Чтение онлайн

– Я думала, вы явитесь быстрее.

Они поспешили к висящему на стене телу Джулиана. У кого-то вырвался тихий всхлип. Я продолжала невозмутимо чистить руки. Под этот ноготь просто невозможно забраться. Я лизнула край полотенца и наконец убрала злосчастный сгусток крови. Бросив испачканную ткань на стол, я вытянула руку и внимательно изучила свои ногти: меня беспокоили неровные края, оставшиеся после превращения ногтей в когти.

– Интересно, если я вежливо попрошу, Камилла сможет наколдовать мне стойкий маникюр? Для этого ведь должно быть какое-то заклинание, верно? Больше никаких сколотых ногтей.

Передо мной появился Калеб. Он тяжело дышал, из его груди вырывалось низкое рычание.

– Что ты сделала? – рявкнул он.

Я взглянула на тело Джулиана – оборотни пытались снять его со стены.

– Ничего такого. Я не виновата, что вы так долго шли.

– Убийство моего сына – главная ошибка в твоей…

– Нет.

Комната сотряслась от силы моего голоса. Все волки, как один, повернулись ко мне.

– Ты, как и все остальные, ошибся, думая, что я слабая. Она была единственной, кто удерживал меня в узде. Это – ваша расплата. Я предупреждала тебя. Я предупреждала его. Ты сам сделал выбор.

– Ты ведешь себя так, будто мы можем бросить вызов Кадену.

– Это самое жалкое оправдание, которое я когда-либо слышала. Мы все сверхъестественные существа. И я это сделала. Я бросила ему вызов. – От моего самоконтроля почти ничего не осталось, но мне нужна была информация. – Боже, Калеб, да мои яйца больше твоих.

– Почему мой сын, Дианна? – задохнулся он. – Чем ты вообще отличаешься от Кадена? Джулиан был невиновен.

Оборотни из стаи подошли ближе, сжав кулаки, – они были готовы умереть за своего альфу [2] . Я не сводила глаз с Калеба. В баре воцарилась тишина. Все затаили дыхание.

– Нет, она была невиновна. Ты использовал своего сына как личную ищейку. Подпольные бои и денежные махинации, благодаря которым Каден остается в курсе событий. Информация, которую вы для него собираете. Не изображай святого, Калеб. Мы оба знаем, что все мы – лжецы и убийцы. Все мы виновны. Все.

Калеб взглянул на свою стаю.

– Чего ты хочешь? – спросил он, его тон изменился.

– Твоей крови. Отдай ее добровольно, или я убью стаю на твоих глазах и все равно получу свое. – Я подняла голову и улыбнулась. – Тебе решать.

– Отлично. Я в твоем распоряжении. Моя кровь разорвет тебе голову.

Я хладнокровно улыбнулась.

– Вы действительно считаете, что я такая глупая? Что я не придумаю, как обойти дурацкий план Кадена на случай непредвиденных обстоятельств? Я не идиотка. Я попросила Камиллу наложить заклинание на водопровод. Помогает вымыть магию из крови таких тупиц, как ты.

Он поник, его кадык дернулся.

– Вот так. А теперь приступим.

Калеб перевел взгляд с тела сына на свою стаю, свою семью. Затем он сделал несколько шагов ко мне – все хищники в комнате двинулись одновременно с ним. Его глаза снова встретились с моими, и он закатал рукав свитера, обнажив руку. Он сжал кулак, вены на его руке наполнились кровью.

– Нет, спасибо. – Я покачала головой и ухмыльнулась: – Мне нужно что-то посерьезнее.

Он сглотнул, и я услышала, как забилось его сердце. Это было верной смертью для волка, живущего внутри него, но все же он повиновался и расстегнул воротник. Он наклонился, и я схватила его за волосы на затылке, вонзив клыки в обнаженное горло. Воспоминания мелькали в моем сознании, но я заострила внимание только на одном из них.

Я спешил по коридору, слыша гулкие шаги за своей спиной. Что мне ему сказать? Найти то, что он просил, было нереально. Все мои мысли улетучились, когда я открыл дверь своего кабинета. Тобиас стоял возле моего стола. Он держал в руке нож для вскрытия писем и внимательно изучал его взглядом.

– Серебро. Как мило.

Я сглотнул и закрыл дверь, оставив охранников в коридоре. Поправив галстук, я обошел большой стол из красного дерева с противоположной стороны, мельком взглянув на книгу о лунных фазах, которую листал Тобиас.

– Папка слева – это все, что мы смогли найти, – сказал я, кивнув в сторону бумаг.

Тобиас уставился на меня, сверкая малиновыми глазами, и отложил нож. Он обошел стол, и я ощутил, как моя волчья шерсть встает дыбом. Остановившись в футе от меня, он взял в руки папку. Открыв ее, он быстро пролистал несколько страниц, прежде чем ее захлопнуть и снова посмотреть на меня. Его рука сжала мое плечо – не одобрительно, а угрожающе.

Я проглотил растущий ком в горле.

– Что касается других ваших требований, Джулиан и стая отслеживали их так долго, как только могли. Мы не знаем, где она сейчас.

Тобиас ухмыльнулся и сильно тряхнул меня за плечо, прежде чем опустить руку. Он отошел и сказал:

– Не волнуйся. Ты сделал то, что нам было нужно. Как только принц вампиров приедет, мы организуем общее собрание. Будь там. Со всей стаей.

– Мы будем.

– Отлично. Это будет последнее собрание перед подготовкой к равноденствию. Час приближается, и Каден не станет рисковать разоблачением.

Я кивнул:

– Я в курсе.

Тобиас изучал меня тяжелым и угрожающим взглядом. Наконец он кивнул и отвернулся. Я ощутил волны его силы, воздух завибрировал, и в стене появился портал. Прежде чем войти в темную дыру, охваченную пламенем, он посмотрел на меня через плечо и сказал:

– Пусть воцарится хаос.

Я подняла голову, облизывая клыки. Воспоминания померкли, перед глазами снова появился полуразрушенный бар. Я покачнулась, стоя на коленях с обмякшим Калебом на руках. Его кожа стала бледно-серой, но все же он нашел в себе силы взглянуть на свою взъерошенную стаю, приказывая им не нападать.

Я похлопала Калеба по щекам, чтобы привлечь его внимание.

– Что за равноденствие?

Он стиснул зубы, пытаясь сесть.

– Ты уже получила то, что хотела. Отпусти меня.

Я вскочила на ноги, схватила его за куртку и потянула за собой. Подняв Калеба в воздух, я швырнула его в центр комнаты. Другой рукой я создала огненную стену, отделяющую нас от всех остальных. Послышались вопли и визги – стая попыталась прорваться через пламя.

– Ты не будешь играть со мной в игры. Что такое «равноденствие»?

Я обхватила его шею рукой, глубоко впившись ногтями в кожу.

Покрасневший Калеб схватил меня за руку, отчаянно хватая ртом воздух. Я ослабила хватку, чтобы он мог говорить.