Чтение онлайн

— Да ладно тебе! Сложно, что ли? Давай, взлетай! — требовал Ванька.

Алёша попытался его обойти, и Ванька внезапно отступил в сторону, давая проход.

— А то фиг его знает, — пробормотал Ванька глумливо. — Он же пришелец. Вдруг ядовитый какой-нибудь. Или молнией ударит.

Школьники, собравшиеся в коридоре, рассмеялись.

Так и повелось. Трогать близнецов не трогали, по-настоящему не травили, не притесняли и даже не особо обижали. Но и о друзьях в этой школе близнецам пришлось забыть. Получалось как-то неправильно. Вроде бы ничего плохого не происходило, и в то же время Алёша и Алёна всё больше и больше ощущали себя изгоями. Дети редко милосердны к тем, кто отличается от них…

Закрепилось и данное Ванькой прозвище — «Пришельцы». По неприятному совпадению, такое же, как и в прежнем городе. Таким же стало и отношение других детей. Опасливое. Отчуждённое. Враждебное.

И вот однажды в школу пришли два Алёшки — так показалось школьникам сначала. Конечно, Алёшка был один, просто его сестра вдруг остригла себе волосы и оделась в мальчишечью одежду. Близнецы сделались совершенно неотличимыми. Теперь никто не мог бы сказать, кто из них кто, путались даже учителя. Им даже имена сократили, чтобы не угадывать, мальчик перед ними или девочка, и называли теперь одинаково — «Алё».

Так брат и сестра защищались.

Мама очень огорчилась, когда Алёнка попросила обрезать её чудесные длинные локоны. Но перечить не стала, даже когда девочка убрала свои платья и оделась в одежду брата. Только поинтересовалась, всё ли в порядке у них в школе. В школе им нравится, заверили её двойняшки. Просто им так захотелось. Они ведь близнецы, верно? А близнецы порой любят одеваться одинаково. Мама только головой покачала. Раз им так хочется… Подрастут, сами передумают.

Она так и не узнала, что «ненормальность» её старших детей в очередной раз перестала быть тайной.

А спустя два года открылась ещё одна тайна — и это была тайна, которую скрывали уже от самих близнецов.

Это произошло, когда они случайно услышали один странный разговор мамы и бабушки.

Бабушка жила очень далеко, через всю страну от них, в небольшой деревне среди гор, и под Новый год обязательно прилетала на самолете погостить. Близнецы бабушку побаивались. Всякий раз, когда бабушка приезжала, она ругалась с мамой. Конечно, делалось это при закрытых дверях, но острому слуху близнецов двери совсем не мешали.

Алёна и Алёша всегда знали, что бабушка их не любит. Она вела себя с ними совсем не так, как бабушки ведут себя с родными внуками. Чуралась. Бурчала на приветствия. Отводила глаза. А если и смотрела на них, то непонятным взглядом. Словно на тараканов или мерзких лягушек.

Но тот разговор зимним вечером на кухне, случайно подслушанный братом и сестрой, неожиданно объяснил очень многое.

Бабушка, как всегда, ворчала на маму.

— Дурёха ты, — говорила бабушка. — Вот зачем, скажи мне, зачем они были тебе нужны?

— Ты знаешь, — тихо отвечала мама.

Она всегда так разговаривала с бабушкой, спокойным и немного усталым голосом.

— А теперь смотри, что из них выросло! — не унималась бабушка. — И эти ненормальные глаза!

— Просто необычный оттенок.

— Да всё в них необычное! — возмутилась бабушка. — Вот скажи, они хоть раз болели?

— Нет, и слава Богу, — сказала мама.

— Разве ж это нормально?

— Ты же знаешь, я всё равно не смогла бы показать их врачам.

— Потому что знаешь, что они скажут. Эти дети уродцы.

— Мама, не говори так.

— А я скажу! — вскипела бабушка.

Мама помолчала. Потом сказала:

— Да, они необычные. У них странные глаза и не только глаза. У них даже кости не такие как у людей. Поэтому я не могу показать их врачам. Боюсь, что их заберут у меня. Запрут в какой-нибудь лаборатории и будут изучать. Но я скажу тебе вот что. Я ими горжусь. Они чудесные дети. Добрые и ласковые. И люблю я их не меньше, чем Юлю.

— Ненормальные они, и ты такая же, — буркнула бабушка. — Не этого я желала своей дочери. Растить чужих уродцев… Лучше бы ты сдала их тогда в детдом.

— Я бы никогда так не поступила.

— Ну, я понимаю, были бы твои родные, но они подкидыши!

— Не подкидыши, — возразила мама. — Я нашла их на той горе. А у меня не было детей. Долго не было. А они — как дар с небес. Я тогда сразу поняла — они мои.

— Твои?! Вот Юленька — она твоя. А не эти……

Юленьку, конечно же, бабушка очень любила.

— Вот знала бы, что через пять лет своя родится, не пришлось бы брать… этих…

Бабушка замолчала, глядя в сторону двери. Мама тоже развернулась и охнула.

Там стояли близнецы…

И маме пришлось им всё рассказать. О том, как их ещё младенцами нашли под горой Кольцо, неподалёку от бабушкиной деревни, в которой тогда жили мама и папа. О том, что настоящие родители Алёны и Алёши, скорее всего, сгинули на той самой горе. Странная та гора, нехорошая. Немало людей исчезло на её вершине. И что там могла делать пара с двумя младенцами, так и осталось загадкой.

— Это было летом десять с половиной лет назад, — говорила мама. — Мы с папой не знали точного дня вашего рождения. Но вы были такие маленькие, словно только родились, и мы решили, пусть день, когда мы вас впервые увидели, и будет днём вашего рождения.

Несколько месяцев ребята упрашивали маму съездить к тому месту, где их нашли. К лету мама сдалась, и в июле вся семья отправилась на другой конец страны в деревню к бабушке.

В ту пору близнецам уже исполнилось по одиннадцать лет.

Они могли никогда не узнать ни о горе Кольцо, ни о том, что сами они найдёныши.

Но они узнали.

И одним теплым солнечным днём — второй раз в своей жизни — оказались у подножия нехорошей горы.

— Вот это да! — тихо произнес восхищённый Алёшка. — И правда — Кольцо.

На самом деле это была жёлтая скала с большой сквозной дырой посередине. С одной стороны к дыре можно было легко взобраться, склон там оказался пологий, и даже угадывалось какое-то подобие тропинки. С другой скала обрывалась отвесной стеной.

— Это опасное место, — сказала мама. — Дети очень любят играть в Кольце, но многие там исчезли.

— Это как? — не поняли близнецы.

— Я не знаю, родные. И никто не знает. Просто некоторые дети с Кольца так и не вернулись.

— Они… падали? — спросил Алёша. — Вон какой обрыв с той стороны.