Чтение онлайн

– Что это? – спросила Вайолет сестру, вглядываясь в содержимое аквариума, в котором Солнышко подала еду.

– Песто ло мейн, – объяснила Солнышко.

– Сестра хочет сказать, – вмешался Клаус, – что она нашла пакет китайской вермишели и залила ее итальянским соусом из базилика, который взяла из банки.

– Можно сказать, интернациональная комбинация, – заметила Фиона.

– Хобсон, – проговорила Солнышко, желая сказать «наши условия не дали мне выбора», и она подняла кверху еще один найденный ею предмет. – Васаби?

– Что такое «васаби»? – спросила Вайолет.

– Японская приправа, – объяснил Клаус. – Очень острая, ее часто подают к рыбе.

– Не лучше ли приберечь васаби на будущее, Солнышко? – Вайолет взяла у нее баночку и положила в карман своего водолазного костюма. – Отнесем ее на «Квиквег», и ты будешь использовать соус в блюдах из морепродуктов.

Солнышко кивнула в знак согласия и протянула аквариум брату и сестре.

– Инструменты, – произнесла она.

– Мы можем использовать палочки для размешивания напитков вместо палочек для еды, – предложил Клаус. – Будем есть по очереди, а те, кто ждет, будут рассказывать по очереди о своих открытиях. Возьми, Фиона, начинай первая.

– Спасибо, – поблагодарила Фиона, беря палочки. – Я очень хочу есть. Ты что-нибудь узнал из книги стихов?

– Не столько, сколько хотелось бы, – отозвался Клаус. – Б'oльшая часть страниц пропитана водой, так что прочесть удалось не много. Но кажется, я узнал новый код: головоломный подменный вариант. Это способ сообщаться, подменяя слова в стихах.

– Не понимаю, – призналась Вайолет.

– Да, довольно замысловато. – Клаус раскрыл записную книжку, куда переписал информацию. – В качестве примера в книге используется поэма Роберта Браунинга «Моя последняя герцогиня».

– Я читала. – Фиона накрутила на палочку несколько вермишелин и поднесла ко рту. – Довольно жуткая история про человека, который убивает свою жену.

– Правильно, – отозвался Клаус. – Но если волонтеру понадобится употребить название поэмы в зашифрованном сообщении, то оно может звучать, скажем, как «Моя последняя жена» поэта Оберта Браунинга, а не Роберта.

– А зачем это делается? – спросила Вайолет.

– Волонтер, прочитавший эти слова, заметит ошибку. Изменение определенных слов или букв и есть подмена. Если установить все подмены в поэме, вы получите присланное вам сообщение.

– Герцогиня Р.? – проговорила Фиона. – В чем же состоит сообщение?

– Не знаю, – признался Клаус. – Следующая страница в книге отсутствует.

– Думаешь, отсутствующая страница тоже представляет собой код? – спросила Вайолет.

– Не знаю. – Клаус пожал плечами. – Шифры ведь просто способ говорить так, чтобы одни люди тебя поняли, а другие – нет. Помнишь, мы разговаривали в пещере с Куигли и нас слушали все Снежные скауты?

– Помню, – ответила Вайолет. – Мы тогда употребляли слова, начинающиеся с «Г», «П» и «В» и таким образом поняли, что мы с Куигли в одном лагере.

– Может быть, и нам завести свой код? – предложила Фиона. – Чтобы сообщаться между собой, если попадем в беду.

– Отличная идея, – одобрил Клаус. – И какое слово мы возьмем за кодовое?

– Еда, – выпалила Солнышко.

– Превосходно, – отозвалась Вайолет.

– Мы составим список всякой еды и пометим, чему соответствует каждое слово по нашему коду. Мы будем то и дело употреблять их в разговоре, и наши враги даже не заподозрят, что на самом деле мы тайно сообщаемся между собой.

– А враги могут подстерегать нас на каждом шагу. – Фиона передала аквариум Вайолет и взяла в руки найденный конверт. – Тут внутри письмо. Как правило, я не читаю чужих писем, но в данном случае письмо это вряд ли попадет когда-нибудь в руки Грегора Ануистла.

– Грегор Ануистл? – переспросила Вайолет. – Тот, который основал исследовательский центр? А кто ему пишет?

– Женщина по имени Кит. Думаю, это Кит Сникет, сестра Жака.

– Да, конечно, – отозвался Клаус. – Твой отчим говорил, что это была благородная женщина, она помогала строить «Квиквег».

– Судя по ее письму, – продолжала Фиона, – Грегор Ануистл участвовал в каком-то расколе. Что это значит?

– Это был крупный конфликт внутри Г. П. В., – ответил Клаус. – Куигли нам кое-что рассказывал.

– Да, каждый встал на одну из сторон, – вспомнила Вайолет, – и теперь организация находится в состоянии хаоса. На чьей стороне был Грегор?

– Не знаю. – Фиона нахмурилась. – Часть письма зашифрована, а часть промокла. Я не все поняла, но впечатление такое, что Грегор занимался так называемым грибным переменчивым внедрением.

– «Грибное» – это понятно, – сказал Клаус. – «Переменчивое» значит «ненадежное», а «внедрение» значит «насаждение». Кто же и куда внедрял грибы?

– Г. П. В., – ответила Фиона. – В период раскола Грегор считал, что медузообразный мицелий может пригодиться.

– Медузообразный мицелий? – Вайолет нервно взглянула на ряды безмолвных серых грибов, которые преградили им путь наружу. В тусклом освещении черные пятна на их шапочках выглядели особенно зловещими. – Как можно считать такие смертельно опасные грибы полезными? Представить себе не могу.

– Послушайте, что пишет Кит, – сказала Фиона. – «Разведение, как ты настаиваешь, ядовитых грибов в гроте всем нам грозит большими неприятностями. Наша фабрика на Паршивой тропе может обеспечить некоторое ослабление губительного воздействия мицелия на дыхательную систему. Ты уверяешь меня, что мицелий хорошо растет только в небольшом замкнутом пространстве, но это слабое утешение. Одна ошибка, Грегор, и твой центр придется покинуть. Прошу тебя, не уподобляйся нашим злейшим врагам, не прибегай к их разрушительной тактике – не играй с огнем. Ты сам страшился этого».

Клаус принялся деловито записывать письмо Кит Сникет в записную книжку.

– Значит, Грегор выращивал эти грибы, – сказал он, – чтобы использовать их против врагов Г. П. В.

– Он собирался отравлять людей?! – ужаснулась Вайолет.

– Преступных людей, – поправила Фиона. – Но Кит Сникет считала преступным использование ядовитых грибов даже против них. Фабрика на Паршивой тропе как раз разрабатывала способ ослабить действие яда. Но автор письма все равно считала грибное переменчивое внедрение чересчур опасной затеей. Она предупреждала Грегора: если он не остережется, мицелий отравит весь исследовательский центр.