Чтение онлайн

–Мир и общество поступающее так с ближним, обречены на худшую участь. Подытожил затворник. –К этому разговору мы еще вернемся дитя! Сначала мне хочется узнать о тебе подробнее. Вчера я позволил себе лишнего, поведал о своей жизни, больше чем следовало. Теперь расскажи ты мне, кто ты дитя? кто твои родные? откуда ты? за столом наш разговор пойдет не принужденно, вкусная еда, доброе вино, приятная и располагающая к беседе обстановка.

Девушка ела охотно, при этом не теряла манер за столом, ее осанка была ровной, выдавая в ней хорошее воспитание. Зная как обращаться со столовыми приборами, знакомая с этикетом, она не позволяла себе лишнего в присутствии основателя.

–Мой дом город школа. Здесь я появилась на свет, моя мама будучи сиротой воспитывалась в Столице, в то время когда еще не было величественных белых башен, а школа была сложена из отёсанных камней и бревен.

–Стало быть ты дочь Элины? Верно? (По обычаю древности имена тэлэинских дочерей иногда были схожи с именем матери.)

Служанка согласно кивнула.

–Элина, она была способной ученицей, как она поживает? Здравствует?

–Да основатель. С моей мамой все хорошо, я рада что вы вспомнили ее.

–А твой отец? Кто он?

–Он северный исследователь, ныне живет с нами в Столице.

–Ах, да! Первооткрыватели, достойные мужи прошлого. Нас многое роднит с ними, они тоже не нашли себе места в родном краю.

Решив поддержать беседу, Элен расчувствовалась:

–Сложно удержать себя, когда хочется увидеть все красоты мира и рассказать о них другим, ведь не возможно перестать мечтать о бескрайних просторах зовущих в след за собой, всех смелых сердцем странников, отринувших соху и плуг в угоду путешествий.

Основатель не довольно поморщился, точно в его кубке было не вино, а лимонный сок, он не громко произнес: -Даже в сохе и плуге есть некое очарование дитя, разумеется для честного селянина! Добавил Аретфолл. –Для тех кто не избалован городским бытом, открыт душой и не прячет за пазухой камень, в отличии от амбициозных переселенцев – променявших родной дом, на поиск мнимой славы и звонких мер в застенках Столицы.

–Жаль я не знакома с честными поселенцами. Угрюмо ответила девушка.
– Меня все чаще окружают амбициозные. Решив не переходить к оскорблению переселенцев, Элен робко улыбнулась.

Не обратив внимания на милую улыбку тэлэики, затворник сухо произнес:

–Всех нас давно окружают чужаки, мы романтики уходящей эпохи дитя, наше воспитание, нравственность, культура и наследие, не нужны обществу приспособленцев. Большинство тяготеет к удовольствиям, сытой жизни в комфортных условиях, а вместе с тем к накопительству. Элен….все они боятся одного! И это не смерть! Современники бояться потерять иллюзию обеспеченной и счастливой жизни: купленные титулы, дорогие усадьбы, породистые табуны лошадей, серебро запрятанное по сундукам – для пленников своих страстей все выше перечисленное дороже жизни. Страх движет современниками, одно из подлых чувств тянущее наш народ к пропасти забвения.

Без радостный ответ затворника навеял тоску, не желая поддаваться горестному унынию Элен осмелилась задать волнующий ее вопрос.

–Основатель, расскажите почему наш мир так быстро переменился, ведь раньше все было по-другому? Разве аргентум корень перечисленных вами бед? Страха? Корысти? Неуемной жажды удовольствий?

–Он часть единого целого, ведь для коварного разрушения не обязателен сиюминутный крах в пропасть. Куда больше бед принесет медленное уничтожение, время способно обрушить стены многовековых башен, как вода точит камень, так же время стирает следы нашего народа, и кто придет нам на смену, унаследует вековые знания, культуру и сокровища. Народы – приемники, не остановятся на достигнутом. Они будут алчно преумножать доставшееся от нас наследие, обретая новое, смотря сквозь пальцы на уроки прошлого и приближая свою гибель в будущем.

–Мы на самом деле обречены? Не выдержав спросила девушка.

Старик молчал.

–Если все так скверно, можем мы хоть как то повлиять на ход событий? Переменить грядущее к лучшему?

–Нет. Мы можем только не допустить худшего, отодвинув срок неизбежного краха. Произнес задумчиво основатель. –В наших силах не допустить безумия в мире, единственная привилегия и благо свободной воли дарованные нам свыше, право выбора между лучшей и худшей участью. От сотворения мира Творцом прошло много поколений и веков.

В прошлом наш славный народ возделывал землю, жил по северный стороне от реки Разлучницы, удил рыбу, не зная забот. Нас не тревожил дикий зверь, а время только подталкивало к размышлению, зачем мы здесь?!

Тогда на свет появилось поколение будущих мыслителей и просветителей тэлэинских земель. Сызмальства мы подвергали мир доскональному изучению, трепетно оберегая результаты своих изысканий. От родных нам достались знания о прошлом. Вскоре поколение просветителей превзошли своих предков, отцов и матерей, переданные ими знания стали для нас начальной ступенью, отправной точкой на пути к триумфальным открытиям.

–Справедливости ради стоит заметить, мы были не одни! Наравне с просвещением, развивалось и духовенство. Среди нашего народа стали встречаться дети, чьи лица светились точно солнце. Эти дети своим появлением несли великую волю, которую мы стремились понять, заключив в приемлемые для себя рамки. Так мы отличались друг от друга, они знали, а мы хотели узнать, на чем строится вера духовенства и убеждения в высшей воле, нам нужны были доказательства, и чем больше мы пытались изучить этот вопрос, тем сильнее ширилась пропасть между духовенством и научным просвещением.

–Спустя два десятилетия все кто не нашли себя в сельской жизни, перешли Разлучницу, в надежде построить новый дом, для ученых – идеалистов. Нам хотелось верить, в возможность закрепить истину как формулу, в то что вера это пережиток наследия предков, и теперь достаточно накопить знаний, с помощью которых легко добиться величия, признания, власти – а вместо этого мы плодили бездельников и болтунов, желающих вкусно и сытно есть, богато жить, кичась на право и на лево, своими достижениями, не взирая на выбранное мошенником поприще, будь то наука – как памятник вечного тщеславия, либо искусство – обслуживающее светские интересы.

–Очень скоро эпоха плуга и сохи сменилась духовной, как крестьянские лачуги – заменили добротные дома из камня и дерева, с опрятной черепичной крышей, так и мы, став переселенцами, продолжали тешить свою гордыню, раздувая щеки, толкая камень псевдо – знаний в гору.

Для нас духовная эпоха открыла возможности материализовать твёрдые формы, так тэлэинская архитектура стала невероятной для будущих подражаний, многие умы будут спорить о том какие знания сокрыты от них, в древних книгохранилищах, они будут искать ответы на свои вопросы, тратя тщетно свои жизни.