Чтение онлайн

Машина остановилась уже в знакомом месте. Выйдя на улицу, я осмотрелась. Старая и брошенная улочка преобразилась. Она освещалась яркими фонарями, узорчатая каменная плитка под ногами, высокие бордюры. Словно её отреставрировали совсем недавно, как главную улицу старого города. Хоть и по-прежнему она была безлюдной, но это ей придавало некий мрачный романтизм. Кузьма захлопнул дверь, направился — всё к той же обветшалой дверки, в которую мы уже входили, — несколько раз ритмично постучал и замер в ожидании. Я оставалась стоять на месте. Позади послышался шорох, кто-то стоял за моей спиной, вынуждая обернуться.

— Что ты тут делаешь?! — я обомлела, узнав парня, с которым совсем недавно общалась в клубе.

— Сними амулет, и я помогу тебе. — беспокойно смотрел в глаза, говорил быстро.

— Егор, что ты здесь делаешь?

— Меня зовут Еноха. Тебе нельзя туда! Сними амулет!

— Ну наконец-то! Явился, спаситель. — прогремел угрожающий голос Кузьмы.

— Ну же, снимай — просяще протянул парень, лицо его исказилось гримасой ужаса.

Я пошатнулась, замечая, что Кузьма неторопливо приближается. Всё происходило слишком быстро и одновременно, будто в замедленной съёмке. Кузьма коснулся моего плеча, слегка отодвигая в сторону. Ухватил парня за грудки, и с нечеловеческой скоростью шагнул вперёд, прижимая парня к стене противоположного дома. Я услышала сдавленный хруст. Примерно так ломаются кости, в данном случае это был хруст раздробленного черепа от мощного удара о кирпичную стену. Лишь на секунду парень обмяк, но моментально открыл глаза, посмотрел сверху вниз на удерживающего его мужчину. Тряхнул головой, ухватил его за кисти, в попытке сбавить давку.

— Вы плохое дело задумали, опомнитесь, пока не стало поздно! — тяжело проговорил парень.

— С каких пор вам есть до нас дело? — Кузьма грубо тряхнул парня. — Отвечай, Еноха!

— С тех самых, когда вы выбрали не ту жертву.

— Кузьма, прошу вас, оставьте его! — я было дёрнулась вперёд, но меня придержали за локоть.

— Прекрасная донна, нам пора. — Виктор заставил меня взглянуть на него, он криво улыбался одним уголком губ.

— Не трогайте девушку, вы не понимаете, что делаете! — Еноха задёргался в попытках вырваться, но всё безуспешно.

— Виктор, он убьёт его?! — я снова порывисто сделала шаг навстречу, желая хоть как-то помочь парню.

— Не извольте беспокоиться, милушка. Я отпущу его сразу же, как вы войдёте внутрь. — Кузьма взглянул через плечо. — Или же желаете, избавиться от амулета?! — неприязненно спросил.

Я жалобно посмотрела на Виктора, ища в его единственном глазу какого-то ответа. Лицо его смягчилось, он коротко кивнул, как бы заверяя слова своего союзника. И следом же потянул к двери. Ватные ноги заплетались, до самой двери я шла оборачиваясь, всматриваясь в голубые глаза, полные какой-то безысходности и огорчения. У самой двери я заметила шевеление его губ, чётко проговаривающие каждое слово, так, чтобы я поняла их.

— "Опомнись. Спаси себя".

Я лишь смогла отрицательно покачать головой, и Виктор втащил меня в помещение, и отпустил тогда, когда дверь за нами захлопнулась с ошеломительным хлопком, будто она не деревянная, и вовсе не дверка на ржавых петлях, а массивные железные врата.

— Ева Евгеньевна, возьмите себя в руки, вы дрожите! — возмутился Виктор.

— Что? — я ошарашено уставилась на него. — Что… это было? Кузьма… он… припечатал парня к стенке… он чуть не убил его…

— Ну не убил же. — спокойно заметил, поправляя запонки на рукавах. — Прошу заметить, даже и в мыслях этого не было, поверьте же. — он подставил мне локоть, приглашая двинуться дальше.

— Но… — я вложила руку. — Это было ужасно… я слышала, как от удара раскололся его…

Виктор как-то по-отечески накрыл мою руку свободной рукой. Слегка сжал её, будто успокаивая и сказал:

— Я повидал многое, прекрасная донна, и с каждым разом убеждался, что мир жесток, но в нём есть то, что заставляет иногда задуматься. На самом деле, когда-то мир был прекрасен, пока не начал отражать то, что в нём происходит. Бессмысленные нескончаемые войны, борьба за власть, раздел того, что попросту не принадлежит людям. Почему-то они посчитали, что мир им, чем-то обязан. Хотя, это они обязаны ему. Высшие существа верили, что когда-нибудь люди это поймут, но этого не случилось, и попросту махнули рукой. Людей создали, по их подобие, надеясь на благоразумность и схожее мышления. Только подумайте, ведь можно было создать райские сады, виноградники, одно единое общество, но вместо этого они делили земли, придумывали себе звания и награды, ценности и деньги, разделились на богатых и бедных, а к чему это привело?! Тёмных привлекли качества, которыми они обзавелись: страхи, желания, месть, зависть и прочее, что можно перечислять ещё долгое время. Они стали частыми гостями, глумясь, усмехаясь, играя словно оловянными солдатиками. Но! В своём обители, всегда царит гармония, единая власть, справедливость. Светлые вовсе закрыли глаза, мир людей для них стал чуждым, прокажённым, без права на исцеления, хоть и находились те, кто был достоин света. — он умолк.

— Виктор, откуда вам всё это известно?

— Мне то? — отчуждённо посмотрел на меня, всё ещё прибывая в своих мыслях. — Кто знает? Может это только догадки.

— Зачем же, вам, говорить об этом с мной?

— Быть может, я решил скрасить наш путь, — он тотчас обернулся.

Я посмотрела в конец коридора, но так и не увидела конца, казалось он протянулся на многие километры, но я их даже не ощутила. И правда, мы шли долго, или это лишь иллюзия, потому что одновременно с тем, мне показалось, что прошло лишь пару минут.

— А может решил поделиться с вами своими знаниями. Они очень ценны для меня.

Мгновение, коридор стремительно поплыл, быстрее, утягивая вперёд. Стены по обе стороны быстро проносились, оставляя позади витиеватые канделябры с горящими свечами. Несколько шагов, и вот мы уже подошли к большим дверям, украшенных невероятной резьбой. Виктор положил ладони на них, и одним движением оттолкнул от себя. Двери тут же податливо отворились, открывая вид на круглый зал, забитый множеством гостей.

— Виктор… — прошептала, чувствуя, как подкосились коленки.

— Тише, прекрасная донна, тише. Глубокий вздох, моя Госпожа, мы заходим. — Виктор потянул меня.

Мы одновременно переступили через порог. Напольное покрытие было выложено маленькой мозаичной плиткой в виде какого-то узора. Бетонные стены зала разрисованы неизвестными мне картинами и пейзажами. Будто к ним приложился некто великий. Колонны украшенные и разрисованные в венецианском стиле. Я словно перенеслась на века в прошлое. Громадная люстра украшала зал, но вместо лампочек, на ней горели свечи. Все присутствующие были красиво одеты: женщины — длинные платья, разных эпох и народов, мужчины — фрак. Можно было спутать с тематической вечеринкой для более высшего общества.

— Госпожа. — Виктор обратил моё внимание на себя.

Вдруг я заметила, что гости разделились на две стороны зала, оставляя центр свободным. Увидела большой стол, перед которым возвышался подиум, а на нём стоял трон. Его обвивали, словно чёрные корни, переплетались на ножках, на подлокотниках, уходили вверх, возвышавшись над спинкой, и у самых окончаний заострялись, создавая вид скрещенных в битве мечей. Мужчина в домино укрывающим всё тело, восседал на троне, лицо его было скрыто под черным капюшоном. Какофония звуков, вдруг стала угасать, пока вовсе не потухла. В зале стало совсем тихо. Иштар медленно поднёс руки к капюшону, лишь кончиками пальцев прикоснулся к краям. Не торопясь, скинул его назад, открывая своё жёсткое и беспощадное лицо. Все склонили головы.

Я на секунду замешкалась, водя глазами по сторонам, пока не встретилась с его пламенно-прожигающим взглядом. Губы его сжались в тонкую полосу, заиграли желваки. Он ждал. Ждал, когда я приклоню голову перед ним. Сглотнув тяжёлый ком в горле, слегка опустила голову, но не отвела глаз. Он хотел подчинения, покорства? Он уже подчинил мою душу. Я не отведу взгляда. Его брови спустились к переносице. Положил правую руку на подлокотник. К нему тут же подошёл мужчина, и не поднимая головы, подал объёмный сосуд. Поднося к губам нечто похожее на золотой кубок, украшенный драгоценными камнями, еле заметно приподнял его в мою сторону, как бы чокаясь со мной, испил содержимое до дна, и выбросил его за спину. В гробовой тишине раздался удар металла о каменную стеклянную поверхность пола.