Чтение онлайн

— Абу ты шлепнул? — спросил Ник.

— Нет, его снял снайпер Громова, а его потом долбанул я. Мне не нужен был конкурент на балке ангара. Он мог меня заметить.

— А почему ты не выстрелил, когда меня схватили? — с укоризной проговорил Семенов.

— Прости меня, брат, — Фэд положил руку на плечо Петровичу. — Там, где ты находился, была мертвая зона для обстрела. Я там не достал бы. Но когда Громов собрал вас на полянке, я не промахнулся.

— А если бы в первый раз осечки не было? — спросил Морс.

— Ну, всего нельзя было предусмотреть, я не бог — не успел прицелиться, когда он руку вскинул.

— Ладно, все равно спасибо тебе. — Петр Петрович обнял Фэда и поцеловал в небритую щеку. — Ты мне жизнь спас.

Фэд засмущался, похлопал полковника по спине, а тот вдруг поморщился, смахнул со щеки нахлынувшую слезу, отвернулся и пошел к машинам.

Ник повернулся к лежащему на полу Рокеру.

— Ну, вставай, сволочь, пришло время ответ держать.

Тот испуганно посмотрел на разведчиков и промямлил:

— Сдайте меня Петрову, я вам век благодарен буду.

— Да твоего Петрова надо вместе с тобой шлепнуть. — Ник начал свирепеть. — Это надо такое придумать: действующую ракету вручить в руки предателю. Чем они там думали, когда эту операцию разрабатывали? Корнилов — отъявленная сволочь, оружием торговал, но не здесь, а за границей. Он бы никогда не продал ракету террористам. Он хоть и мразь, но по-своему чтил офицерскую честь. А ты и эти… Убить вас мало. — Сергей побагровел, все почувствовали, что с эмоциями из него выходит колоссальное нервное напряжение, накопившееся за все эти дни.

— Но ничего, доберусь я и до них. Они мне ответят. Но сначала ты… — Михайлов сурово посмотрел на Морса и Фэда. — Смерть?

— Смерть, — кивнул Морс.

— Только смерть, — подтвердил Фэд.

— Смерть, — услышали друзья голос полковника Семенова. Он стоял спокойный, сдержанный и с ненавистью смотрел на Ивана Громова.

А тот вжался в пол, и от его былой бравады не осталось и следа.

— Пощадите! — взмолился он, но разведчики были непреклонны.

Ник вынул из-за пояса «ТТ», проверил обойму, передернул затвор и снял его с предохранителя. Подошел к Рокеру, схватил его за шиворот и приподнял.

— Вставай, примешь смерть стоя, как русский офицер.

Громов с неохотой поднялся, выпрямился и сурово посмотрел на парней:

— Дайте хоть шанс.

— Шанс умереть с честью? — съязвил Ник.

— Да. Не стреляйте, как собаку.

— Может, тебе пистолет дать, сам застрелишься? — с ухмылкой спросил Фэд.

— Да, застрелюсь сам, так будет честно.

— Такие, как ты, не стреляются, — зарычал Ник. — Если мы тебе оружие дадим, ты на нас нападешь, но не застрелишься, потому что ты выродок.

— Можно я ему напоследок морду набью? — спросил Петрович.

— Хотите пристрелить его? — Сергей предложил Семенову пистолет.

— Нет, стрелять в безоружного — это не по-мужски. Я не палач, я лучше его изобью.

— Вы хотите сказать, что мы палачи? — Ник с удивлением посмотрел на полковника.

— В бою я бы его с удовольствием грохнул, а так… Я не могу.

Ник подумал немного, а потом сказал:

— Ладно, я его тоже убивать не стану. — Он передал оружие Морсу. — Я хочу сразиться с ним на кулаках. Бой до смерти. Если победит — то свободен. А если нет…

Рокер и разведчики с удивлением посмотрели на Ника. Но тот снял куртку, рубаху, кобуру, часы, вынул все из карманов штанов и сложил на ящике.

— Ну, давай. Вот тебе и шанс, согласен? Из твоего рассказа я понял, что ты крутой боец, так давай, завали меня, и останешься жив. Я даю тебе свое честное слово.

— Ха, — усмехнулся Рокер. — Я тебя замочу, а твои братаны потом меня пристрелят.

— Не пристрелят, но и не отпустят. Они отдадут тебя твоему Петрову, ты сам это предложил, а дальше сам выкручивайся. Так? — Ник обратился к друзьям.

Морс и Фэд знали, если что-то втемяшится Сергею в голову, то это надо принять как должное и не спорить. Кстати, они и сами были не прочь тряхнуть стариной, подраться с Рокером, но Ник их опередил.

— Значит, так, — подытожил Морс. — Если ты Ника убиваешь в честном бою насмерть, то мы тебя не трогаем и отдаем Петрову. Все понятно?

— Да, — кивнул Громов, не веря своим ушам.

Он стал снимать кожаную крутку. Бросил ее на пол, потом снял черную футболку, золотые цепи, перстни и остался по пояс голый.

Михайлов остался в серой футболке, черных джинсах и кроссовках. Он смерил Рокера профессиональным взглядом и отметил, что тот на вид силен и тренирован. К тому же он был обильно татуирован, и его нательные красочные картины отличались изяществом и вкусом. Все они были восточной тематики, подобно тату представителей японской мафии — «Якудзы».

На его груди был изображен огромный зубастый огнедышащий дракон, выполненный разными цветами. Он тянулся к красотке лапой с большими окровавленными когтями, а его хвост обвивал тело хозяина. На плечах, предплечьях и кистях роились фантастические твари, и что творилось в этом клубке — невозможно было разобрать. То ли они занимались любовью, то ли пожирали друг друга.

Ноги Рокера были скрыты джинсами, но Сергей был уверен, что бедра тоже исколоты.

И вот бойцы вышли на свободное пространство между ящиками и приготовились к смертельному поединку. Ник мгновенно успокоился, освободил сознание и расширил угол зрения, чтобы воспринимать противника целиком. Видел каждое его движение. По подготовительным действиям Рокера он понял, что тот тоже умеет так настраиваться.

Громов был на полголовы выше Михайлова и примерно на десять килограммов тяжелее его. Он выглядел настоящим атлетом с накачанными упругими мышцами, что говорило о его постоянных силовых тренировках.

Наконец противники пошли по кругу. Сергей играл мощной рельефной мускулатурой, двигался плавно, экономично, без ненужных рывков и излишнего мышечного напряжения. Он берег силы для боя и наблюдал за действиями врага.

Именно такому психологическому настрою на поединок учили Сергея его мудрые учителя. И Ник великолепно усвоил их науку и не раз пробовал ее на практике.

А Морс, Семенов и Фэд встали по бокам площадки и с трепетом наблюдали за происходящим. Рокеру терять было нечего, и он первым пошел в атаку. Выставил перед собой увесистые кулаки и стал теснить Ника. А тот постепенно отходил, стараясь сохранить безопасную дистанцию. Но Громов напирал, и Михайлову ничего не оставалось делать, как переместиться в сторону, чтобы не наткнуться спиной на ящики.