Чтение онлайн

– Здравствуй, здравствуй, – бормочет она, теперь так же прилипчиво разглядывая мою хмурую физиономию. – Ты что тут делаешь? Случилось что-то?

Я чётко слышу в её тоне «случилось ЕЩЁ что-то?» и мотаю головой. Тычу пропуском ей чуть ли не в нос.

– Голова болит, Маргарита Сергевна, ужас просто.

– А, – говорит она. И тут же проницательно добавляет: – И это совсем никак не связано с Короленко?

– Совсем никак, – подтверждаю я твёрдо.

– Ну иди тогда, – кивает она, хитренько поглядывая. Не верит, конечно.

Но хоть не стала доканывать меня тупыми вопросами. До приступа, по ощущениям, оставалось не больше пары часов. Нужно успеть подготовиться.

***

– Настюша, что такое? – экзальтированно всплёскивает руками Лидия. – Тебе плохо? Может, вызвать Иосифа Абрамовича? У тебя нет температуры? Божечки, а вдруг это…

Я украдкой закатываю глаза. Мать Короленко, Лидия Валерьевна, впадает в панику с полоборота. Своеобразная женщина, прямо скажем. Моложавая, подтянутая, она запрещает звать себя по имени-отчеству всем людям старше трёх лет, хотя самой уже подкатывает к полтиннику. Только Лидия. Или Лидуша, если вы одна из её заклятых подружаек, похожих между собой, как неудачные клоны.

Она обожает жеманничать, всюду вставляет уменьшительно-ласкательные словечки и каждое утро возносит благодарность Вселенной, уверенная, что только благодаря этому ритуалу у неё всё в шоколаде и жизнь бьёт ключом. Как по мне, внушительный банковский счёт и богатый муж здесь играют более весомую роль, чем позитивные аффирмации.

Не дожидаясь, пока она потеряет сознание от волнения, я прерываю поток глупостей:

– Мне нужно полежать, – и предусмотрительно добавляю: – в тишине.

А то с неё станется расположиться рядом и заболтать меня до смерти.

– Конечно, конечно! – шелестит она, умудряясь яркую восклицательную интонацию вложить даже в шёпот. – Ступай к себе, Резеда как раз уборочку закончила.

Я напрягаюсь. Хотя мои тайники сделаны на совесть, но… Идеальных укрытий не бывает. Всегда можно обнаружить спрятанное, хоть специально, хоть случайно. И когда Резеда, домработница семейства Короленко, вторгается в комнату, которую мне отдали, дамоклов меч над моей головой опускается на миллиметр ниже. Хорошо ещё, что она не слишком старается. Я хотела сама убирать у себя, но Лидия только посмеялась над этим, как над каким-то милым чудачеством.

Надо бы перепрятать. До прихода Влада.

6 месяцев назад

POV Настя

В одно из хмурых октябрьских утр, когда всё вокруг выцветает в блёклую серость, а голые деревья карябают низкое небо, меня огорошили новостью – Ника собирается закатить вечеринку.

– Хэллоуин. – Марисоль хитро улыбнулась, растягивая уголок накрашенных винной помадой тонких губ. – Время быть страшными.

– Только никаких фальшивых кишок, – предупредила Ника, одновременно клацая по экрану телефона. – Поняли меня? Прошлого года хватило, чтоб на пушечный выстрел всю эту дрянь не приносили. Ты меня понял, Костя?

Он только засмеялся.

– Какой же Хэллоуин без кишок? – возразил Захар, растягивая тонкие длинные пальцы. – Деньги на ветер.

– Нормальный, – отрезала Ника. – Будем не страшные, а страшно красивые.

– И что там будет? – спросила я, невольно чувствуя себя селянкой перед балом. На вечеринках я никогда не была. Самое похожее – тусы в прошлой школе, проходившие в посадках возле домов.

– Да ты не переживай, – отмахнулась Ника, погружённая в инстаграм. – Главное, костюм не забудь. Смотрите, Кириченко что выставила, позорище. Совсем жирами заросла.

Мне было скучно смотреть на неведомую Кириченко, которую я знать не знала, но из солидарности пришлось поддержать. Как по мне, обычная девчонка, даже стройная.

Гораздо больше меня занимало другое – где достать костюм? Как нарядиться на Хэллоуин, чтобы не выглядеть дурой? Опять появилось дурацкое ощущение, что я всех обманываю. Но вот скоро они поймут, кто я есть, и выгонят из своего круга.

В разгар перемывания костей несчастной Кириченко пришёл Влад, который пропустил первые два урока.

– Где пропадал? – лениво спросил Захар.

Влад сделал неопределённый жест рукой и вместо ответа вдруг сказал мне:

– Ты чего такая?

И все разом уставились на меня, будто из моей шеи на их глазах выросла вторая голова.

– Какая? – недовольно фыркнула я, скрещивая руки.

– Красивая, – брякнул вдруг Костя. – Обворожительная. Просто мечта.

Теперь все с тем же изумлением уставились на него. Марисоль с выражением постучала ему по лбу.

– Ты бы завязывал со своим боксом. Последние мозги отбил.

– Ничего я не отбил, – огрызнулся он, поправляя сбившуюся чёлку. – Просто констатирую факт. Настюха у нас хоть куда.

– Хоть кого и хоть когда, – пробормотала я, подозрительно хмурясь. – Ты это, правда, шлем на тренировках надевай.

Внешность была моей больной темой, хотя уродкой я себя не считала. На мне будто висело проклятие: каждое твоё достоинство будет отягощено недостатком. И всякий раз, глядя в зеркало, я видела недостаток на недостатке, которые не отравляли мне жизнь только потому, что её и так отравляло слишком много всего. Волосы красивого тёмного оттенка – вились и пушились от влажности во все стороны. Большие светло-серые глаза – нависшее веко и несуразные брови. Небольшой нос – с горбинкой. Стройная фигура – широкие плечи. Ровная кожа без чёрных точек – периодически выскакивающие больнючие подкожники. И тёмные круги под глазами, которые не брал ни один консилер, даже будь у меня на него деньги.

В остатке выходил ноль. Как-то так я себя и ощущала. Рядом с контрастной яркой Марисоль и ухоженной ультрамодной Никой я не была бледной молью, но… Кто стал бы на меня смотреть, когда есть они? Мне было всё равно. Внимание только осложняет жизнь, а любовь… Что это? Заболевание какое-то? Бессмысленное слово, которым раскидываются просто так. Я никого не любила, меня никто не любил – пусть так оно и остаётся. Так привычнее.

Для меня было неожиданностью, что в стае никто ни с кем не встречался, чисто дружеские отношения. В это было сложно поверить, когда я видела, как Ника смотрит на спину Влада на физре. С другой стороны, я и сама засматривалась. Высокий и ловкий, он отлично играл в баскетбол: быстро отбирал мяч у соперников, с удовольствием выделывал финты, доводя их до белого каления, клал трёхочковые с небрежным мастерством опытного игрока. Он владел ситуацией на площадке, а не она им. На такое приятно смотреть, особенно, если играет твой друг.

– Злые вы, – насупился Костя. – Я тут от чистого сердца, может.

– Ну-да, ну-да. Искренность твоя не подлежит сомнению. – Усмешка гуляла по бледному лицу Захара. Мне показалось, что она покинула его пределы и волной отразилась на лице каждого члена стаи. В голосе парня вдруг прорезался лёд: – Это мы с тобой ещё обсудим.

Влад смотрел на Костю таким же взглядом, не сулящим ничего хорошего.

– Шулер, – тихонько фыркнула Марисоль и сделала вид, что закашлялась.

– А что происходит? – Мне надоело изображать, что я хоть что-то понимаю.