Чтение онлайн

Он закричал от боли.

От сферы в руке остались лишь маленькие кусочки стекла. Свет, запертый до этого внутри, вырвался наружу, прильнув к странным отпечаткам стоп. Сила света секунду зависла, будто принюхиваясь, и Иллиас чётко разглядел очертания мордочки и узких глазок. Затем сгусток света всплыл вверх, на уровень его глаз, и медленно поплыл вперёд.

Иллиас который раз поблагодарил богов за то, что отсыпали ему щепотку дара эсилитов – не настолько много, чтобы можно было исцелять других, но достаточно, чтобы излечивать себя. Он уже чувствовал покалывание, означающее, что кусочки стекла выводятся из-под его кожи, а раны и царапины затягиваются. Видя, как последний источник света удаляется от него всё дальше и дальше, Иллиас поспешил за ним.

Казалось, будто сгусток света вёл его, при этом не обращая на него особого внимания. За это Иллиас был ему благодарен – особенно за то, что тот не пытался его убить. Клинки коулитов (основной специализацией которых была сила, ловкость и выносливость для ближнего и дальнего боя) изготавливали фьюриты по особой технологии. Они были способны рассекать сгустки тьмы, но как они вели себя со светом, Иллиас не знал. И не хотел знать.

Свет остановился возле двери, будто прося её отворить. Иллиас же прислонился к стене в нескольких шагах от двери, тяжело переводя дух. Он весь взмок, а на лбу проступили капельки пота. Его щёки горели. Сгусток выжидающе ждал.

– На, иди! Мардрон тебя проглоти, – выругался Иллиас, из последних сил открывая дверь, пропуская свет в зал первого этажа. – Реверанс делать не буду.

“Спасибо, замолвлю за тебя словечко хозяйке”, – шепнул у него над ухом скрипучий голос. – “Бывай”.

И свет, обратившись серебряной змейкой, пересёк зал и нырнул в озеро Нисса, оставив поражённого Иллиаса стоять с раскрытым ртом.

Он что, только что выпустил частичку Хаоса в Авель? Святые Семидея, Митхэ, Хемега и Кригар…

Теперь он точно труп.

У Б'aлига было две проблемы: головная боль и отчёты о миссиях. Первое обычно не вытекало из второго, однако сегодня это было связано с глупыми распоряжениями Мюриэль во время его отсутствия. Мужчина потёр виски и снова склонился над бумагами о распределении на миссиях. Глупо. Очень глупо.

Конечно, он и так давно знал, что доверять ей такие обязанности – себя не уважать, но он даже не предполагал, что выйдет всё настолько плохо. Балиг скривился. Он искренне надеялся на то, что сразу не лишится нескольких команд за одну такую оплошность.

Его взгляд медленно скользил по отчётам, считывая неутешительную информацию, пока сам он раздумывал, что можно теперь сделать.

«Если они не вернутся до того, как пробьёт полночь, то стоит послать отряд по их следу. Хотя шансы, что новички смогут выжить на таком уровне, ничтожно малы. Но всё же, но всё же…»

Балиг откинулся на спинку стула. И о чём эта глупая девчонка думала? Явно не о способностях и навыках совсем ещё зелёных Шейдов. Они же только-только завершили курс обучения… Мужчина заставил себя прервать череду своих размышлений и отправиться на проверку вернувшихся команд. Мыслями делу не поможешь.

Себя он чувствовал откровенно паршиво, даже подумывал о том, не прилечь ли ему где-нибудь на диванчик и не дать ли себе немного покоя. Его мозги буквально вскипали, заставляя задуматься о том, сколько он сможет сегодня продержаться на посту. А ведь он ещё не встретился с Хемегой…

Балиг спустился по лестнице вниз, очутившись у озера Нисса. Невольно его взгляд зацепился за красоту водной глади – та сияла как жидкий алмаз, растопленный и залитый в каменный котлован. В этом озере не водилась рыба, не плавали водоросли и прочие озёрные гады. В нём не упокоенные души переплавлялись, обретая силу и раскрывая новые грани своих способностей. Это озеро созидало новую жизнь, новые возможности, даровало второй шанс. Он не раз видел Перерождённых Шейдов: промокших до нитки, но с новым сердцем и новым сознанием. Они были прекрасны по своей природе: неугомонные, стихийные, полные жизни. Также Балиг знал, что, когда придёт время ещё не усопших, а лишь спящих людей покинуть мир смертных, многие из них пойдут по тем же стопам. Точнее, он на это очень надеялся.

Ему снова вспомнились слова Хемеги о том, что царство Вечности – место вечной скуки и нудной работы, от которой она никого не спасёт и что лучше сюда не спешить. Уголки губ Балига медленно поползли вверх. Маску носить было очень удобно в таких случаях – никто не видел вторую половину лица, не обращал внимание на внезапную, беспричинную улыбку.

Его фигура в тёмно-синем камзоле, расшитом нитями цвета слоновой кости, медленно плыла сквозь толпу Шейдов, направляющихся к первому лифту. Огромное помещение (в котором располагалось озеро Нисса), имеющее схожесть с пещерой, было поделено на несколько отсеков. Каждый из них вёл в залы поменьше, что пронизывали основание Авиля словно кротовые норы.

Он направился прямиком к величественной арке справа, украшенной диковинной резьбой. Костяные птицы на ней взмывали с каменных лоз, а мраморные хищники ловили свою добычу, сверкая яркими изумрудами в глазницах. Из приоткрытых массивных дверей доносилась громкая музыка, шумная брань и разговоры на повышенных тонах. Оттуда же тянулся шлейф запаха облачной лёгкости и радужного забытья, смешиваясь с крепким запахом летнего расслабления.

Последний напиток Балиг очень любил – на вкус он отдалённо напоминал нечто среднее между известным напитком смертных араналем и фэйским вином, при этом оставляя приятное, пряно-малиновое послевкусие. Однако сегодня его выбор пал на мятную собранность, которую он тут же заказал у бара, обратившись к бармену. Тот улыбнулся уголками губ и откупорил бутылку, из которой в поставленный рядом с Балигом бокал полилась нежно-голубая жидкость вместе с белёсым туманом, что тут же начал клубиться над стеклянным ободком. Бармен ловко добавил в напиток необходимых ингредиентов, щедро приправив бледно-зелёным вязким сиропом. Приятно запахло мятой, хвоей, ментолом и сладким воздушноцветом. Чуть сдвинув с лица маску, Балиг отпил немного из бокала, оборачиваясь на заполненный Шейдами зал. Взгляд скользнул по разноцветной толпе, отмечая его подчинённых. Их здесь были единицы, что заставило его сердце сжаться. В глубине души он надеялся на обратное.

Заметив его поникшие плечи, бармен весело его окликнул:

– Что, Балиг, не понравился коктейль?

Балиг вскользь глянул на дималита, пытаясь вспомнить его имя. Явно тот самый новенький, напросившийся помощником к хорошему другу Балига Анвиру. По описанию всё сходилось: Шейд был высоким, мускулистым, с копной огненно-рыжих волос, спадающих ниже лопаток.

Так как же его звали…

– Почему? Коктейль прекрасен.

Бармен кивнул, и тут же переметнулся к другому клиенту, наливая тому огненную бодрость. Он двигался ловко и быстро, словно в танце, выуживая бутылочки и скляночки из воздуха как фокусник. Смешивал, взбалтывал, добавлял. Фьюрит, взывающий к стихии ветра, чтобы творить свою магию.

Балиг вспомнил его имя – Бронт. Он был подающим надежды фьюритом, а потом его так достала Мюриэль, что он перешёл к дималитам. Интересно, какой ещё дар он у себя выявил лишь бы избежать её взрывного характера и постоянной болтовни? Балиг посочувствовал Бронту и мысленно похвалил за храбрость. Вот только такой талант не должен был простаивать за барной стойкой. Мужчина мысленно отметил, что стоит разузнать, какой его второй дар и есть ли возможность предложить ему перебраться в его фракцию.

Бронт внезапно появился прямо перед ним, сверкнув тёмными глазами, и протянул ему сложенную вдвое бумагу.

– Прости, совсем забыл. Это просили передать тебе. Записку занесли Анвиру, но его смена закончилась ещё деление назад, поэтому он перепоручил это мне.

Балиг взял протянутую ему записку и быстро развернул. Там значилось только одно слово: “сегодня”. Разумеется, наоборот – в Меласе всё было радикально противоположно миру живых. Подписи на записке не было, но этот почерк он бы узнал из тысячи – витиеватый, но одновременно немного ломаный, будто его нацарапали кровью с помощью кости. Балиг поднёс записку к носу и уловил еле-заметный нежный запах амириса и лаванды. Хемега.