Чтение онлайн

Когда сняли крышку с улья и откинули холстину, покрывавшую рамки, мы увидели много рамок с медом. Там было целое скопище пчел. Эта армия деловито суетилась. Юннаты невольно отшатнулись. Пахнуло приятным ароматом свежего меда. Лукич передал дымарь мне, а сам стал вынимать рамки и приговаривать: «Вот какое сложное хозяйство ведут пчелки — как люди». Я дымил на рамки с пчелами, и они убегали на другие рамки. Лукич был даже без сетки. Пчелы ползали по его рукам, голове, лицу, но ни одна не жалила. Лукич показал нам медовые рамки. Объяснил, какие пчелы рабочие, сборщицы, а какие трутни. Рассказал, как живут и трудятся пчелы, как ведут свое хозяйство, как защищают его от воров.

Нам понравилось хозяйство Лукича и его пчелиный город, в котором он был «губернатором», как метко выразился Володя Кондратьев.

Прощаясь и благодаря Лукича за показ пчелиного хозяйства, Гера проговорил:

— Вот бы нам на пришкольном участке завести пчел!

Все юннаты разом взглянули на меня.

— Заведем, ребята, заведем — будут и у нас пчелы. Да еще и в стеклянном улье, — улыбаясь, сказал я.

— А зачем в стеклянном? — любопытствовал Володя.

— Всем будет видно, как пчелки там работают, — важно ответил Гера.

— Только они дорого, наверно, стоят, — не унимался Володя.

— Мы их поймаем, — ответил я.

— А как?

— Поставим фанерный ящик с рамками в лесу на елку, а в него прилетит пчелиный рой. Потом мы его принесем в школу на участок и посадим в настоящий улей.

— Улей сделаем сами, — вставил Гера.

— Вот это здорово! — выкрикнул Володя.

— Я буду изучать пчел — буду читать книги о пчелах, — отозвался в раздумье Славик.

Всю обратную дорогу в город мы мечтали, о пасеке. А как наши шелкопряды?

Иван Лукич ухаживал за ними с такой же любовью, как и за пчелами. Он выкормил шелкопрядов, они у него завили около тысячи коконов. Эти коконы осенью он принес к нам в школу и передал нам свой дневник наблюдений. Себе он оставил 250 штук для дальнейшего изучения и для коллекции.

Гусеницы выросли. Из черненьких маленьких червячков они превратились в довольно крупных зеленых гусениц с золотыми блестками по бокам. Перед каждым юннатом лежала в ванночке большая зеленая гусеница шелкопряда. Она жадно обкусывала кромку березового листка и оставляла только листовые черенки. Дежурный роздал лупы, иглы, пинцеты, скальпели и повесил на стену таблицу наружного строения гусеницы, которая была перерисована нашим художником Венедиктом Сучковым из книги «Дубовый шелкопряд». Мы готовились к изучению наружного и внутреннего строения шелкопряда.

Шелководам большее время приходится вести работу с гусеничной стадией шелкопряда. А чтобы хорошо выкармливать шелкопрядов, надо знать их строение тела и их биологические особенности. С этого мы и решили начать свое занятие.

Сразу же следует оговориться, что занятие это было необычным: вел его не преподаватель, а школьник, наш активный юннат Вадик Петров.

Он предложил ребятам взять всем лупы и сказал:

— Гусеница имеет червеобразную форму. Все ее тело покрыто хитиновым покровом и состоит из…

Но дальше он не объяснил, из чего состоит ее тело, а предложил ребятам самим сосчитать число сегментов. Они насчитали тринадцать.

— Правильно… Мы ведь строение насекомых изучили на уроках. Итак, голова шелкопряда состоит из сросшихся пластинок, так называемых склеритов. Два боковых склерита — полукруглой формы, а между ними третий — треугольный. Все они срастаются вместе и составляют основную часть головы — головную капсулу.

С этими словами докладчик показал склериты на таблице, а ребята отыскали их на гусеницах и рассматривали в лупу. Каждый из ребят заметил, что голова гусеницы покрыта мелкими волосками. Потом они отыскали жвалы, или верхние челюсти. В лупу им было хорошо видно, как ловко жвалы работают, откусывают маленькие крошечки листа. Все это они зарисовывали в тетради, ставили стрелки и подписи.

— Кроме жвал, — продолжал объяснять Вадик, — ротовой аппарат имеет верхнюю губу. Она прикрывает основание жвал спереди. Нижние челюсти с придатками, а также нижняя губа и ряд околоротовых щетинок и выступов играют роль органов чувств.

— А как? — спросил Володя Кондратьев.

— Догадайся сам, — сказал солидно Вадик.

Володя попытался подсунуть конец иглы под жвалы, но это у него не получилось. А не получилось потому, что гусеница, почувствовав острие иглы двучленистыми щупиками, обошла ее. Наконец некоторым из юннатов удалось нащупать иглой маленькое отверстие на соскообразном выступе нижней губы, через которое шелкоотделительная железа выделяет струйку шелковой жидкости. Гусеница, почувствовав иглу, затрясла головой.

Володя Кондратьев шепнул своему соседу — Славику Ветошкину:

— Ты знаешь, что она хочет сказать? «Ну, брат, — говорит она, — ты ведь юннат, и это уж слишком. Должен иметь совесть. Не лезь иглой, куда не следует».

Оба засмеялись, так что докладчик вынужден был их остановить. Дождавшись, когда установится тишина, он продолжал:

— Глаза у гусеницы вы можете хорошо увидеть через лупу. Видите эти выпуклые точки, расположенные группами по шесть штук? Между группой глазков и ротовыми частями есть пара слабых трехчленистых усиков с волосиками…

— А сейчас посмотрите внимательно на гусениц со стороны спины и пронаблюдайте.

Ребята склонились над столом и увидели на спине выросты и бородавки с пучками волосков, но больше всего их внимание привлек спинной сосуд. Не проходит и десяти-секунд, как то один, то другой юннат считает: раз, два, три, четыре…

— Давайте организованно, — предлагает Вадик. — Узнаем, сколько сокращений будет в минуту. Дежурный даст нам сигнал. Вот часы.

Дежурный ударил молоточком в подвешенную чугунную подставку от штатива. Она тоненько запела. Дежурный сказал:

— Считать будем со второго удара. Внимание!..

Все приготовились, услыхали второй удар и стали считать пульсацию сердца гусеницы. Раздался еще удар, прошла минута — и счет прекратился. Оказалось, кто насчитал 15, а кто 16 и 18. сокращений. Еще раз пересчитали, вывели среднее арифметическое, отметили температуру воздуха и время. Записали в тетрадях: