Чтение онлайн

– Тебе бы рецензии на мероприятия писать, – улыбнулась девушка, – Слишком издалека зашел, давай ближе к делу.

– Уже. Первый раз, со слов Фила, его переполняла энергия страха, то есть неуверенности в себе и результате, и гнева. Две наиболее яркие из разрушительных эмоций человека. И именно их он в слова и вкладывал. И как помнишь, там почти до последнего ощущалось некое сопротивление. Думаю, это как раз и был «естественный барьер» Дракона. Но Фил его все же пробил, и воздействие «легло», как это принято говорить на форумах. В итоге, имеем то, что имеем. Мигрень, как средство воздействия. Причем, на сколько я знаю, жертва Фила до сих пор мается головными болями и жрет таблетки.

– Ты еще скажи «невинная, – фыркнула Катя.

– Скорее «несчастная, – хмыкнул Леха, – Но в любом случае, такого эффекта на втором экзамене очень бы хотелось избежать. Вот мы и пошли по «светлому пути». Основная ставка была на то, что положительные эмоции дадут словам заговора положительный заряд, который не вызовет активного сопротивления и потом просто «растворится в организме» философа. Как понимаешь, ставка сыграла. На следующий день «Объект номер два» был бодр и вел себя как обычно. Ну а то, что он в день экзамена по любому поводу ржал как накуренный конь – не самое плохое, что могло с ним случиться.

– Ну а сам Фил как себя чувствует?

– Нормально. Сказал, что в день первого экзамена слегка в горле першило, но не более того.

– Интересно, – протянула девушка и замолчала на пару минут, переваривая услышанное и сопоставляя с какими-то своими мыслями, – Получается, что мое предупреждение заставило его поменять модель поведения, после чего предсказание уже стало неактуальным.

– Видимо, да. Он все равно это сделал, но сделал по-другому.

– Как думаешь, если бы он сделал все как и в прошлый раз, чем бы это в итоге для него закончилось?

– Понятия не имею, если честно. Может быть, снова начало першить горло, и это перешло бы в ангину. Или он бы не продавил защиту преподавателя и сам мучился от головной боли. Да в конце концов просто совесть бы сожрала за то, что навредил человеку, которого уважал.

–И тем не менее, он решился.

–Ну, ты же его знаешь. «Маленький человек», мечтающий о больших деньгах. А тут возможность получить хорошие деньги в сжатые сроки, опираясь на свои умения. Тем не менее, он сделал все по совести. Так что не удивлюсь, если лет через десять Фил дорастет сначала до «уважаемого», а потом и до «большого» человека.

– Я понимаю, что он твой друг, но ты слишком сильно веришь в его «светлую сторону».

– Возможно. Но ты же знаешь, я предпочитаю видеть в людях сначала хорошее. А уже потом, если что, бить морду за плохие поступки. Можешь считать меня излишне добрым.

– Считаю, и именно поэтому я тебе и отказала.

– Не очень то и хотелось.

– Врешь.

– Очень не хотелось.

–Получишь! – девушка показала аккуратный кулачок.

– Хотелось, но не очень?

– Уже похоже на правду, – довольно улыбнулась Катя, – Иначе бы изменился и добился.

– П-ф-ф… – Алексей картинно выдохнул, а голос его стал жестче, – Вот это вот потом на очередном ухажере будешь отрабатывать. Я же тебе еще раз повторю, терять себя ради возможности быть с кем-то я не собираюсь.

– Вот таким ты мне больше нравишься, – весело подмигнула брюнетка.

– Когда-нибудь ты поймешь, что это просто не проработанный гештальт…

– Вот только давай без психологии.

– Зря, хорошая наука. Полезная. Почти как магия, – улыбнулся парень.

– Ага, почти как магия, почти полезная. Особенно если вспомнить недавний рассказ Сереги. Кстати, как он там?

– Говорит, что полностью восстановился. Оникс вернул. Теперь изучает ту книгу, из которой и почерпнул полезных знаний.

– Ищет что-нибудь поубойней? И желательно, чтобы не так вредило самому себе? Вообще как думаешь, почему ему плохо было?

– Ну, возвращаясь к недавнему разговору, ему все же могла отлететь обратно часть того, что он послал в того соседа.

– А почему тогда его «защита» не сработала?

– Не знаю, – парень пожал плечами, – Об этом я пока что ничего не нашел. И, кстати, изучает он как раз чистки. Мол, и с себя снять, если повторится, и другим помочь, если кто-то подобную гадость на хорошего человека кинет.

– И как понять какой человек хороший, а какой нет?

– Я хороший.

– Я серьезно!

– Ладно, не хмурься, а то морщины появятся. Ты же знаешь, насколько это относительное понятие. Так что тут все будет зависеть исключительно от того, совпадают ли у человека и Сереги система ценностей, или не совпадают. Но и тут возможны варианты.

– Любишь ты пофилософствовать, – Катя демонстративно закатила глаза, – Аж утомляет.

– Люблю, умею, практикую. За это пока на костре не сжигают.

– УЖЕ не сжигают. А вот во времена не столь отдаленные, ты бы уже давно наговорил на обвинение в ереси.

– Кстати о еретиках, есть новости от парней?

– Есть. Влад окончательно уверовал в вуду. Даже с семьей очень сильно поссорился, когда они сказали, что против и потребовали убрать этот его алтарь. Ругань стояла такая, что даже соседи по двору слышали. В итоге за три дня он все же продавил свою точку зрения.

– Влад?! Он же всегда был образцом… эм…

– Забитого и не уверенного в себе человека с поломанными мечтами?

– Злая ты… Но в целом суть передала верно. Должно было случиться что-то совсем неординарное, чтобы он так уверовал.

– Есть одно совпадение. Я поспрашивала и его, и парней, да и на том районе у меня знакомые есть, – девушка сделала театральную паузу.

– Котов здесь нет, тянуть некого и не за что. Говори уже.

– Его бывший одноклассник, Егор, попал в больницу с инсультом.

– В девятнадцать лет?

– Именно. Врачи сделали все, что могли, родители тоже денег не жалеют на реабилитацию, но мозг был поврежден сильно. Речи почти пропала, моторика тоже пострадала. Правая нога еле двигается, а рука вообще пока висит плетью.

– Хм. Незавидная участь. Судя по обрывочным упоминаниям Влада, он был тем еще говнюком, но частичный паралич… И Влад связал это событие со своей новой религией?

– Да. Причем Игорь говорит, что как раз в тот вечер Влад набрал практически на последние деньги подношения для одного из божеств, или как их там называют.

– И что теперь? Я имею в виду, что он теперь делает, когда окончательно определился и даже вырвал право этим заниматься? Может планами какими-то поделился. На сколько я знаю, он намерен составить календарь и сделать печати основных божеств этого пантеона. Сейчас, вроде как, обобщает информацию, «чтобы не ошибиться», как он сам говорит.