Чтение онлайн

Гленда, не чувствуя боли, испуганно сделала на автомате несколько шагов назад, широко раскрытыми глазами глядя то на хранителя, то на ведьму, которая почти сразу после случившегося со всё той же неспешностью отошла к стене и скрылась в ней.

«Возможно, с Мейнир произошло похожее…» — мелькнула мысль в голове малышки. Ведьма ведь не могла появиться просто так и, тем более, не находилась бы без причины рядом с хранительницей, ничего при этом с той не делая.

Хрупкое тельце пробивала сильная дрожь — аура страха, которую начал распространять Эгиль, всё сильнее касалась Гленды, ещё не отошедшей от встречи с ведьмой. Разум бил тревогу, крича о том, что надо что-то делать, причём срочно, ибо два опаснейших хранителя, потерявших над собой контроль — это не просто плохо, это ужасно! Заметив, что магический фон снова стабилен, Гленда протянула вперёд руки раскрытыми ладонями вверх. Сноп золотых искр поднялся над ними и окутал одержимых, уже обративших своё внимание на малышку. Мейнир застыла прямо на полушаге, так и не опустив ногу на холодный камень, а в затянутых чернотой глазах Эгиля промелькнуло осознание.

— Беги, — хрипло произнёс он жутким голосом. Такой не мог принадлежать человеку, только чудовищу. Ведь именно чудищами, по сути, являлись сильнейшие маги, ими же становились и одержимые хранители.

Слово, которое разобрать удалось с большим трудом, подействовало лучше кнута. Развернувшись, Гленда со всех ног побежала в противоположную от одержимых сторону, не дожидаясь, когда рассеются её чары, благодаря которым разум не терял надежды перебороть осколки. Почти сразу стало ясно, что долго такой трюк без подпитки срабатывать не будет, а колдовать вплоть до самого конца красной луны хранительница была не в состоянии, рискуя тоже поддаться осколку.

Судя по ослабевавшей ауре, Гленда поняла, что за ней не гонятся, что позволило собраться с мыслями и перемещаться по замку более осмысленно, не рискуя обо что-нибудь запнуться, врезаться в угол или свернуть туда, куда не следует. К тому же, начала давать о себе знать слабость тела, пока что только делая намёки при помощи боли в правом боку. Заметив дверь, Гленда притормозила, толкнула ту. Было открыто, так что она прошмыгнула внутрь и прислонилась к двери спиной, пытаясь перевести дух. Привычный жест — в помещении появился свет. Оказалось, что хранительница попала в кладовку, через которую можно было пройти на кухню.

Если говорить честно, то идти никуда не хотелось. Было только одно желание: закрыться в безопасном месте и дождаться конца красной луны. Но надо было побороть свои страхи и остановить одержимых. Точнее говоря, надо было решиться выбраться из укрытия и найти тех, кто сможет остановить одержимых, пока не стало хуже. Кого искать — Гленда знала. Сюзанна могла помочь успокоить, а Мейлир окончательно привёл бы себя Мейнир. Главное, чтобы с ними самими ничего не случилось.

— Всё будет хорошо, я почувствую, если они будут поблизости, — прошептала Гленда, дотрагиваясь до ручки двери, которая вела на кухню. Идти назад она смысла не видела. Только сейчас на глаза попались царапины, кровь с которых уже заляпала юбку. Пришлось достать платок и наспех перевязать руку.

И на кухне, и в столовой, малышка никого не повстречала. Колдовать поиск она пока не рисковала, так как чувствовала, что надо подождать, иначе перешагнёт ту границу, за которой легко потерять контроль. От её одержимости хуже не станет никому, вот только очень не хотелось, чтобы брат вдруг узнал.

«Интересно, что сейчас с Эрлом? — задумалась Гленда, выходя в коридор. — Он, конечно, сам по себе маг, и всё же… Мы ни разу не пересекались в красную луну и не обсуждали её».

Тишина застывшего мира, выпавшего из привычного временного потока, могла бы заворожить, если бы не сложившаяся ситуация. Всё то, что не содержало в себе магического источника, застыло в том самом виде, в каком предстало взору красного небесного ока. Зависли в воздухе пылинки, так и не коснулись земли опадавшие листья, сверкали гранатовыми зёрнами водяные брызги. Тишина, которая воцарялась во время краснолуния, никогда бы не смогла повториться в обычное время. Маги считали, что такие ночи лучше всего подходили для медитации, Гленда считала, что никогда ещё не была так рада услышать грубоватый женский голос, которым в последних выражениях озвучивали описания того, что надо сделать с криво лежавшим ковром. Ведь это означало, что рядом Фрейя, и что она в порядке.

Малышка поспешила на голос. К счастью, хранительница была не из тех, кто останавливался на паре стандартных выражений недовольства, так что почти не было страха потерять ориентир. Да и идти далеко не пришлось — пара поворотов, и вот уже Гленда с радостным восклицанием обняла несколько удивившуюся встрече Фрейю.

— Как же я рада, что ты не спишь, — пробормотала хранительница, носом уткнувшись в утянутую грудь.

— Луна же, никто не спит, — откликнулась Фрейя, растрёпывая светлые волосы. — Ты чё взболомошенная такая?

— Одержимые.

Одного слова было достаточно, чтобы всё стало ясно без лишних описаний. Старшая хранительница тут же посерьёзнела и слегка отстранилась, заглянув младшей в глаза. Действительно серьёзная Фрейя порою пугала не меньше разозлённого Эгиля, но малышка за ночь пережила достаточно, чтобы не стушеваться под этим взглядом.

— Кто?

— Мейнир и Эгиль. А ещё перед фонтаном Ками без сознания лежит, но там осталась Хальдис.

Фрейя сжала зубы и приложила к стене кулак, пытаясь не врезать по той со все силы. Конечно, когда краснолуние закончится, принесённый миру ущерб исчезнет, если только это не чьё-то убийство, но сейчас надо было обуздать собственные эмоции. Даже Гленда, глядя со стороны, могла понять, каких усилий стоила эта иллюзия сдержанности. Да, никто не смеет перечить воле госпожи. Даже она сама. Ведь нельзя командовать другими, потеряв власть над собой.

— Сможешь отвести к ним? — спросила, наконец, старшая хранительница, осторожно беря Гленду за руку.

Та кивнула и прикрыла глаза, пытаясь уловить отголоски своей магии, что осела на одержимых. Похоже, они направлялись к выходу. Услышав об этом, Фрейя пробормотала что-то невнятное сквозь зубы, подхватила Гленду на руки, и побежала в нужном направлении. Она не сбавляла ходу до тех пор, пока не достигла лестницы, что двумя симметричными дугами спускалась в вестибюль. Одержимые уже были внизу, причём при взгляде на них хотелось послать мир туда, откуда он появился. Фрейя поставила хрупкую ношу на пол и набрала побольше воздуха.

— Стоять! — рявкнула она так, что даже без красной луны, даже без способностей госпожи, мир вокруг застыл без лишних раздумий. Что уж говорить об одержимых и Гленде, у которой и дыхание перехватило. — Ты, — Фрейя кинула беглый взгляд на младшую, — быстро шли козявок за кем надо, я удержу их сколько смогу.

Гленда нервно сглотнула, не раздумывая выпустила двух бабочек, указав им найти и привести Сюзанну и Мейлира. Те поймут, что надо следовать за светом — это точно, главное, чтобы не тормозили. В том, что старшая хранительница сможет задержать одержимых, сомнений не было, вот только это не давало права медлить. На памяти Гленды, Фрейя только один раз теряла над собой контроль, но если это случится сейчас, то не надо гадать, кто станет предводителем одержимых. И вот совсем никак не хотелось представлять, чем это обернётся.

Обернётся… Вот чего-чего, а оборачиваться, в прямом смысле слова, сейчас не хотелось больше всего. В одержимых от людей осталось совсем мало. Эгиль сейчас больше походил на чёрную сущность с длинными шевелившимися волосами-водорослями, острыми чёрными когтями и торчавшими во все стороны шипами. Руки, если увиденное действительно было ими, уподобились узловатым ветвям засохшего дерева, с которых свисали клочья серовато-землистой кожи. У Мейнир ноги обратились длинным мощным хвостом, похожим отдалённо на змеиный, посиневшая кожа покрылась трупными пятнами, на голове вырос гребень из рогов, а лицо обратилось в гниль, от уха до уха разрезанную ртом с внушительными клыками.

Гленда не удержалась, один раз посмотрела вниз, после чего издала невнятный писк и опустилась на пол, зажмуривая глаза и зажимая руками уши. Этот хищный рык, в сочетании с надёжно отпечатавшимися в памяти образами, теперь не одну ночь будет являться ей в кошмарах.

«Только бы от запаха не стошнило», — подумала малышка, тихо всхлипнув. Всё же гниль не была иллюзорной и характерный душок сверху ощущался довольно хорошо.

Фрейя посмотрела вниз и сочувствующе вздохнула. Ей тоже не по себе было, только вот нельзя было давать слабину, иначе контроль пропадёт, а набрасывать его снова было проблематично. Всё же ещё ни разу не приходилось сдерживать сразу два настолько сильно пробудившихся осколка. И каких! Одно неверное движение, и смерть в муках гарантирована, причём перед глазами пронесётся не жизнь, а все возможные страхи, о некоторых из которых даже знать не доводилось.