Тринадцать на Тринадцать
Шрифт:
– Это ничего. Ничего страшного, Илюш – отозвалась на его молчаливое утверждение я – Ты замечательный человек, и Тьма со своими кознями и ошибками тут ни при чём! Так решило Провидение.
Брат мой слегка расслабился и даже натянуто улыбнулся.
– Я не перевоплощался в оборотня ни разу за свою прошлую жизнь, да и за эту тоже – многозначительно изрёк он. Почему это так важно было мне сказать? Я бы спросила его об этом, но в данный момент в сознании у меня всплыл совсем другой вопрос:
– Илюш, а почему Деметрий пытается добраться до тебя через меня? Неужели он не может найти тебя напрямую?
– Свои сны блокировать от него я научился не так давно, но всегда мог легко скрыть от него своё место расположения. Я могу даже скрывать от него сам факт своего существования. Ведь я же дожил как-то до сего дня. Провидение даровало мне такую способность на этот раз. Если бы он только почувствовал моё присутствие на этой планете, разнёс бы её вдребезги, пока не добрался бы до меня…
– А тут его ждал ещё один сюрприз… Не только ты со своими способностями, но ещё и я…
– Совершенно верно, сестра – серьёзно произнёс Илья – Видимо, услышав про существование чудо-девочки, способной управлять вампирами, он каким-то образом понял, что вновь существует и чудо-мальчик и нашёл меня в моём подсознании… Мы оба с тобой в опасности. Поймав и убив меня, он не остановится ни перед чем, пока не поймает и не убьёт тебя. Ты должна это понимать.
– Я понимаю это, братишка, понимаю…
– Ситуация очень серьёзна, сестрёнка. Насколько я понял Эрика, Деметрию помогает какой-то сильный вампир. Какой-то Дэнис.
С ужасом сглатываю от произнесённого им имени, Илья замечает мой страх и хмурится:
– Что этот негодяй успел тебе сделать, сестра???
Лавина решительности и желания покарать стремительно мчится в мою сторону, сойдя не только с вершины самообладания моего брата, но и моего Любимого. Вот они мои защитники. Что ж, раз уж вокруг меня столько сильных, желающих моей смерти, то и желающих мою жизнь сохранить должно быть, по крайней мере, не меньше…
– Он убил мою сестру – коротко отвечаю я брату. Продолжать эту тему нет ни малейшего желания, мужчины, окружавшие меня в данный момент, поняли это без слов. Мой брат побыл ещё со мной в моём сне минут пять и растворился, как всегда ободряюще улыбнувшись и щёлкнув по носу. И я осталась наедине с Эриком.
Чувства нахлынули на меня внезапно, я так соскучилась по Его сильным рукам, по нежным прикосновениям и не менее нежным поцелуям! Соскучилась до одури, до беспамятства, до слёз, до смеха, до страха, до безумия! Не помня себя, я кинулась в Его объятия, набросилась на Его жаркие губы, потерялась в Его чувственных руках. Поцелуи были долгими, были настойчивыми, были нежными, были разными. Но это был лишь сон, и в тот момент мне хотелось обнять Его в реальности, поцеловать Его в реальности, отдаться на волю своим желаниям и страстям, но это был всего лишь сон…
Мы просидели с Ним, сцепившись за руки, моей спиной к Его груди несколько замечательных моментов не говоря друг другу ни слова с распухшими от поцелуев губами и с огнём нереализованной страсти в глазах, одним на двоих. А затем наступил рассвет, Он поцеловал меня страстно в последний раз перед моим пробуждением и растаял в ровном и мерном свете лучины, в котором я утонула, лишь открыв глаза.
И снова в бесконечном и безудержном танце понеслись недели моих тренировок. Я старалась, я так старалась не подвести Макса, не подвести Эльзу, не подвести весь человеческий род! Каждую ночь, засыпая, я падала исключительно в руки своего Любимого, Илья заблокировал свой разум от Деметрия, потому мне уже ничто не угрожало.
Во время одной из передышек в тренировочном зале я решила задать другу тот самый вопрос, который возник в моей голове в тот Жуткий День, когда меня изнутри выжигало горе от его потери:
– Макс, скажи мне… А когда ты впервые увидел меня, что ты обо мне подумал?
Брат легко улыбнулся мне и без запинок ответил:
– Я подумал – Боже, какая маленькая неуклюжая милая девочка, намучаются с ней в этом поселении.
Мы улыбнулись друг другу, а с моих губ сорвалось:
– Они и намучились… А некоторые даже не выжили после этих мучений…
– Ана! – начал негодовать мой друг – Они намучились, если так можно выразиться, не из-за тебя, а как раз-таки из-за таких, как я и всех тех, кто входил в Тайный Совет Избранных Старших, на котором тебе посчастливилось побывать, казалось бы, уже целую тысячу лет назад! У нас был Купол Тьмы, из-за нас в тринадцатое поселение вторглись Сильнейшие, не из-за тебя, сестра!
– Я понимаю, прости! Но вот в том, что со мной намучились конкретно вы с Эльзой, меня даже не переубеждай!
Мы смотрели друг другу в глаза серьёзно первые мгновения, а потом в голос рассмеялись, а брат подвёл итог нашему короткому диалогу:
– Вот уж точно, Ана! И я, по всей видимости, мучиться продолжаю до сих пор! Ну, вот за что мне это? За что такой подарок судьбы? – друг картинно закатил глаза, и мы прыснули от смеха с новой силой.
Так я и прожила ещё несколько недель – днём выбивая душу из всех тренировочных груш, снарядов, тягая гантели, нарезая круги по беговой дорожке и по водной глади бассейна; а ночью утопая в нежности рук и губ своего ледяного Короля, чувствуя каждой клеточкой своего тела Его присутствие, такое необходимое мне сейчас, такое важное.
Эрик рассказал мне, что Купол Тьмы они действительно не трогали (в этом я уже не сомневалась давно), Августа они с братьями не видели тоже всё это время и что с ним и где он – не имели ни малейшего понятия. О наделённом способностью убедить тебя в чём угодно (свернуть мозг набекрень, в общем) мой Принц говорил с отголосками обиды и сожаления в голосе. Я Его понимала очень, ведь, несмотря на предательство, Август всё равно оставался их братом и ничто и никогда изменить этого не сможет! Эрик долго сокрушался над тем, что не встретил меня раньше лет на пятьсот, ведь тогда всё было бы иначе, они не просмотрели бы копящийся в Августе негатив и презрение ко всему людскому роду и смогли бы направить всё его нетерпение и неприязнь в другое русло, обратив в понимание и смирение. Действительно, ведь гораздо проще смириться с тем, что люди порой коварны и беспринципны, но всё-таки далеко не все являются таковыми. Но всё было так, как было. Всё произошло так, как произошло. О том Жутком Дне мы не разговаривали с Ним никогда, я не забыла его, нет, но я простила Любимого и бередить рану, которая не затянулась ещё ни у меня, ни у Него, не собиралась. Никогда.
Незаметно для меня пролетела весна. Я не могла любоваться буйством цветения природы вокруг нас, так как забывалась в своих сражениях с членами нашего поселения. Да, мы, наконец, перешли к поединкам. Поначалу бойцы вступали в бой со мной крайне аккуратно, бережно, но мне не это от них нужно было. В этом убеждении я нашла поддержку со стороны Макса, который требовал от своих людей, чтобы во мне перестали видеть маленькую хрупкую девочку и сражались, как с равной. Моё тело стали покрывать бесчисленные синяки и ссадины, но мне впервые от этого не хотелось плакать! Потому что не все бои оказывались мною проиграны, а синяки и ссадины гордыми украшениями начали проявляться не только на мне! С каждой тренировкой движения мои становились более отточенными, координация настолько улучшилась, что я могла спокойно стоять на обрыве склона с поднятой вверх ногой и закрытыми глазами под порывами нетерпеливого ветра и не упасть! И даже не подумать о самой возможности упасть! Что ж, мой милый друг, я уже не такая неуклюжая, какой ты увидел меня в первый день при первой встрече!