Тридцать четвертый мир
Шрифт:
– Я съем ее, человек.
– Кушай на здоровье. И сразу забудь что на ней нарисовано.
– Я забуду, человек.
Барсук проводил нагруженных товаром и перешедших в горизонтальный режим передвижения братьев-черепах тревожным взглядом, пригубил из карманной фляжки виноградной водки и погрузился в тоскливое ожидание, прерываемое взрывами проклятий в адрес местной фауны и попытками пристроить поудобнее пораненную конечность. Чем дольше длилось ожидание, тем мрачнее становились предчувствия описанного и укушенного владельца "Рая грешников". И они оправдались, эти ожидания…
Тьма успела сгуститься, а боль в ноге - поутихнуть, когда с какой-то непривычной неуклюжестью, из кустарников выполз его старый партнер. Ахиллес двигался с очевидным трудом, и дыхание его было хриплым.
– Что там с тобой?
– Беррил уже смог довольно быстро двинуться навстречу аборигену.
– И где?..
– Я… выполнил то… о чем ты меня просил, человек, - с трудом выговаривая слова, сообщил тот.
– Мои братья… умерли. Не подходи ко мне…
– Да что там у вас вышло?
– Там… Там споры Синей Гнили. Кто-то усыпал ими весь путь к твоему… тайнику. Я… я не сразу понял… В Дупле не бывает Синей Гнили… Кто-то не хотел… чтобы ты… вернулся…
– Господи, что же делать?
– засуетился Барсук. Он понимал, что приближаться к аборигену теперь опасно - людей Синяя Гниль убивала куда как быстрее, чем аборигенов: споры прорастали точнехонько в основные нервные узлы человеческого организма, словно для того и были созданы. Человек погибал в считанные минуты, не успев понять, что с ним происходит.
Ответа не было. Включив фонарь, Барсук шагов с десяти убедился, что его давний друг безнадежно мертв. Синий узор Гнили уже выступил на кожистом лице аборигена. Дрожа осиновым листом, Беррил, забыв про остатки боли в ноге, стремглав кинулся к глайдеру.
– Давай!
– выкрикнул он очумевшему спросонья пилоту команду, которую так любил другой, тоже попавший в категорию покойников, его друг - Шишел-Мышел.
– Нечего тут дрыхнуть! Ходу! Давай-давай!!
Ночное заседание Президентского Совета происходило без формальностей. Присутствовали только трое: собственно Президент Колонии - сам создатель Периметра Гарри Р.Гаррисон - он, естественно, был за председателя, министр обороны - коннетабль Пирсон и, за неимением земного Посла, Представитель Федеральной Директории, его высокопреосвященство Бенедетти. Делегата от Легиона демонстративно оставили дожидаться в приемной. Куда-то запропастился Советник Лэшли.
– За эти сутки, - начал Президент, - я без малого не рехнулся! Я не говорю об идиотских претензиях "Стардаста" по поводу страховки сбитого шаттла с "Проциона" - это все сущие мелочи… Прежде всего… - он задумался, решая какой из навалившихся бед отдать пальму первенства.
– Прежде всего, нас очередной раз посадил в лужу Легион. Мало того, что действия карательного десанта подпадают под десяток статей Галактической Конвенции, мало того, что саму операцию они с треском провалили с сотнями жертв с обеих сторон… Так еще они умудрились каким-то чудом захватить этих трех Учителей… Обращаю ваше внимание на то, что кроме Учителей, мы ни с кем в Лесу практически не можем найти общего языка. И теперь вот…
– Кстати, о чудесах нет разговора, - сухо заметил коннетабль.
– По имеющимся у меня сведениям, Учителей захватили еще до высадки десанта и сдали Легиону слуги так называемого Тайного Пророка. Якобы несуществующего.
– Мною, - продолжил Президент, - в этой связи приняты следующие меры… - он откашлялся.
– Руководству Легиона отдано распоряжение немедленно передать всех трех Учителей в миссию святого Айзека. Впредь до особых распоряжений. Распоряжение это они, слава Богу, выполнили…
– Еще бы, в конце концов, это мы платим им жалованье, - заметил коннетабль. И редко когда задерживаем… Но напрасно вы думаете, господин Президент, что нам удастся вот так на тормозах спустить это дело. Скваттеры уже устроили в центре торжественный факельцуг. Завтра в Парламенте Фракция Саранчи будет требовать крови Учителей. И назначения Вольфа Гроссшланга Чрезвычайным и Полномочным Послом Федерации и планеты Земля в "Колонии Гринзея-2", кстати. Это я вам, ваше высокопреосвященство.
– Последнее весьма желательно, чтобы окончательно похоронить эту кандидатуру… - задумчиво заметил Представитель Директории. Как только на Земле узнают, что какие-то скваттеры на какой-то, извините меня, господа, Гринзее ТРЕБУЮТ от них какого-либо назначения, которое лежит сугубо в компетенции…
– Я понял вас, - остановил его Президент.
– Мы не будем вмешиваться в голосование по этой резолюции - пусть делают эту глупость, раз так Богу угодно. Но Учителей я на растерзание отдать не могу.
– Но и освободить их так просто не получиться, - уныло заметил министр. Надо искать компромисс. А за это время…
– А за это время в городе уже подброшено две биобомбы в правительственные учреждения. Я в курсе… - вздохнул Президент.
– И еще штук шесть такого рода сюрпризов в транспорте и банках, - уточнил министр.
– Есть жертвы… Но это - только начало, поверьте…
– Теперь еще о жертвах, - постарался вывести разговор из тупика председательствующий.
– В чертовых джунглях канули двое офицеров, направленных на расследование гибели Посла Окамы…
– Что, напомню, и спровоцировало э-э… неадекватную реакцию Легиона, - заметил Пирсон.
– Я не об этом сейчас. Уважаемый господин Бенедетти только что вручил мне эти два документа, - Президент поднял над столом два голубоватых конверта со знаком Высшей Секретности.
– Один из них адресован мне, и я позволил себе ознакомиться с его содержанием. В двух словах: Планетарная Контрразведка и Федеральное Управление Расследований требуют прямых и недвусмысленных доказательств того, что кто-то один из указанных офицеров или оба мертвы. Или, наоборот, живы. Соответствующее расследование я поручаю лично вам, министр.
– Для этого придется вступить в э-э… не совсем легальные контакты…
– Это ваша головная боль, не моя. Ясность должна быть достигнута любой ценой. Второй пакет, - Президент помахал конвертом в воздухе, - адресован Федеральным Управлением своему агенту, буде таковой окажется жив. Он наделяется исключительными правами…
– Это сказано?..
– поинтересовался министр.
– Это сказано в пакете, адресованном МНЕ. Второй пакет вскрыть может только Федеральный Следователь Кай Санди. Если он мертв, пакет вы уничтожите, - Президент толкнул конверт по столу к министру.
– Теперь…