Чтение онлайн

— Нет, я пришел сюда не за этим, — сказал я. — Я собираю людей для битвы — но не на море и не на севере. Я поведу их в прекрасную страну, чтобы отвоевать ее у нечисти.

Госпожа Крисвита, все это время внимательно изучавшая меня, теперь чуть подалась вперед и вперилась в меня взглядом, словно колдунья, способная распознать, говорю ли я правду или лгу.

— И где же находится эта заветная страна, воин? — спросила она.

Я провел языком по губам. Настал момент проверить этих людей.

— Эта страна находится на востоке.

На лицах окружающих появилось недоумение. «Неужели они и вправду неспособны мыслить о востоке? — поразился я. — Как же поведать им об Эскоре?»

— На востоке? — повторила Крисвита. — Где это?

Я решил рискнуть — мне к этому было не привыкать, ведь, что ни говори, вся моя жизнь — сплошные опасности. Я решил выяснить именно сейчас, именно с этими людьми, есть ли у меня хоть какая-то надежда увлечь кого-то за собой. Для этого необходимо было рассказать этим людям всю правду об Эскоре, какой она открылась нам, чтобы выяснить, способны ли они освободить свой разум от оков и прозреть.

Я начал рассказывать им о манускриптах Лормта и о том, чему свидетелями были мы сами — там, в Эскоре. Рассказывая им обо всем этом, я все время следил за тем, чтобы не назвать свое имя, но госпожа Крисвита не упустила из внимания моих стараний.

— Если все это так, — произнесла она подозрительно, — тогда каким образом, воин, удалось тебе проникнуть за горы, которые не только непреодолимы, но, как ты говоришь, не поддаются даже осмыслению? Почему же ты — свободен мыслить о них? — Она явно намекала на то, что подозревает меня в каком-то обмане.

Муж, однако, как будто не слышал ее.

— А ведь и верно, — сказал он. — Я и думать забыл о востоке. В Карстене — думал, а здесь — нет. Будто и направления такого не существует.

— Госпожа задала вопрос и ждет ответа, — рыкнул Годгар, сидевший с другой стороны от меня. — Мне бы тоже хотелось его услышать.

Я понял, что играть в прятки бесполезно; чтобы меня не считали обманщиком, приходилось рассказать им, зачем я отправился на восток.

— Тому было две причины, — сказал я. — И одна из них — это то, что я, по всей вероятности, объявлен здесь вне закона…

— Так я и знал! — воскликнул Годгар и вскочил, угрожающе замахиваясь на меня кулаком. — Господин, этот мошенник исхитрился стать твоим гостем, но он не достоин права неприкосновенности. Ему надо снести голову с плеч, иначе он навлечет на нас беду!

— Спокойно! — потребовал Хорван и затем обратился ко мне. — Объявленный вне закона, назовись по имени. Только не болтай о возложенной на тебя миссии, теперь тебе это не поможет.

— Килан из дома Трегартов, — ответил я.

Воцарилась тишина, и я подумал, что, должно быть, моя фамилия им неизвестна. Но тишина была недолгой. Годгар вдруг издал яростный рык и двинул мне кулаком в ухо с такой силой, что у меня зазвенело в голове, и я опрокинулся на пол. Не успел я подняться на колени, как на меня навалились стражники, и еще один удар по голове вверг меня во мрак и беспамятство.

Очнулся я почти в такой же темноте. По еле заметным полоскам света, образующим квадрат, и по ознобу, бьющему меня, я заключил, что нахожусь в подвале, сооруженном, наверное, на много лет раньше, чем началось строительство этого гостеприимного дома. Я лежал на полу со связанными руками.

«Почему я все еще жив? — подумалось мне. — Они могли лишить меня жизни еще там, наверху. Похоже, мое поруганное имя им все-таки известно, по крайней мере, Годгару. И если они не убили меня на месте, значит, надумали передать суду Владычиц. Лучше бы уж убили… Хотелось бы знать, долго ли я буду валяться в этой яме… Этот форт, это обиталище дикарей находится на крайнем юге страны, и посыльному потребуется не менее суток, чтобы доскакать до Эса».

Я попытался избавиться от пут, но это не удалось, они только сильнее врезались в руки. Тот, кто связал меня, знал, как это делается. Я понял, что своими силами мне не освободиться.

Зато у меня появилась куча времени спокойно поразмышлять. «Если мне не спастись, то, может быть, я хотя бы смогу помочь другим? Что если Владычицы обернутся во гневе на восток? Надо бы как-то известить о такой опасности тех, кто сейчас — по ту сторону гор».

Мне не оставалось ничего иного, как попытаться установить мысленный контакт с сестрой или братом, и я сосредоточился на образе Каттеи. Возникло едва уловимое видение, которое тут же исчезло; тогда я попробовал переключиться на Кемока, но из этого вообще ничего не вышло.

«Вот так-то. При всем нашем единстве мы больше не слышим друг друга, — с горечью подумал я. — Дагона ошиблась, полагая, что в крайнем случае я могу надеяться на мысленную связь с ними. С ними?

С сестрой и братом — или с нею тоже?» Я постарался представить себе ее — такой, какой она запомнилась мне при расставании.

Не образ, всего лишь смутная тень — явилась моему воображению, но я тотчас испытал хорошо знакомое чувство мысленного контакта. Оно было зыбким, и я понимал, что не могу рассчитывать на общение, подобное тому, какое происходило время от времени между мной и сестрой или братом. И все же я надеялся, что Дагона воспримет хотя бы мою тревогу — как предупреждение об опасности. Внезапно у меня закружилась голова, мне почудилось, что я слышу отчаянные крики на каком-то непонятном языке, и почему-то это было невыносимо, я начал задыхаться и лишился сознания.

Очнувшись через какое-то время, я все еще не владел собой — у меня бешено колотилось сердце, и я судорожно глотал воздух. Над головой послышалось шарканье, крышка погреба открылась, и в проем спустили лестницу. За мной явились. Я приготовился к тому, что сейчас на ступеньке появится нога в сапоге, но вместо этого по лестнице зашуршали юбки, — спустилась госпожа Крисвита. Она поспешно захлопнула за собой крышку, и опять в подполе наступил мрак. Я уловил терпкий запах папоротника, которым женщины перекладывают свежевыстиранное белье.

— Объясни, почему ты бежал из Эсткарпа, — спросила она, склонившись надо мной.

Ее голос звучал требовательно, и я удивился: теперь-то зачем ей понадобилось знать это?

Я рассказал, как все произошло здесь и чему мы оказались свидетелями за горами. Она выслушала меня внимательно, ни разу не перебив, однако мой рассказ, похоже, чем-то не удовлетворил ее.

— Ты говори дальше, — потребовала она. — Что же, ту затерянную страну — можно покорить?

— Не покорить — отвоевать у сил зла, — поправил я, и тут же спросил: — Госпожа, зачем тебе это знать?

— Вдруг понадобится, — ответила она спокойно. — Они послали гонца в Эс, скоро тебя заберут отсюда.

— Того и жду, — отозвался я.

По шороху платья я понял, что она собирается уйти.

— Бывает, что на некоторые вещи смотришь не так, как все другие, — загадочно произнесла она. — И оказавшийся вне закона — не обязательно злодей.

— Что ты имеешь в виду, госпожа? — спросил я, но она уклонилась от прямого ответа.

— Пусть тебе повезет, Килан из рода Трегартов, — сказала она. — Ты заставил меня задуматься кое о чем.