Чтение онлайн

Не раздумывая, я сняла его и убрала в коробочку. Никто мне еще ничего подобного не дарил. У меня вообще не было украшений, не считая пластмассового колечка Томми Салями. Что же затеял Джейк? Кажется, именно тогда я в первый раз подумала: а не ошиблась ли в нем? Вдруг Джейк вовсе не такой, как Томми? Мне очень хотелось верить, что Джейк выбирал кольцо для меня одной, что я ему действительно нравлюсь. Хотелось до ужаса... Пусть даже так, но с какой стати он выбрал меня? Почему не Мэй?

Все перемешалось у меня в голове. И что теперь делать? Мне-то Джейк нравится или нет? Я никак не могла разобраться в самой себе — я, любившая ясность во всем.

Я спустилась по тропе к камню, под которым когда-то нашла медальон, отодвинула его в сторону и спрятала в ямке кольцо. Разравнивая землю вокруг, я вновь ощутила неприятный холодок. Что-то в моей памяти было связано с этим местом. Но что?

Надо было постараться вспомнить. Вместо этого я стала вспоминать тетю Джесси.

* * *

Наутро после похорон тети Джесси я вспомнила про медальон «ДВТБ», брошенный в амбаре. Он исчез. Может, тетя его тогда подняла? Или его нашел кто-то другой?

За обедом я спросила, не видел ли кто мешочка с «круглой штуковиной, вроде жетона». Я старалась, чтобы вопрос прозвучал невинно — пускай думают, что речь идет о безделице. Но никто не сознался.

— Спроси у Нэта, может, он видел? — предложил папа.

— Кстати, а где дядя Нэт? — спросил Бен.

— В холмах. — Родители тревожно переглянулись.

— Староват он для таких прогулок, — сказала мама.

— А ты попробуй его остановить, — проворчал папа. Кажется, они знали что-то, чего не знала я.

Пока дядя Нэт бродил по холмам, я прошлась по его половине.

Страшно было осознавать, что тети Джесси больше нет. Многие ее вещи исчезли. На гвозде за дверью больше не висело пальто, у дивана не стояли тапочки, на кресле не лежала корзинка с рукоделием. А нижний ящик комода встал на место. Мне вдруг почудилось, что тетя прячется от нас в этом ящике. Захотелось выдвинуть его и заглянуть внутрь, но я не посмела.

Ванную я оставила напоследок. Ее закончили всего пару месяцев назад, к огромной радости тети Джесси. Наконец-то она получила розовую ванную, о какой мечтала всю жизнь. Розовая ванна, розовая раковина, розовый коврик, розовые полотенца, розовая туалетная бумага... А дядя Нэт начал бегать в туалет к нам.

— У меня от розового в глазах рябит, — жаловался он. Под умывальником были три выдвижных ящичка, один из которых запирался на ключ — так захотела тетя. Уж не знаю, что такое в ванной нужно держать под замком, но тетя вынула из дяди всю душу, пока он не нашел ей точно такой ящик, как она хотела. Я подергала ручку. Заперто. Хотела было поискать ключ, но внезапно устыдилась и принялась мыть раковину и протирать краны. Тетя любила, когда все сверкает.

И все же кто-то нашел мой медальон. Не успокоюсь, пока не выясню кто. Цинния Тейлор, знаменитый сыщик.

* * *

Через неделю дядя Нэт проявил пленку. Мы нетерпеливо сгрудились вокруг, рассматривая снимки: коровы, амбар, тополь, семейка кардиналов... Скорее бы увидеть «доказательство».

— Ну же, ну! — торопил Бен.

Дядя Нэт спокойно перебирал фотографии.

— Это не то. Это тоже не то. — Крыльцо. Помидоры. Копуша у воды. И наконец: — Вот! Вот оно самое. — Радостно, гордо, выжидательно он глядел на нас.

— Оно самое? — переспросил Бен.

— Да, черт побери! Вот вам доказательство. — Снимок был размытым и нечетким, словно над землей клубился туман.

— Нэт, — мягко сказала мама, — на снимке ты один.

— Где же доказательство? — подскакивал Бен.

— Прямо перед вами.

— На снимке ты один, — повторила мама.

— Я что, похож на идиота? Конечно, тут я один.

— Так где же доказательство? — взмолился Бен. — Где тетя Джесси?

Дядя Нэт усмехнулся:

— Черт побери, а кто, по-вашему, меня снимал?

* * *

Все растерянно онемели. Но тут раздался стук в дверь. Я так давно не видела миссис Бун, что не узнала бы ее, если бы не мама. Я помнила мать Джейка добродушной толстухой с гривой каштановых волос. Новая миссис Бун — Лу Энн, как называла ее мама, — оказалась худой, даже тщедушной, с цыплячьей шеей и морщинистым лицом. Редкие волосы торчали во все стороны, как пучки соломы. Словно кто-то вспорол брюхо прежней миссис Бун и выпустил наружу другую. Но внутри оказалась не маленькая девочка, а, скорее, сморщенная старушка.

Я неприлично пялилась на нее, соображая — может, это вовсе и не та миссис Бун; но мама вела себя так, будто соседка ни капли не изменилась, разве что выглядела расстроенной.

— Присаживайся, Лу Энн. Что-то стряслось?

— Еще как стряслось!

Мы притихли вокруг дяди Нэта, и она окинула нас внимательным взглядом.

— Давайте-ка в другую комнату. Нам с Лу Энн надо поговорить, — сказала мама.

— Твоей дочери лучше остаться, — вмешалась Лу Энн. Это прозвучало так странно, что мы все уставились

на нее, ожидая продолжения.

— Кто из них Цинни?

Гретхен выпихнула меня вперед:

— Вот Цинни.

— Цинни лучше остаться, — повторила Лу Энн. — Это и ее касается.

Я подумала, что самое время рвануть к двери или изобразить припадок... или потерять сознание. Братья и сестры не двигались с места. Всем было любопытно узнать, что за дело у миссис Бун ко мне.

— Идите уже, — махнула мама. — Поиграйте где-нибудь. А ты, Цинни, останься.

Все неохотно поплелись к двери — все, кроме Мэй, конечно. Ей внезапно приспичило вымыть посуду.

— Мэй, ты что, не расслышала? Иди к себе.

— Только посуду домою, — отозвалась та.

— Иди к себе!

— Ладно, ладно, иду! Не хочешь, чтобы я помогла, и не надо! — И Мэй в ярости вылетела за дверь.

Миссис Бун повертела в руках ключи и несколько раз откашлялась.

— Новые занавески? — спросила она наконец.

— Уже три года как.

— И прическу ты сменила. Тебе очень идет.

— Спасибо, Лу Энн. Ты тоже прекрасно выглядишь. (Вот и нет. Это мама из вежливости. ) Скажи наконец, что за дело у тебя к Цинни?

— Надеюсь, я ошиблась, и Цинни тут ни при чем. Очень неприятно об этом говорить.

— О чем, Лу Энн? Да что стряслось? Цинни что-то натворила? — Мама перевела взгляд на меня. — Цинни, в чем дело?

— Не представляю. — Я догадывалась, что все это как-то связано с Джейком. Может, миссис Бун узнала про щенка и решила, что это я подбила Джейка на кражу?

— Лу Энн, не тяни. Что тебя тревожит? — попросила мама.

— Ну, хорошо. Все это так неприятно... Ты же знаешь, я плакать в жилетку не люблю. С меня все как с гуся вода. И в чужие дела я не лезу. Но на этот раз...