибуналу не подлежит
Шрифт:
Фэд мчался по трассе, но не в сторону Москвы, а подальше от нее. Через десять километров он свернул на первом перекрестке и по узенькой асфальтовой дороге проехал еще километр в сторону какого-то поселка. Потом опять свернул уже на проселочную дорогу. Проковыляв более километра, он выехал в чащу и остановился за кустами. Осмотрелся и определил, что с дороги ни «Мерседес», ни «Навигатор» не видны.
— Кто вы и что хотите от меня? — первым начал беседу взволнованный Альберт Штамм.
До этого времени он молчал и только испуганно поглядывал на черные маски захватчиков. В лесу он испугался еще сильнее, но взял себя в руки и решил поторговаться.
Сергей вышел из машины первым, снял маску и пригладил пальцами вспотевший ежик поседевших на висках волос. Вдохнул чистого воздуха и осмотрелся.
Справа и слева глухой стеной стоял непролазный лес. Для акта возмездия лучшего места было не найти.
— Выводи, — кивнул он Фэду. Тот приказал Штамму выйти из машины.
— Парни, давайте договоримся, я вам хорошо заплачу. Вас деньги интересуют? Огромные деньги…
— Откуда у тебя огромные деньги? — задал вопрос Ник.
Альберт взглянул в лицо Сергею и сначала даже не понял, кто перед ним. Он только отметил, что его похититель похож на кого-то.
— Я богатый человек и могу решить все ваши проблемы. Для этого не надо было меня в лес привозить. Могли встретиться в офисе и договориться.
— О чем? — спросил Сергей.
— Обо всем.
— Повторяю: откуда у тебя большие деньги?
— Как откуда, какие деньги? — удивленно переспросил Штамм.
— Как ты выразился, огромные.
— Я богат… — Альберт пошел по кругу.
— Нет, ты не богат, — прервал его Михайлов. — Эти деньги не твои. Я хочу услышать, чьи они?
— Мои, — уперся Штамм.
— Нет. Они народные. Тебе их дали, чтобы ты их раздал нуждающимся, помог своим согражданам выжить. А ты куда их употребил? На карты, баб и вино. Дома себе отгрохал, на дорогом лимузине разъезжаешь. А на эти деньги скольких детей можно было бы прокормить…
— Я… — Альберт замялся и внимательно взглянул на Ника.
— Посмотри внимательно, кто перед тобой, — зло выпалил тот и приблизился к Штамму. Фэд и Морс сняли маски и встали рядом. — Помнишь меня, Альбертик? Я твой американский спонсор Джон Хортон.
Пауза повисла в жарком дневном воздухе. Штамм посмотрел на захватчиков и узнал в них тех самых придурковатых, по его мнению, американских миллионеров, решивших безвозмездно помогать малоимущим гражданам России.
Штамм смотрел на разведчиков не дольше минуты, а потом вдруг улыбнулся во весь рот и бросился к Сергею с распростертыми объятиями:
— Господин Хортон, вы уже прилетели, — запричитал он, вытянул руки и хотел обнять Ника, но тот остановил его.
— Да. Мы прилетели и хотим провести ревизию своего фонда. Хотим предъявить вам обвинение в разворовывании денег. Наших денег.
Штамм опешил, опустил руки и остановился в нерешительности.
— У меня есть доказательства каждому сказанному мной слову. Хочешь подтверждений?
Альберт пожал плечами.
Сергей вынул из джипа спортивную сумку, достал аппаратуру и установил ее в «Мерседесе». Включил компьютер и показал аферисту запись из подмосковных домов, где директор фонда должен был сделать ремонт. Потом предъявил копии документов, по которым ремонт там давным-давно сделан и дети живут в мраморных хоромах и купаются в роскоши.
Смотря эти кадры, Альберт багровел с каждой минутой. Потом насупился и фыркнул:
— Суд не примет во внимание ваши съемки. Они сделаны на цифровую видеокам… — Договорить он не успел, потому что Сергей грубо перебил его:
— Козел, ты что, не понял? Никто в суд обращаться не намерен. Мы захватили твой офис, уложили всех телков, захватили твоего сраного начальника охраны Мишу — того, кому ты меня убить предлагал, если я до сути докопаюсь. Вон он, в багажнике парится… Хочешь посмотреть?
Услышав эти слова, Штамм побледнел. Руки его стали дрожать. В такой ситуации он был первый раз в жизни.
— Мы что, все это сделали для того, чтобы в суд на тебя подать? Чтобы ты на наши же бабки себе адвокатов купил, а они подкупили тухлых продажных присяжных… Ты за кого нас держишь? Мы — русские люди, здесь родились и выросли, поэтому знаем, как тут дела делаются.
Штамм побледнел, сделал шаг назад и стал оправдываться:
— Я много сделал, многим помог. Я в Москве много детских домов отремонтировал. Капитально…
— А свой дом отремонтировать не забыл? Тот, где спальня в ангелочках… Ты сколько охране платишь? Штуку в месяц, две? Тебе кто такую роскошь санкционировал? Я? Они? — Сергей кивнул на друзей и стал напирать на Альберта, а тот начал отступать в кусты. — Тебе для чего деньги дадены? Чтобы ты их людям раздавал, тем, кто без них прожить не может, а ты… Подумал, мы далеко, в Америке… Думал, сможешь от нас избавиться, на охоте пристрелить. — Ник подошел к компьютеру и воспроизвел запись разговора Альберта с Мишей про убийство господина Хортона на охоте.
Услышав свой голос, Штамм сник и замер в нелепой позе. Он понял, что ему пришел конец как президенту фонда, но с жизнью было еще не ясно.
— Простите меня, пожалуйста. — Альберт всхлипнул и опустился на колени. Он склонился к сырой земле и начал молиться.
— Говори номер личного счета в банке, — прорычал Ник.
— У меня нет счета, — всхлипывал Штамм.
— Название твоей строительной фирмы, ее реквизиты?
— У меня нет фирмы, я честный бизнесмен.
Ник пошел к джипу. Вынул из сумки коробочку и вернулся. Открыл ее и достал шприц и ампулу с резиновой пробочкой. Не снимая перчаток, вставил ее в отверстие в шприце и закрыл крышку. Поднес прибор к сонной артерии испуганного афериста и хотел сделать инъекцию, но тот отдернулся.
Тогда Морс ловко схватил его за руку и резко заломил за спину. Сергей сделал укол, Морс отпустил Штамма. Тот упал на траву и заплакал, но вскоре успокоился.
— Правдодел действует, — засмеялся Фэд.
— Повторяю вопрос, — грозно произнес Ник. — Назови номер личного счета в банке. — Он вынул из кармана миниатюрный диктофон и поднес к лицу Штамма. Тот облизнулся и прошептал:
— Ноль два пять семь девять три пять семь два три.
— Назови банк.
— Швейцарский государственный банк.