Чтение онлайн

– А вы отправили стихотворение той девушке? Почему оно у вас?

– Я ей отправил много писем, но, – развел руками Алексей Николаевич, – через полгода после нашего знакомства она мне их возвратила. В них все казалось ей странным и никчемным. В ее глазах я был просто несуразным фантазером, человеком, который «не мог ей обеспечить соответствующий ее представлениям уровень жизни». Позже она вышла замуж за очень солидного и практичного мужчину, имеющего хорошую зарплату и, как она выразилась, «жилплощадь». У него было все то, что всю жизнь мне казалось неважным, второстепенным.

– Одним словом, «любовная лодка разбилась о быт», – с грустью сказал я и тут же вспомнил и процитировал на память Рабиндраната Тагора: – «Утром я закинул свою сеть в море. Я вытащил из темной морской пучины предметы дивной формы и дивной красоты – одни из них сияли, как улыбка, другие блестели, как слезы, третьи цвели, как щечки невесты. Когда же я возвращался домой, моя возлюбленная сидела в саду, праздно обрывая лепестки цветка. Я колебался мгновение, затем молча положил к ее ногам все, что добыл. Она взглянула и сказала: "Какие странные вещи. Я не знаю, на что они". Я со стыдом склонил голову и подумал: "Я не бился за них, я не купил их на рынке – этот дар ей не нужен". И целую ночь я выбрасывал их на улицу. Утром пришли странники, они собрали их и унесли в далекие страны».

– Ах, как это вы к месту и вовремя! – восхитился Алексей Николаевич. – Да еще наизусть… А может быть, вы тоже были в такой тяжелой ситуации?

– В такой тяжелой не был. Просто сработала в данном случае моя молодая память, находчивость и любовь к Тагору. Я очень рад, что и вам он нравится. Но и вы, и Тагор как-то уж слишком драматизируете тяжесть неразделенной любви. Я бы отнесся легче…

– Это как?

– Спокойнее, позабыл бы, переключился…

– Э-э нет, дружок, – быстро возразил Алексей Николаевич, – я бы никогда не отдал ни одного часа из своих мучений, связанных с любовью. Без нее жизнь моя была бы неполной, лишенной одного из самых ярких впечатлений. «Спокойнее!» – передразнил меня Алексей Николаевич. – Тоже мне слово! – фыркнул он. – Попробуйте, скажите какой-нибудь женщине, что вы любите ее спокойно, и увидите, что оскорбите ее этим до глубины души. И потом, Саша, я считаю, что прав был тот философ, который сказал: «Пусть вашей целью будет всегда любить больше, чем любят вас, не будьте в любви вторыми».

Конец ознакомительного фрагмента.