Чтение онлайн

От возмущения начинаю задыхаться. У меня слов нет.

Слов нет, значит буду действовать другими методами. Поднимаю ногу и со всей силы наступаю ему на кроссовок. Он вздрагивает и кривится. Но молчит.

Давлю сильнее. Реакции почти никакой.

Продолжаю бой. Пихаю его локтем.

Фокусирует свой взгляд на мне. Щурится. Взглядом изучает, как тогда в комнате. Сканирует. Опять мысли мои пытается читать.

У него тогда получилось, он понял, что поцелуй у меня первый. Не знаю, есть ли у него экстрасенсорные способности, но на всякий случай прикрываю голову руками. И пальцы скрещиваю.

Не помешает купить амулет для защиты от придурков.

Но взгляд не отвожу. Пусть не думает, что я ему тут трусить буду. Свои права надо отстаивать.

Играем в гляделки. Кто первый отведет глаза? Это длится слишком долго. Они у меня уже начинают пощипывать и слезиться. Это, наверное, морозец его глаз на меня так влияет.

– Не смотри на меня, – шиплю ему гневно. – Сдавайся!

– Я с тобой и не играл.

– А что ты делаешь?

– Просто позволяю тебе любоваться собой, – спокойно отвечает этот говнюк.

От отчаяния фырчу. Как же бесит! Дико, дико раздражает!

Почему он так долго не моргает? Как у него это получается? Может, он великий мастер гляделок?

Может, у него черный пояс по искусству быть придурком?

Продолжаю смотреть. Бой еще не поигран. Я настойчивая.

– Отведи глаза, – требую, чувствуя, как по щеке скатывается одинокая слеза. – Отвернись!

– Как я могу прервать твое удовольствие? Ты от моей красоты рыдаешь.

– Это не от красоты, ты меня настолько раздражаешь, что вызываешь жжение в глазах, – мычу в ответ.

– Тогда, сдавайся первая.

– Я никогда не сдаюсь!

– Я тоже, – злобно цедит мажор.

– Начинай уже моргать!

– Не буду.

– Тогда переведи взгляд!

– Не хочу.

– Хотя бы один глаз отведи! – требую от бессилия.

– Куда?

– Куда-нибудь! – уже шиплю на него.

Все еще злюсь. Но мысль, что он не против отвести хотя бы один глаз, греет душу. Хотя, я плохо себе представляю, как он собирается это делать.

Возможно, этот медалист по неадекватности и не такое умеет.

Моя выдержка на нуле. Веки опускаются. Придерживаю их пальцами, завидуя собственной целеустремлённости.

Мажор усмехается.

Глаз с меня все также не сводит.

– Какая сладкая парочка! – вздрагиваю от голоса учителя. – Искры так и летят.

Поворачиваю голову, прерывая наш с Антоном затяжной контакт. Неприятно, но я проиграла. И не заметила, что учитель пришел и урок уже идет. Все повернулись и палят на нас.

Как там говорится? «Никогда такого не было, и вот опять».

Некоторые подмигивают мне и поднимают большой палец, показывая «класс». Рада такой оценке, но я бы не отказалась и от Оскара.

Мы вновь устроили для них представление.

Кажется, у меня талант. Скоро будем раздавать билеты на собственное шоу.

Так и хочется подойти, и вручить каждому по попкорну.

Но статус главной актрисы не позволяет.

– В-вы не так все п-поняли, – поднимаю с места, испуганно глядя на учителя. – Мы с ним не парочка.

– Ваша личная жизнь меня не волнует, деточка. Я прошу лишь внимания на уроках, – со вздохом говорит учитель.

Вся красная сажусь на место.

Все думают, что мы вместе. Наше видео в общем чате. А этот мажор ведет себя как ни в чем не бывало. Его это все только радует. Повышает его и без того завышенную самооценку.

Нужно что-то с этим делать. Как-то объясниться.

И кажется, у меня появился план.

Как только звенит звонок, приступаю к его исполнению…

Как только звенит звонок, приступаю к его исполнению.

Но увы, не всем планам суждено сбыться.

Вылетаю из класса, затылком ощущая, как смотрят мне вслед. Некоторые, даже кричат вдогонку. Но мне очень некогда, не время проявлять вежливость.

Я спасаюсь от гнева фан-клубов.

Бежать приходится зигзагами.

Стая гиен поджидает на каждом шагу.

Прихвостни Любы устроили засаду. Закрываю голову руками и мчусь на всех парах. По дороге тщательно все продумываю. Дышу, словно паровоз, хорошо, хоть дым из ушей не валит.

Поворот, поворот, поворот.

Врезаюсь в стену из людей. Поднимаю голову, натыкаюсь на серьезный взгляд Любы. Молнии из нее так и выстреливают. Понимаю, что я попала. За локоть меня берут и тащат за собой.

На казнь идти не хочется. Я думала, вся жизнь впереди.

Как отсрочить этот момент?

Стараюсь медленно, ноги едва тащу. Меня хватают под локти и приподнимают над землей.

Отлично. Теперь я лечу. Даже умудряюсь немного помахать ногами по воздуху.

Очень весело.

– Куда мы идем?

– Поговорить, – отвечает Люба. – Мы же подруги.

А тон такой нарочито ласковый, что мне хочется сквозь землю провалиться. Любе не идет такой голос. Он у нее обычно басистый и хрипящий, как и положено главной заводиле.

Ожидаю чего угодно, но точно не того, что меня занесут в школьный буфет и посадят за стол.

– Чем тебя угостить? – вежливо спрашивает Люба, садясь напротив, подтыкая руками подбородок. – Что ты любишь, подруга?

– Ничем, – говорю, поправляя задравшуюся форму, и с опаской косясь на окружившую нас стаю. – Не голодная я.

А вот они голодные, похоже.

Раз, два и сожрут меня.

Но желудок издает протяжный стон. От волнения утром не позавтракала. Последний раз съела лишь бутерброд, это было на ночь. А уже полдень, если что.

Люба кивает своей служанке Лизе, и та бежит за едой, протискиваясь с подносами вне очереди. А там уже все знают, что ее надо пропустить.

Связи все решают.

Пока на меня глядит, улыбается широко. От этой улыбки мне становится еще страшнее. Дьяволица явно что-то задумала. Не может быть все так просто.

Хитросплетения и интриги.

Интриги и заговоры.

Заговоры и дворцовые перевороты.

Как нелегко, оказаться, быть во все это втянутой.

Лиза приносит полные подносы с едой. Тут и сдобы полно, и сэндвичи, йогурты, сок, кофе, смузи, орешки, и много фруктов. Бананы, яблоки, киви, виноград, все помыто и красиво нарезано. Вот он сервис для вип- персон. Чувствую, как во рту собирается слюна, а желудок сжимается.