Трофей для подполковника
Шрифт:
— Нет, не нужно, — нервно вскрикнула она и инстинктивно попятилась, пока не врезалась в стену. — Со мной все хорошо, — приложила ладонь к горлу, контролируя дыхание. — Передайте, я скоро спущусь.
— Хорошо. Вторая дверь направо.
— Я поняла. — Голос неожиданно сорвался от нервного спазма, а голова закружилась.
Ирина сползла по стене на пол и спрятала лицо в коленях. Страшно до невозможности, но надо было найти в себе силы и сделать это. В конце концов, чему быть — того не миновать. Ничего не мешает этому «главному» прийти в ее комнату, поэтому лучше не нервировать его.
Превозмогая дрожь в конечностях, Ирина поднялась на ноги и принялась одеваться. Выбор одежды был невелик, потому она натянула обычные джинсы и водолазку. Полностью скрыв тело, чувствовала себя увереннее. Косметики тоже не нашлось, пришлось лишь причесать волосы и сделать высокий хвост.
Смерив свое отражение внимательным взглядом, Ирина несколько раз глубоко вдохнула, медленно выдохнула и направилась к двери. На ватных ногах спустилась по лестнице и свернула направо. Страх не отпускал, крепко держал за горло стальной хваткой, но она упорно продолжала двигаться вперед. Отсчитала вторую дверь и остановилась в нерешительности. Просто войти или постучать? Ладони сразу же вспотели, а сердце лихорадочно колотилось в груди. Все же она в гостях, и это как минимум вежливо, подумала Ирина и негромко постучала в деревянное полотно. Ответа не последовало, что навело еще большую панику, но отступать было некуда.
Ирина толкнула дверь, уверенно вошла в кабинет и опасливо осмотрелась. Полки с книгами, небольшой кожаный диван, широкий письменный стол и несколько кресел. На столе горела лампа, отбрасывая причудливые тени. Около окна она заметила внушительную мужскую фигуру и нервно сглотнула. Он был в тени, и виден был лишь силуэт, но даже такая малость показалась Ирине смутно знакомой. Разве такое могло быть?
Она нахмурилась и прикрыла за собой дверь, надеясь привлечь внимание, но мужчина не спешил оборачиваться, видимо, решив довести ее до инфаркта.
— Добрый вечер, — дрогнувшим голосом произнесла Ирина и на негнущихся ногах двинулась вперед. Пора было заканчивать с этим цирком.
— Здравствуй, Ира. — Этот голос с присущей только ему хрипотой пронзил с головы до ног, словно удар молнии. Ирина без труда узнала его. Сердце взволнованно дернулось и забилось еще быстрее.
— Стас? — хрипло выдохнула она, наблюдая за тем, как он поворачивается, наконец обнаруживая себя, и подходит ближе. Ее сердце ухнуло куда-то вниз и, на секунду остановившись, затрепыхалось от радости встречи. Их разделяли лишь широкая столешница и миллион недопониманий.
— И я рад тебя видеть. — Стас залпом осушил бокал с коньяком и впился в нее тяжелым, прожигающим насквозь взглядом. Исследовал каждую эмоцию на ее лице и искал хоть что-то важное для себя.
— Как ты… — Ирина набрала в легкие побольше воздуха. Кусочки пазла в сознании стремительно складывались в цельную картину. — Нет. — Она отшатнулась и покачала головой, не желая в это верить. — Только не говори, что это ты все это устроил.
— Я знал, что ты оценишь, — хмыкнул он, отшвырнул бокал в сторону и двинулся к ней. Только сейчас понял, насколько соскучился. До дрожи хотелось прикоснуться, заглянуть в коньячного цвета глаза и утонуть в них. Просто почувствовать, что не зря старался, что нужен ей. Именно нужен, без всяких компромиссов. Но что, если этот козел Шугарев прав и Ирина до сих пор любит его?.. Что если Стасу нет места в ее сердце?
— Ты в своем уме? — возмущенно взвилась она и начала метаться по комнате, чтобы хоть немного успокоить вставшие на дыбы нервы. — Ты что вытворяешь?
Правда оказалась слишком жесткой. Она не была готова к такому исходу. Ведь даже не предполагала такой вариант, хотя он все время был на поверхности. Конечно, кому, как не Волкову, под силу провернуть такой номер.
— Спасаю твою прелестную шкурку. — Стас уверенно перехватил ее за талию и одним рывком стащил с волос резинку, выпуская на волю огненно-рыжий водопад волос. — Это вместо спасибо?
— Не трогай меня! — Ирина забилась в его руках, пытаясь вырваться, но он был сильнее и крепко держал ее.
— Ир, успокойся… — Его хриплый голос звучал очень тихо, но в каждой интонации угадывались скрытая сила и мощь. Каждое слово проникало в ее сознание, заставляя сердце взволнованно трепыхаться, а дыхание — сбиваться к чертям собачьим.
Превозмогая такую неправильную и совершенно сейчас ненужную реакцию своего организма, Ирина набрала в легкие побольше воздуха и вновь бросилась в атаку:
— Да я чуть с ума не сошла от неизвестности! — прорычала она и заколотила кулаками по его груди.
— Зато выжила. — Стас был непреклонен в своей правоте. Знал, что поступил правильно, и ни на секунду не усомнился в этом. Что бы Ирина ни думала и ни говорила, его мнение не поменяется.
— Волков, ты совсем сдурел! — Она начала сдавать позиции. Головой понимала, что неправа, но не собиралась уступать. От упрямства и нежелания соглашаться. Да просто не привыкла, что кто-то решает за нее в таких важных вопросах.
— Да, я сдурел! — рявкнул он, начиная закипать от несправедливых обвинений. — И сделал то, что посчитал нужным, чтобы защитить тебя!
— А я просила? — не сдавалась Ирина, продолжая вести борьбу и с ним, и с самой собой. Но ее попытки вырваться затухали в его сильных руках. Тепло его объятий слишком быстро проникало внутрь и дезориентировало в пространстве.
— Об этом разве просят? — Взгляд, полный яростного огня, пленил ее. Ирина внутренне содрогнулась от осознания его власти над собой. Невозможно, невероятно, но она хотела лишь одного: поскорее почувствовать его губы на своих. Но так мучительно сложно было в этом признаваться даже самой себе.
— А со мной обсудить, да хотя бы в известность ты меня мог поставить? — с надрывом спросила, все стремительнее теряя позиции, но не жалея об этом. Первый раз в жизни хотела проиграть, сдаться на милость, а не воевать насмерть.
— Нет, — процедил Стас сквозь зубы, зарылся ладонями в ее волосы, крепко удерживая голову, так, чтобы Ирина смотрела ему в глаза. В их глубине она отчетливо видела, как плещутся горечь, агрессия, тысячи вопросов и еще сомнения, сомнения, сомнения… — Ты бы не согласилась.
— Конечно, не согласилась… — Она нервно сглотнула и инстинктивно облизала губы. — Потому что это…
— Заткнись, женщина, — прорычал он и впился в ее губы. Не мог больше сдерживаться. Желание обладать ею затмило разум, остались только инстинкты и ощущения. Злость, раздражение, агрессия — все перерождалось в истинную животную страсть, контролировать которую было просто невозможно. Близость Ирины, ее запах, ее вкус сводили с ума и распаляли все больше
— Не надо. — Она попыталась отстраниться, немного утихомирить его пыл, но ничего не получилось. Он был гораздо сильнее и решительнее и совершенно не слышал ее.