Чтение онлайн

— Да вы сумасшедшие! Ларун, когда все поймет, живьем вас сожрет! И меня с вами заодно!

— Запретов на пребывание на кухне в свободное от занятий время в правилах академии нет, — с гнусной ухмылкой процитировал маг «Памятку для студента». — А у нас теперь все время свободное… Кстати, господин Здоровяк не возражает против пары дополнительных помощников. Я с ним уже договорился. Так что до конца смены нас отсюда никто не выгонит.

Я глянула на мстительно прищурившегося Ника, довольную сверх меры Ланку, представила, как они в спешке придумывали этот идиотский план и… неожиданно почувствовала, как потеплело на душе.

Саан меня задери! Да они и впрямь сумасшедшие, если рискнули так нарываться и открыто пойти против куратора. На время практики Ларун был для студентов почти что богом. Дразнить его значило с гарантией подписать себе смертный приговор. Ник и Ланка отчаянно рисковали, провоцируя его на уроке, но кто бы только знал, КАК я им была за это благодарна!

— Не боись, прорвемся, — перехватив мой взгляд, широко улыбнулась подруга. — Ты же сама говорила, что тройка — это одно целое. Так что теперь куда ты, туда и мы. Железно.

— Спасибо, ребят, — тихо проговорила я, не зная, что тут еще можно сказать. — Честное слово, спасибо.

Ник на это ничего не ответил, но на его лице проступило выражение непоколебимой уверенности в том, что он все сделал правильно. После чего маг просто кивнул, я успокоенно отвернулась, и мы втроем взялись за паттаку, потому что никакие слова были уже не нужны.

Разумеется, на этом все вот так просто закончиться не могло. И, само собой, вскоре после ужина к нам заявился Ларун собственной персоной. Поскольку дураком он никогда не был, то, увидев нас троих возле грязных котлов, тут же просек, для чего и зачем сегодня перед ним был разыгран целый спектакль.

Я, правда, полагала, что куратор вспылит, разорется или, чего доброго, в приказном порядке попробует нас разделить. Даже испытала чувство яростного протеста и, поддавшись ему, инстинктивно шагнула к друзьям, которые точно так же непроизвольно сдвинулись и, как в подземелье, приняли боевое построение.

Ларун постоял, посмотрел на наши решительные лица, подумал. По достоинству заценил непроизвольный жест Ника, напрочь позабывшего про блокиратор и уже сложившего пальцы в характерный жест для создания боевого заклинания. Затем подметил, как пальцы Ланки нашаривают на поясе рукоять несуществующего меча. Встретился со мной взглядом. Посмотрел, как я держу нож для чистки овощей, и… неожиданно усмехнулся.

— Надо же. Всего два с половиной месяца прошло, а вы уже готовы глотку перегрызть друг за друга. Линнель, вот уж от кого не ожидал, так это от вас… но раз ваша тройка действительно сложилась, примите мои поздравления, эрты. Надеюсь, вы отдаете отчет в своих действиях и больше не наделаете глупостей.

С этими словами он развернулся и просто ушел, оставив нас пораженно смотреть ему в спину. А когда его коренастая фигура исчезла вдали, мы с ребятами дружно выдохнули и, переглянувшись, почти одновременно рассмеялись. Кажется, только сейчас осознав, что именно сделали и обретя какое-то неожиданное спокойствие, твердую уверенность в нас, нашей тройке и в неожиданно четкой мысли, что именно в единстве наша настоящая сила. И до тех пор, пока мы вместе, никто и никогда не сможет нам навредить.

***

Тем же вечером в лагере снова случился переполох. И связан он оказался с тем, что на соседнем холме, в абсолютно неурочное время, вдруг ярким светом загорелся портальный камень, а из проступившей в воздухе полупрозрачной арки вышли четверо незнакомцев, один из которых был одет в ослепительно-белые одежды.

— Жрец… жрец… — тут же разнеслась по лагерю ошеломительная весть.

Мы, правда, узнали об этом довольно поздно, когда незваные гости уже спустились с холма и оказались у границы лагеря. Проклятые котлы отняли у нас кучу времени, да и сама кухня была расположена на отшибе, так что невероятное известие докатилось до нашего слуха с большим опозданием. Ну а когда оно все-таки пришло и мы, бросив все дела, помчались посмотреть на жреца, то успели увидеть лишь, как в палатку Ларуна один за другим заходят люди в длинных плащах и с низко надвинутыми капюшонами. Среди гостей, судя по фигуре, была высокая и стройная женщина, неопределенного возраста мужчина, прятавший лицо особенно тщательно, глубокий старик с длинной бородой и тот самый жрец, которого можно было узнать по летящим белым одеждам и такому же белому посоху.

Надо сказать, жрецы сестер-богинь — весьма малочисленная, но при этом на редкость могущественная каста, которая не только пользовалась огромным уважением, но и была окружена таким количеством слухов, что это просто не поддавалось описанию.

Говорили, что люди становились жрецами лишь с особого благословения богинь. И что для этого им приходилось по нескольку десятилетий проводить в постах и непрерывных молитвах. Более того, их и впрямь было настолько мало, что на всю империю едва ли набиралось несколько десятков человек. Все остальные служители в храмах были обычными людьми, добровольными помощниками, послушниками, кандидатами в жрецы. Однако свою силу сестры-богини давали лишь самым достойным. Зато порой она бывала так велика, что даже слабенький жрец мог в одиночку уничтожить небольшое пятно скверны. И играючи справиться с обитающей там нежитью, которая по определению не могла противостоять божественной силе жреческих посохов.

Правда, с большими пятнами без помощи магов было сложно разобраться даже очень могущественным жрецам. Да и не было их в империи столько, чтобы раз и навсегда вычистить страну от скверны. Поэтому обычно с нежитью сражались люди вроде нас. А жрецы подключались лишь в случае, если обычное оружие и магия не справлялись.

И вот один такой жрец внезапно объявился в долине Нол-Рохх?!

Не надо быть семи пядей во лбу, чтобы понять, с чем это связано. Похоже, Ларун слукавил, когда сказал, что с лабиринтом ничего страшного не происходит. Если уж сюда прислали жреца… Эх, как же плохо, что куратор активировал артефакт молчания! Я бы дорого отдала, чтобы послушать, о чем они говорят!

В итоге в тот вечер мы так ничего толком и не узнали. Студенты, потолкавшись вокруг палатки, постепенно разбрелись по своим местам. Самые упрямые вроде Ланки вознамерились все-таки подкараулить куратора, чтобы понять, чем займутся необычные гости и куда Ларун их потом поведет. Но к полуночи даже ей надоело впустую дежурить у входа, поэтому в конце концов она ушла. А уже поутру Ларун во всеуслышание объявил, что господин жрец прибыл сюда по личной просьбе ректора нашей академии. Да не один, а в компании самой настоящей, действующей боевой тройки. И в этот самый момент они уже находились глубоко под землей, куда отправились, чтобы проверить работу главного управляющего артефакта.

Что тут после этого началось…

Достаточно сказать, что весь лагерь вплоть до обеда гудел, словно растревоженный улей. Какие уж там занятия?! Какие тренировки?! Народ обсуждал только одну невероятную новость. Был непростительно рассеянным. Порой даже опасно задумчивым. А еще все они, как один, то и дело косились в сторону развалин, чтобы не пропустить момент, когда необычные гости будут возвращаться.

Мы бы, наверное, тоже туда пошли и принялись ждать появления жреца. Но, к сожалению, обед сам собой не приготовится, да и котлы сами себя не помоют. Поэтому мы с Ником, посовещавшись, решили отпустить в дозор радостно взвизгнувшую Ланку, а сами весь день усиленно мыли, чистили, резали… до тех пор, пока не увидели несущуюся во весь опор рыжую и не услышали ее возбужденный вопль: «Идут! Идут!» — после которого по всей округе снова поднялась страшная суматоха.

Когда же мы, запыхавшись, примчались к границе лагеря и, протиснувшись сквозь толпу таких же любопытствующих студентов, жадно уставились на руины, то даже я не смогла сдержать восторженного вздоха.

Оказывается, господин ректор прислал сюда не просто действующую боевую тройку — по его просьбе в долину прибыли не кто иные как знаменитые Фениксы. И я, впервые увидев эту легендарную тройку, почувствовала, как от радости что-то екнуло в груди.

Фениксы — это же… это… одна из самых известных боевых команд, слава которых успела разойтись далеко за пределы Даманской империи. Вчера я не смогла разглядеть их лиц. Длинные плащи надежно прикрывали черные доспехи, на которых пылало изображение знаменитого на весь мир символа. Но сейчас, когда плащи были сняты, а яркое полуденное солнце высветило на доспехах изображение раскинувшей в стороны крылья огненной птицы, я… честное слово, я едва не задохнулась от восхищения. Потому что это было слишком невероятно, чтобы так просто в это поверить.