Трое из небытия
Шрифт:
– Е-мать…, – раздались два испуганных голоса и пара глухих ударов голов о крышу.
– Что за поимень!?! – проревел Федор Михайлович, поворачиваясь лицом к Семену. – Какому …диле надо в репу стегануть?
– Она сама, – испуганно возопил Сема, – я ничего…
– Если бы ничего, то с какого она сигналит? Ты куда, маймуна виришвила, тыкнул свой палец?
– Правда никуда, я вот только так сделал, – и машина повторила рев тираннозавра.
– Ты на хрена руками на панель опираешься. Урод в тапочках! – орал Брашкин в плотную приблизив лицо к очкам Иволгина. – Я тебе сказал ничего не трогать? Сказал, так какого ты пихаешь всякую хрень куда нипоподя?!?
– Я и не пихал, ты же не сказал, что облокачивался нельзя, – справедливо возмутился Семен. – Я же не знал, что у тебя не везде можно, вот у нас везде можно!
– Я так сказать извиняюсь, – интеллигентно в перепалку влез Орлов. – Но может вы уже прекратите орать и попытаемся сконцентрироваться на аборигенах.
– Чего-о? – возмутился Иволгин бесцеремонностью Олега.
– Да все того-о! По сторонам поглядите, устроили тут, понимаешь, разборки третьего уровня. Нас скоро линчуют, а они разбираются кто куда кого нажал…
Федор с Семой переглянулись и пристыжено опустили глаза.
– Чего зенки опустили по сторонам посмотрите!
Сема с Брашкиным взглянули в окно и с отвисшими челюстями зависли – местная добровольческая дружина во главе с Верховным жрецом лежали ниц на земле увеличив расстояние между священным кругом и собой на несколько сот метров. Лежали и не шевелились и лишь морской бриз ворошил одежду аборигенов. Стекла в машине синхронно опустились в них показались обалдевшие лица Семена, Олега и Федора Михайловича.
– Чегойт это они? – недоуменно произнес Иволгин.
– Хрен их разберет, может у них так положено…
– Ага, положено, это их, что-то положило. Даже глаза поднять боятся, а Федь.
– Да уж, и откинуло их на добрую сотню-другую шагов. Какие будут предложения, а Олег?
– Какие предложения… Куй железо не отходя от кассы. Вперед, будем разводить местных, – и открыв дверцу автомобиля решительно направился к Верховному Жрецу. За ним потянулись и остальные участники шоу «Пришествие спасителей на землю обетованную». Пока ребята шли до управляющего островом, быстро распределили роли своего поведения.
Аборигены не шевелясь продолжали лежать на животах и только жрец толи от храбрости не мереной, то ли от остеохондроза или еще от какой болезни распластался по земле стоя на коленях.
– Не, ну я не понял долго ты тут будешь пыль глотать монстр в рясе? Зенки то подыми и поговори с народом, а то я добрый пока…, – взялся увещевать жреца Сема.
– Остынь, не тирань народ побежденный, ты лаской к ним, – осадил Иволгина Федор.
– Да вы че бакланите, какая ласка? Они меня и так за дрюкали как Бобик Жучку…
– Все, шабаш! Дай мне с народом говорить, – Олег откашлявшись обратился к людям. – Свободный народ э-э-э…, просто свободный народ, мы пришли освободить вас от э-э-э, тиранов и узурпаторов вашей свободной жизни. Ведь мы же Боги!
После последней фразы Брашкин с Иволгиным переглянувшись приосанились.
–… Да каких пор на нашем теле будут зреть прыщи и … э-э-э, пить нашу кровь кровососы?! Свергнем!!! Долой тоталитарный режим, раб тоже человек не дадим тиранить чернокожее население белым янки!
Аборигены после пламенной речи Олега, отреагировали сдержанно, в общем как лежали молча уткнувшись лицом в землю так и продолжали лежать и лишь Верховный Жрец немного приподняв голову чуть слышно выдохнул: – Боги?
– Конечно Боги, а кто по-твоему Петросян с Галкиным и Сердючкой?
– Простите, но я к сожалению не знаю о ком вы говорите…
– Да ладно, забей, потом познакомим, – внес свою лепту Семен. – И это можешь подняться, а то разговаривать не удобно.
– Спасибо, о великодушный из великодушных. Могу ли задать вопрос?
– Задавай жрец, – напыщенно произнес Федор Михайлович.
– А что за зверь, который так страшно рычит?
– Зверь? – недоуменно произнес Брашкин. – Ха, это не зверь это ВАЗ 2106, – доходчиво разъяснил Федор.
– Молодец, Федор. Теперь ему стало го-ораздо понятней, – ехидно прокомментировал Олег. – Учись у меня, – и Орлов обратился к жрецу. – Видишь ли уважаемый это не зверь, как объяснил э-э-э, тот бог, это повозка, которая сама ездит.
– Сама?!? – в голосе жреца проскользнули нотки благоговейного ужаса.
– Ну да сама, а что такого, в сказках же часто встречаются такие вещи, ну там «ковер самолет», «сапоги скороходы», «печка» и «ноги самобеги» – принялся разъяснять Сема Верховному жрецу.
– Блин, Семочка вот ты думаешь ему нужен был этот экскурс в народный эпос? – процедил Олег.
Жрец переводил взгляд с одного на второго и на третьего новоявленных богов и тщетно пытался понять хоть отдаленный смысл разговора богов.
– Шабаш! Хватит разводить демагогию, – прервал друзей Брашкин. – Надеюсь мы удовлетворили ваше любопытство товарищ жрец?
– Да-да, мне стало гораздо понятней, только у меня еще один вопрос, что такое «ноги самобеги»?
Друзья не довольно скорчив лица посмотрели на Иволгина.
– Об этом мы вам расскажем позже, – поспешил увести разговор в другое русло Орлов. – А вот что это за история с освобождением вас, хотелось бы поточнее узнать. Откуда эти данные?
– Так говориться в легенде.
– Леге-енде, – протянул Семен. – А вот саму легенду от вас услышать можно?
– А, Вы разве не знаете? – удивился жрец. – Вы же боги, – с подозрительным прищуром закончил Верховный жрец.
– Мы-то боги, но вот эти ваши легенды нам до лампочки. Или ты думаешь, что богам делать больше нечего, как только слушать ваши легенды? Мы управляем вашей жизнью, а вот эта вся суета сует…, – Олег постарался убедить недоверчивого жреца. – Но сейчас было бы неплохо послушать, из первых уст легенду .
– Да, конечно. Слушайте! «Когда вода поглотит землю и оставит лишь небольшие острова. Когда жизнь в воде будет перенасыщена. Когда еды станет мало. Народ, что жил в воде, разделится на хозяев и рабов. Хозяева останутся в воде, а рабов изгонят на землю, чтобы они насыщали животы хозяевам. И настанет темное время для рабов, и изменятся они. И поменяют свой природный синий цвет – цвет воды – на зеленый цвет – цвет земли. И вместо плавников вырастут у них руки и ноги. И смогут они дышать над водой, но не под водой. И будут хозяева их обижать и унижать до тех пор, пока и душой и телом рабы не возлюбят землю – мать их. А когда произойдет это, на землю спустятся боги в колеснице, и будет их трое: Бог Войны, Бог Знаний и Бог Веселья. И освободят они рабов от хозяев. И подарят свободу, которую они так долго ждали!» – закончил жрец свое повествование.