Чтение онлайн

"Хуже-то не будет", - прошептала она.
– "Куда уж тут хуже?"

Подумала с полминуты и набрала номер, названный мужем.

Долго никто не подходил. Наконец, на том конце провода послышался заспанный женский голос.

– Здравствуйте, извините, мне Владимира Игоревича, пожалуйста, сказала Лида.

– Вы знаете, он ещё не пришел... А вы по какому вопросу?

– Я... у меня... Мне дали ваш телефон... Моя фамилия Краснова Лидия Владимировна. У меня большое несчастье - пропала двадцатилетняя дочь... Мой муж сейчас в Париже, он только что звонил и дал ваш телефон... Извините..., - отрывочными фразами говорила Лида.

– А... Да, да, я слышала о вашей беде..., - очнулась ото сна женщина.
– Позвоните ему на мобильный, или вот что я вам посоветую - я вам дам телефон человека, который непосредственно занимается подобными делами. Его фамилия Савельев. Зовут Константин Дмитриевич. Он частный детектив. Очень опытный. Офицер в прошлом, как и Володя... Позвоните ему...

– Спасибо.

Она набрала номер Савельева. Там тоже долго никто не подходил. Наконец, трубку взяли.

– Алло, - произнес басистый юношеский голос.

– Здравствуйте. Это Константин Дмитриевич?

– Нет, это его сын Дима...

– А можно вашего отца. У меня срочное дело. У меня пропала дочь, я хотела обратиться к вашему отцу. Его телефон мне дали Лозовичи...

– А... Понимаю..., - запыхаясь, говорил Дима.
– Только отец не может подойти... Он ранен. Находится в больнице. И мама поехала к нему. Мы с братом только что вошли... Перестрелка была... Его чуть не убили...

– Извините, - в каком-то отчаянии произнесла Краснова и положила трубку. Звонить на мобильный телефон Лозовичу у неё не были ни сил, ни желания...

Она хотела было принять снотворное и пойти прилечь, но очередной звонок нарушил её планы.

– Лидия Владимировна, - раздался на том конце провода зловещий низкий женский голос.
– Это опять я. Вы, наверное, собирались идти спать. Так я хочу вас немного порадовать перед сном, чтобы вам лучше спалось. Что самое лучшее для человека?
– задала она риторический вопрос и сама же на него ответила: - Самое лучшее для человека это знать, что ближнему ещё хуже, чем тебе. Так вот знайте - Тоне Вербицкой ещё хуже, чем вам...

– Почему?
– холодея, спросила Краснова.

– Потому что ваша дочь Оксана пока ещё жива, хоть и очень плоха... А вот её сыну Борису уже ничего не поможет...

– М-м-м..., - уже не в силах была ничего произнести Лида, вспоминая звонок Тони, её судорожные всхлипывания в трубку.

– Да, дорогая моя деловая богатенькая женщина... Ему уже ничего не поможет. Потому что с того света не возвращаются... Ну что, вам полегчало на душе? А теперь благодарите Бога и саму себя за то, что вы богаты, идите спать и перестаньте обрывать телефонную трубку. А то мне очень трудно связываться с вами... До завтра. Вас ждут новые потрясения... И заклинаю вас, будьте мудрее и не делайте резких движений, они чрезвычайно опасны.

Лидия Владимировна хотела что-то спросить, но не могла издать ни звука из-за необъятного комка в горле. А в трубке обреченно зазвучали короткие гудки...

5.

– Доброе утречко, - раздался в мертвящей тишине низкий женский голос...

Оксана вздрогнула и повернула голову направо.

...Поначалу она даже не могла понять, где находится, до того тяжелой была её голова... Маленькая комната, она на кровати, покрытая зеленым шерстяным одеялом, пахнущим чем-то неприятным... А перед ней стоит женщина лет сорока пяти с распущенными крашеными волосами и большими зелеными глазами, глядящими на неё с каким-то злым задором...

Оксана вспомнила вчерашний день и содрогнулась от ужаса...

– Где Борька?
– крикнула она, привставая на постели.

– Какой Борька?
– равнодушным голосом спросила хозяйка.
– А, твой кавалер-то? Ясное дело, уехал домой. Встал ни свет ни заря и уехал...

– Без меня?!!!

– Да разумеется, без тебя. Во-первых, у тебя болит нога, и ты не можешь идти. А во-вторых, ему и незачем здесь оставаться...

– Почему?!!! Что вы такое говорите?!!! Вы с ума сошли?!!!

– Да ничуть, - усмехнулась Ядвига.
– Вчера мы с ним очень хорошо поговорили. Он мне все порассказал и про себя и про тебя... У него мать работает дворником, у тебя - президентом крупной коммерческой фирмы. Так что вы со свои кавалером представляете разные имущественные слои, а соответственно, и разный материальный интерес.

– Вы хотите получить за меня выкуп?
– догадалась Оксана.

– А почему бы и нет?
– пожала плечами Ядвига.
– Почему бы и не взять то, что плохо лежит? За вас, единственную дочку, ваша матушка дорого заплатит... Нам на несколько поколений хватит...

– Так что, вы отправили Бориса домой, чтобы он договорился насчет выкупа?
– спросила Оксана и тут же вздрогнула от нелепости произнесенных ею слов. Ядвига еле заметно усмехнулась уголком правой губы, а в её зеленых глазах мелькнуло выражение бесконечного презрения к избалованной дурочке.

– Э-э-эх..., - только и сумела произнести Ядвига, поражаясь её несуразности.

Оксана стала приподниматься.

– Вставай, вставай, - пробасила Ядвига.
– Приводи себя в порядок, а потом позавтракаем, чем бог послал. Без деликатесов, разумеется... Удобства у нас, дорогуша, во дворе, но учитывая твою больную ногу, могу тебе предложить старый горшок моего старого папаши. Один черт - выносить... На вот... Я выйду...

Оксана содрогалась от ощущения брезгливости, которое она испытывала ко всем предметам, находящемся в этом доме. Как и к самому дому, так и к людям, обитающим в нем, и к предметам, в нем находящимся, тем более, к подобным предметам. Но... что поделаешь?...

Еле ступая на больную ногу, она вышла из маленькой комнаты и вошла в большую. Там, за большим столом уже восседал Матвейка. Настроение у него на сей раз было превосходное. Он отхлебывал из чудовищных размеров чашки какую-то горячую жидкость и жевал огромный ломоть хлеба.

– Привет, гостья!
– улыбался он своими белыми зубами.
– Как спалось на новом месте?

– Спасибо, хорошо, - отвечала Оксана, боясь снова разозлить непредсказуемого карлика. Единственное, что утешало, боль в ноге заметно ослабла.

– Ну, как твоя ножка?
– осведомилась Ядвига, указывая ей рукой на стул, на который она может сесть.

– Спасибо, получше..., - ответила Оксана и села на стул.

– Ну вот, я же говорила, что будет лучше. А ты все не верила, думала, я тебе зла желаю. Неблагодарные у нас какие люди, однако... Кофе хочешь?