Чтение онлайн

— Вот как!

— Хват запросил дело, поехал на место преступления и провел там несколько часов. Читал материалы, просматривал записи.

— И все?

— Пока все. Завтра…

— Сегодня, — поправил Парамонов, — уже два часа ночи.

— Значит, сегодня он поедет в воинскую часть и будет расследовать там.

— Ну что же, как мы и предполагали, он заинтересовался нашим сообщением, но приведет ли это к тому результату, который мы ожидаем?..

— По поводу Михайлова?

— Именно.

— Не знаю, но думаю, что предпосылки есть.

— А что по нашему расследованию? — Директор взял чашку и отпил немного уже остывшего кофе.

— Работаем по всем направлениям, но пока безрезультатно. Погибшие Фокин и его друзья чисто все проделали. По документам ничего не пропало. Все ракеты там, где и должны быть: действующие — на боевом дежурстве, а те, что должны быть списаны и уничтожены, — списаны и уничтожены. Есть акты об уничтожении, подписи большого числа проверяющих… В общем, все процедуры соблюдены в строгости и строжайшей секретности. Если они ее украли, то сделали это гениально.

— Да, догадываюсь. Они, видимо, долго готовились. Может, месяц, а может, и год.

— Но мы раскопаем. Не могли они следов не оставить, не могли. — Левин допил кофе и поставил розовую фарфоровую чашечку с золотистым ободком и алой розочкой на борту на такую же симпатичную тарелочку.

— Сегодня в десять доложи мне о ходе расследования, а то в одиннадцать я должен быть с докладом у директора ФСБ, — приказал Парамонов.

— Доложу, — пообещал зам.

— А пока езжай домой — поспи, отдохни, — завтра будет трудный день.

— Сегодня, — поправил шефа зам.

— Да, сегодня.

Желтые двуглавые орлы на башнях Кремля сверкали как никогда, потому что ночью прошла шумная — с громом, молниями и ураганным ветром — гроза и смыла с них пыль и грязь. Она же поломала деревья в городе, оборвала провода освещения и повалила несколько рекламных щитов. Ущерб был небольшой, но сломанные ветки и кучи песка и мусора напоминали о недавней стихии. Только на площади перед зданием ФСБ России было, как всегда, чисто. Дворники убрали грязь еще ночью, сразу после грозы.

Бронированная машина главного контрразведчика страны подкатила к старому зданию на Лубянке и замерла у ворот. Через мгновение они начали отъезжать в сторону, а когда окончательно освободили проезд, автомобиль устремился вперед. Остановился во дворе — у подъезда, рядом с первой ступенькой каменной лестницы, ведущей к высоким красивым дверям с пятиконечной звездой в центре.

Генерал Парамонов вышел, поправил элегантный светлый пиджак, строгий галстук. Посмотрел на остроносые черные ботинки — не запылились ли — и вошел в здание. Предъявил на посту документы и поднялся к себе в кабинет. В приемной его уже ждал Левин. На этот раз его кроваво-красная папка с гербом была уже с документами. При виде директора заместитель встал. Они обменялись крепкими мужскими рукопожатиями.

Генералы вошли в кабинет и уселись в удобные кресла. С их ночного разговора прошло всего семь часов. Будто и не разъезжались по домам.

— Давайте, — бодро произнес директор, и Левин передал ему донесение из папки. Парамонов принялся просматривать. Не произнося ни слова, читал двадцать минут, а потом поднял на заместителя строгий взгляд:

— Все ясно, объяснений не требуется. Вы свободны, спасибо.

Левин встал и вышел, а Парамонов начал готовиться к визиту к председателю ФСБ. Совещание должно было состоятся в одиннадцать.

И вот директор Федеральной службы безопасности генерал армии Михаил Иванович Клюев вызвал к себе для доклада главного контрразведчика страны. Тот явился ровно в одиннадцать.

В тот момент в кабинете председателя ФСБ решался очень важный для страны вопрос.

Парамонов предоставил существующее в единственном экземпляре секретное донесение, в котором было сказано, что в руки частного лица либо группы лиц попала ракета средней дальности типа «11-Д» от зенитно-ракетного комплекса «Двина». Причем неизвестно, кто они и для чего приобрели столь грозное оружие.

Председатель читал донесение и холодел с каждой минутой. Дочитав, он поднял вопрошающий взгляд на контрразведчика.

— Есть прямые доказательства того, что ракета была похищена?

— Нет, только косвенные.

— Но вы утверждаете, что она похищена.

— Я утверждаю, что похищено какое-то мощное оружие. В воинской части, где служили офицеры, пропажа не обнаружена, доказательств нет, а все участники акции мертвы. Но по косвенным уликам мы можем предположить, что похищена ракета «Д-11».

— Это та самая легендарная ракета известного советского конструктора Петра Грушина, которой был сбит американский самолет-разведчик, пилотируемый полковником Пауэрсом?

— Да. Это уникальная ракета — мощная, точная и простая в использовании.

— Что и пугает.

— Для ее запуска не требуется автономной ракетной шахты. Нужен монорельс и все. Пульт подключается к ней несколькими кабелями; пуск осуществляется, можно сказать, вручную. Именно так их и запускали по американским бомбардировщикам из джунглей Вьетконга во время вьетнамской войны.

— Вы предполагаете, что украли именно ее? Почему?

— Из-за простоты использования и из-за того, что ракеты этой серии давно не производятся. Они сняты с дежурства пятнадцать лет назад и постепенно уничтожаются. На складе военной базы имелось пять таких ракет, но за последний год они были ликвидированы. Офицеры Фокин, Назаров и Панкратов как раз занимались их утилизацией и уничтожением. Теоретически они могли оформить фальшивые отчеты и оставить одну ракету в своем распоряжении.

— Как уничтожают ракеты? — спросил Клюев.

— Двумя способами. Первый — наиболее простой: демонтируют боеголовку и совершают учебный запуск на полигоне. Но так уничтожают стратегические ракеты большой дальности. Они дежурят в шахтах, имеют большие размеры, вес и очень неудобны в демонтаже и транспортировке. Поэтому их запускают в цель, и все. Но, бывает, и вынимают из шахт и разрезают на части. Срок их боевого дежурства примерно двадцать лет.

— Вы говорите о «Сатане»?

— Да. А ракеты поменьше демонтируют из шахт и со стартовых столов, перевозят в ангары, где сначала хранят, а потом разбирают на запчасти и переплавляют. В них содержится много драгметаллов, их извлекают и пускают во вторичную переработку. Есть и радиоактивные элементы. — Парамонов замолчал. Клюев тоже ничего не спрашивал, только постукивал пальцами по столу и поглядывал на ровные принтерные строчки доклада.