Тринадцатая Ведьма
Шрифт:
А Злата, краснея призналась и поцеловала, сама меня поцеловала. В тот момент я окончательно потерял голову, для меня перестало существовать всё на свете, кроме той единственной, что я держал в своих объятьях.
Не ведая, что творю, я был на гране, чтоб переступить черту дозволенного. Ту тонкую грань, после которой, Злата бы уже навсегда осталась со мной, правда не совсем добровольно...
– Злата, дурман мой...
– шептал я, целая изящный изгиб шей.
– Дурман...
– прошептала Злата, изменившемся голосом.
– Хороший цветок...
И тут меня как громом поразило, Дурман! Как же я сразу не догадался. Ругая себя последними словами, я положил руку на затылок ведьмочки и шепнул:
– Спи, малышка, спи.
И подхватив уснувшую Златославу на руки, отнёс в её спальню, где на тумбочке у кровати стоял букет из Дурмана и Барвинка.
В правильном сочетании цветов разбирается только один человек. "Ну, сестрёнка!
– подумал я, и вытащил букет из вазы.
– Ну, держись!"
Забрав с собой злополучный веник, я отправился на поиски сестры. Нашлась несносная девчонка в саду, на качелях. Заметив меня Ларрин хотела сбежать.
– Ларринеалья-Миллисента Де' Кастор наследница титула Повелительницы тьмы, стоять!
– рявкнул я.
– Уууууу - подняв голову к небу протянула сестрёнка.
– Сейчас мне будут отрывать голову.
– Вот это вот, твоих рук дело?
– подойдя ближе, я потряс изрядно потрёпанным букетом перед лицом Ларрин.
– Моих...
– созналась она.
– Данте, я просто хотела.... Тем более там барвинок, он не даёт выйти из под контроля полностью... Да и не действует как приворот... только открывает то что сокрыто.
Сказав это Ларрин дала дёру, а я размахивая букетом и грозя сестрице всеми возможными карами, начиная от надрать уши и заканчивая экскурсией в царство мёртвых, побежал следом.
Сколько бы мы так бегали неизвестно, ведь на стороне сёстры была сама тьма скрывающая её, если бы не наткнулись на Миро и Шилу. Поняв у кого стоит искать защиты, моя драгоценная сестрёнка спряталась за Миро.
– Миро, он мне уши грозит надрать.
– пожаловалась Ларрин.
Я же в ответ на эти слова кинул в неё букет, который по нелепой случайности попал в руки к Шиле.
– Ой, какие интересные цветочки.
– прошептала девушка.
– Не нюхай!
– закричали мы в строем.
Но было поздно Шии, вдохнула аромат дурмана и глупо захихикала.
– Миро усыпи её, пока глупостей не наделали.
– сказал я.
– Но у нас тут разговор важный был!
– возразил демон, с обожанием глядя на Шилу.
– У сказал, усыпи!
– прорычал я.
Друг посмотрев на меня с опаской, всё же погрузил Шилу в сон.
– Ты как вижу глупостей уже натворил.
– буркнул Миро, беря на руки свою любимую.
– Почти.
– признался я.
– Потом поговорим.
– Жаль, что почти.
– вздохнула Ларрин.
– А с тобой сестрёнка мы поговорим немедленно!
– Ну, я пошёл.
– Миро решил уйти с поля будущей битвы.
Миро ушёл, а я посмотрел на сестру. Небеса ну какая она Повелительница тьмы?! Девчонка совсем, маленькая и глупая, лет через сто может и поумнеет, но не сейчас. Как на неё можно сердиться? Ближе, чем Ларрин у меня нет никого.
Набрав в лёгкие побольше воздуха, я постарался говорить строго:
– Ларри, что за шутки с дурманом? Ты же знаешь, что не действует этот цветок только на Тёмных.
– Но Данте...
– Без но, сестрёнка. По твоей глупости, я едва не совершил ошибку. Ты предупредить могла, что решила подарить Злате, столь опасный букет?
– Я специально, не сказала.
Это признание сестры повергло меня в шок, вот же пакостница она и не жалеет.
– Что?
– Я специально не сказала. Если бы ты знал, то к Злате и на пушечный выстрел не подошёл. А я что тогда зря старалась?
– уперев руки в бока возмущалась моя сестрица.
– Нет, я ему помогаю, а он ещё и сердиться.
Обиженно сложив руки на груди, Ларрин посмотрела на небо.
– Мелкая ты ещё во взрослые дела лезть.
– сказал я, поняв, что раскаяния с её стороны не будет.
– А вы два упрямых, осла! Любите друг друга и молчите.
Сказав это сестрёнка развернулась и зашагала прочь. А я остался стоять, оторопело глядя в след Ларрин, пытаясь осмыслить то, что она сказала.
– Лар, подожди!
– крикнул я и направился к сестре.
– Что ещё не закончил ругать меня?
– хмуря бровки спросила сестрёнка.
Я улыбнулся, глядя на неё, а в моей душе теплилась надежда на то, что сестра расскажет мне всё, что знает.
Можно понять, что она догадалась о моих чувствах к Злате, ведь это наверное трудно не заметить. А вот её слова по поводу моей любимой ведьмочки, казались какими-то не реальными, но при этом вселяли веру.
– Ларрин, не веди себя как обиженный ребёнок.
– Дети это вы со Златой. Один любит, так, что ничего вокруг не видит, и на стену лезть готов, но молчит о своих чувствах. И вторая не лучше.
Похоже мою сестрёнку очень волновало, то что происходит между мной и Златой. Меня тронула эта забота с её стороны, пусть таким образом но она пыталась мне помочь, даже не смотря на то, что у самой сейчас не мало проблем. Совсем скоро, Ларрин вступит в права Повелительницы тьмы и примет клятвы тёмных магов. Да, ей сейчас ничуть не лучше чем мне.
Мы продолжили идти вперёд, по саду погружающемуся в сумрак ночи. У нас в Тёмной империи ночи всегда темнее, чем в других империях. Ночь это время тишины и тайн, любви и поцелуев. А сегодня ночь была особенной, полнолуние. Да интересное время для прогулок с сестрой я выбрал.
В такую ночь впору прогуливаться с той, которая занозой засела в сердце и душе. От этой мысли, моё воображение разыгралось и я явственно увидел картину нашей со Златой прогулки.
Улыбнувшись своим мыслям, я посмотрел на сестру:
– Ларрин, скажи мне когда ты успела покопаться в моей голове?
– А этого и не надо делать.
– усмехнулась сестра.
– По тебе и так всё видно. Не понимаю, как Злата до сих пор не догадалась, ведь ты уже много лет тайком следишь за её жизнью.