Чтение онлайн

Возвращаемся к описанию непрерывной атаки и страдной боевой работы Кексгольмцев.

Время — около 14 ч.; 1-й и 2-й б-ны, взяв вторую и третью линии за Трыстенем, продолжают наступление: 1-й б-н Витковского, с Осиповым II и Ящевским, — на батареи у высоты 83,8 и на кладбище у Бабье, 2-й б-н Ядыгина, с Шелиным, раненым Кругликом и Меньшовым, — на мельницу за батареями между Владимировкой и Аполонией.

Неприятель, обойденный 1-м б-м с тыла на линии Щурин-Трыстень, которую должны атаковать Стрелки Императорской Фамилии, отходит на Щурин; Стрелки еще не подошли.

Командир Бригады Генерал Буковской и Барон Штакельберг с полковым адъютантом Подпоручиком ф. Эссеном и начальником связи Подпоручиком Свистовским — на южной окраине Трыстеня.

Видя, что передовые баталионы расходятся, а 1-й б-н подставляет правый фланг занятому неприятелем Щурину, Командующий полком выдвигает 15 р. с Вирановским и Марковским и 16 р. с Михаилом Давыдовым и Николаем Андржеевским правее 1-го б-на, 13 р. с Волощенко и ф. Ренненкампфом, 14 р. с Андреем Давыдовым и Архангельским и 10 р. с Вилькеном и Крыжицким — в разрыв между 1-м и 2-м б-нами. В общем, с понятными изгибами и зигзагами, отставаниями и выносами вперед, наступление полка продолжается веером, разворачивающимся на участок в 3 1/2 версты, в следующем порядке рот справа налево: 16, 15, 1-й б-н, 10, 14, 13, 2-й б-н; 9, 11 и 12 роты идут в резерве за еще открытым слева 2-м б-м; команды Сапер и пеших разведчиков — за правым флангом 1-го б-на.

Эта вторая часть наступления полка отнюдь не была, как представилось некоторым участникам боя на других участках, ни преследованием бегущего неприятеля, ни занятием без боя оставленных батарей. Это было лихим безудержным продолжением все той же атаки и страды и венчанием пехотной победы штыковыми схватками и взятием с боя восьми батарей, ценою новых тяжелых потерь.

Командир 1-го б-на Шт. Капитан Витковский направляет 2-ю роту Подпоручика Ящевского на батарею «Г» у высоты 83,8 и сам ведет за 1-й ротой Осипова 3 и 4 роты без офицеров. С северо-востока, от Щурина вскоре появляется густая цепь с пулеметами, идущая на выручку батарее. — Витковский атакует цепь с 3 и 4 ротами, опрокидывает ее и отбрасывает на Щурин. Справа приближаются 15 и 16 роты. 2-я рота Ящевского берет в штыки тяжелую батарею «Г», Ящевский, с размаха, бежит на полевую батарею «В», но падает смертельно раненый…

Спустя два дня, он говорил в дивизионном лазарете перед кончиной: «С такими солдатами легко было идти вперед, a после нам Бог помог, и мы взяли австрийскую батарею. А тяжело было… Встретили они нас картечью и сильным огнем прикрытия немцев. Многих покалечили, но все же не задержали…» Перед самой смертью он попросил борща, но есть уже не мог и усмехнулся: «Никогда я не думал, что съесть борщ труднее, чем взять батарею». Умирал спокойно, зная, что белый крест свяжет навсегда его имя с Полком.

Батальон, уже лишь с двумя офицерами, продолжал наступать, прошел батарею «В» и остановился перед д. Бабье.

15 и 16 роты, видя полное отступление противника и завлекаемые победой, мчались на Щурин. На пути уже выбыли из строя контуженный Михаил Давыдов и раненый Марковский. Вирановский с 15 ротой и Николай Андржеевский с 16-й атаковали западную часть Щурина, к которому отошла вылазка на Витковского.

Николай Андржеевский принимал боевое крещение: раз за разом шел во главе роты в атаку на деревню и залегал под пулеметным и ружейным огнем. В последний раз довел роту вплотную, бросился на пулемет и разделил с братом венец бессмертия…

Последний офицер — Вирановский принял командование над обеими ротами, выбил неприятеля из западной окраины Щурина, взял батарею «Б» у кладбища и, тяжело раненый, выбыл из строя. В командование остатками рот вступил Подпрапорщик Новиков и еще три раза водил их в атаку на немцев и на пулеметы, бившие из землянок в самом Щурине. — Убит и Новиков, вступает в командование взводный унтер-офицер Артюшев и приказывает окопаться. — Подходят Стрелки Императорской Фамилии.

Левее 1-го б-на наступали 10, 13 и 14 роты. 10-я рота исполнила свое назначение обеспечить левый фланг 1-го б-на, но дорогою ценой: Прапорщик Крыжицкий был убит у кол. Владимировки, Подпоручик Вилькен у д. Бабье — на фланге 1-го б-на.

13 и 14 роты, заполняя разрыв между I и II б-ми, шли на батарею «Д», выбивая, на всем пути, штыками неприятеля, упорно и отважно цеплявшегося за все окопы и ходы сообщений. У батареи отступавшие сделали последнюю попытку отстоять ее и открыли ружейный и пулеметный огонь. Подпоручик Волощенко бросился на прикрытие с 13 ротой и пал смертельно раненый. Его младший офицер Подпоручик ф. Ренненкампф вступает в командование, вновь атакует и берет батарею. — Роты вышли на линию 1-го и II-го б-нов.

2-й б-н с тремя офицерами, под командой Полковника Ядыгина, преодолевал такое же отчаянное сопротивление, как и 13 и 14 роты, и шел на батареи.

Справа, из-за домов Владимировки, еще стреляло одно полевое орудие «Е». Полурота 7-й роты, во главе с Прапорщиком Меньшовым, бросилась к орудию и захватила его и прислугу.

Левее у самого конца Владимировки батарея «И» внезапно открыла огонь на картечь и начала косить наши цепи. — Подпоручик Шелин со своею 5 ротой бросился в атаку, в штыки. Разъяренные стрельбой в упор, люди перекололи всех артиллеристов и бросились на офицера, — он застрелился у всех на глазах. Шелин тяжело контужен и выбыл из строя.

Полковник Ядыгин ведет лично на батарею «Ж» 7 роту и остатки 8-й под командой, уже раненого в руку, ефрейтора Пейко, сменившего раненого в обе руки фельдфебеля Субботичева.

Стремительным ударом он берет батарею, идет дальше на тяжелую батарею «3» и падает, сраженный на смерть осколком гранаты с какой-то батареи, выручавшей своих. — Роты, без офицеров, проходят батарею с 4 тяжелыми орудиями, на бетонных площадках, нарываются на ружейный и пулеметный огонь из Аполонии и залегают. Оставшийся один Подпоручик Круглик принимает командование 2-м б-ном.

9-я, 11-я и 12-я роты, наступавшие, тем временем, за 2-м б-м, теряют, миновав католическое кладбище у Владимировки, всех офицеров кроме Прапорщика Каменского, убиты, — Подпоручики Богданов и Милавин, ранены Подпоручики Матчин [18] и Дмитрий Унковский, контужены Подпоручик Терлецкий и, еще раньше, у Трыстеня, Прапорщик Реут. Остатки этих рот вливаются во 2-й б-н.

Артиллерия противника смолкла на всем фронте полка, продолжали лишь изредка и беспорядочно стрелять по площадям два орудия, сохранившиеся где-то за Аполонией.

«Наш отец» лежит у копны скошенного хлеба на взятой им батарее.

Было около 16–17 часов. «Веер» Кексгольмского полка развернулся до предела — на 3 1/2 версты, — в 3 1/2 раза шире исходного положения, — от Щурина до южного конца Аполонии. На этой линии впереди взятых батарей было растянуто в цепи около 1000 человек из 3 1/2 тысяч начавших бой, при восьми офицерах из 36-ти. Люди разных рот и смежных баталионов были настолько перемешаны, что офицеры уже командовали не своими частями, а только участками.