Чтение онлайн

– Я надеюсь на то, что план этот будет необычным и достойным Одиссея, - ответил собеседник бодро, но вид его, однако, был угрюм.
– Твои доводы должны быть достаточно весомыми, иначе и затевать не стоит... Скажу откровенно: в лагере зреет недовольство. Отравленные стрелы Аполлона каждый день уносят жизни отважных мужей...

– Да, - сокрушенно покачал головой царь Итаки.
– Болезни - наш второй враг, может, еще более грозный...

Менелай с жаром продолжал:

– А сколько полегло героев у стен Трои, и все без толку! Солдаты грозятся - не сегодня-завтра погрузиться на корабли и отчалить отсюда. О боги! Не дайте пережить нам такого позора! Сам знаешь, как у нас: со щитом или на щите, третьего не дано!

– Знаю, знаю, - прорычал Одиссей, убивая особо наглую блоху на своем теле.
– Мои бойцы тоже на пределе... Но даю тебе слово воина, - вскричал он, - Завтра, самое позднее - послезавтра ночью, светлокудрая Феба узрит с небес пылающие развалины Трои!

– Да будет так, - вставая, удовлетворенно подвел итог Менелай.
– Одиссей, я все смотрю, на чем это ты сидишь?

– Ну вот, наконец-то мы подошли к самому главному. Но прежде ответь мне только на один вопрос: тебя не удивляет, что я нахожусь здесь, ночью, в то время, как из города можно выбраться только с утра?

– Честно сказать, удивляет, - ответил Менелай, нервно вцепившись себе в бороду, хотя мгновение назад почему-то не придавал этому значения.
– А в чем дело? Ты одолжил крылья у Икара? Или обнаружил подземный ход?.. Это было бы нам кстати.

– Первая догадка очень близка к истине...
– загадочно ответил царь Итаки и бесстрашный разведчик; его изможденная физиономия растянулась в самодовольной улыбке.
– Ладно, не буду тебя томить...

Одиссей поднялся и поставил ногу на край платформы:

– Я здесь, благодаря именно этой вещи. Это "машина". Ее когда-то сделали боги, и нам выпала удача завладеть ею. С помощью хитрости мы отобрали ее у одного колдуна. Мы обезвредили его: усыпили и связали. Сейчас он связанный лежит внутри своего жилища, вот в этом огромном валуне. Войти туда постороннему невозможно. Вход заговорен...

Сомнение отразилось на лице Менелая. Он искоса взглянул на телепортатор, осторожно коснулся его носком медной сандалии и сказал:

– "Машина", говоришь? Очень странная вещь... Для каких же целей она предназначена, и что нам с нее?

– А вот что: она большие расстояния делает маленькими. Быстрее мысли она домчит тебя, куда ни пожелаешь. Обрати свой взор, достопочтенный Менелай, на эту поверхность. Если стать сюда и нажать на этот вот бугорок, он вспыхнет необжигающим огнем - и ты уже там...
– Одиссей неопределенно помахал рукой.

– Где?
– спросил недоверчиво Менелай.

– Ну... там, - протянул Одиссей, - где будет находиться другая "машина". Понимаешь, тут вся хитрость в том, что, ступив на одну "машину", ты, не успев моргнуть глазом, сходишь с другой "машины"... Которая, скажем, стоит у тебя дома. Раз!
– Одиссей вновь махнул рукой, - и ты дома, в объятиях своей жены! Здорово?!

– Ты смеешься надо мной!
– вскричал Менелай, яростно сверкая глазами.
– Разве ты не знаешь, что жена моя находится в этом проклятом городе!

– Прости, я совсем забыл!
– взмолился Одиссей.
– Но вот что послушай в утешение: Я видел в городе Елену. Она укрыла нас с Диомедом и очень помогла нам... Сказать по чести, это она внесла существенную лепту в разработку плана взятия Трои. Скажу больше, она была здесь только что...

– Где она?!
– закричал Менелай так, что переполошил своих воинов.
– Зачем ты отпустил ее!

– Терпение, мой друг, терпение, успокоил его Одиссей.
– Скоро ты получишь все - жену, город, свое богатство и покроешь себя неувядаемой славой победителя троянцев. Но ты должен день-два потерпеть. Так сказала Елена. Все. Сейчас я покину вас, после чего вы заберете "машину" и отвезете ее в лагерь. Утром ждите нас с Диомедом.

– Слушай, Одиссей, - сказал Менелай, - пусть меня поразит громовое копье Зевса, но я ни алефа не понял из твоих объяснений. Какой же прок тащить другую "машину" в то место, куда ты намерен попасть, с тем, чтобы потом переместиться туда в мгновение око. Ведь ты и так пришел туда, да еще с этой тяжелой "машиной" на спине. В этом нет смысла...

– Хм...
– задумался Одиссей, нещадно теребя свою изрядно отросшую бороду.
– Тут действительно не все так просто... Эврика! Понял! Это можно сравнить с дорогой. Представь: пройти отряду по болотам, лесу и рекам нелегко, долго, трудно. Но если построить дорогу, навести мосты через реки... А? Смекаешь? В СЛЕДУЮЩИЙ раз путь будет легок и быстр.

– Я понял, - сказал Менелай, повеселевшим голосом, - эта "машина" наводит мосты и строит дороги с помощью волшебной силы, дарованной ей богами.

– Точно, - удовлетворенно кивнул Одиссей, только дорога эта скрыта от глаз смертного. Что, однако, не мешает нам ею пользоваться. Сейчас ты в этом убедишься.

Великий механик запрыгнул на платформу телепортатора и провозгласил:

– Вот становлюсь я на эту "машину", вторая же "машина" находится в городе. Быстрее мысли...

– Погоди!
– встрепенулся Менелай, хватая Одиссея за пояс.
– Ты говоришь, что другая "машина" уже в городе? Так что же мы медлим?! Нужно немедленно атаковать!

– А готов ли ты это сделать?
– резонно осведомился Одиссей.
– Пока соберутся отряды, лучезарный Гелиос перевалит через полдень, и мы не захватим троянцев врасплох. И потом, ты разве забыл, что между нами и неприятелем сейчас перемирие. Не станешь же ты марать честь воина, поддавшись искушению, как можно скорее вернуть свою жену. Погоди, укроти нетерпение, дай срок. Мы это дельце обстряпаем с таким блеском и выдумкой, что все лопнут от зависти, а мы прославимся на все времена.

Брат главнокомандующего, великий воин Менелай, поскреб затылок.

– До скорой встречи, доблестный Менелай! Жди нас, как только розовоперстая Эос позолотит облака!
– Одиссей не без внутренней дрожи нажал ногой кнопку - и исчез.

Менелай ахнул и сел на землю. Отряд замер, затаив дыхание. Только громкие трели цикад да легкие потрескивания горящих факелов нарушали тишину ночи.

* * *

Одиссей бесшумно спрыгнул с платформы телепортатора на деревянный пол конюшни царской снохи. Немногочисленные масленые светильники озаряли помещение тусклым мятущимся светом. Не скрипнув половицей, лазутчик направился в покои Елены. Но с непривычки заплутал - пошел не той дорогой, что вела его недавно хозяйка. Этот же путь проходил через помещение, где спали конюхи. Когда Одиссей увидел их, было уже поздно. Он наступил кому-то на руку. Спавший вскрикнул спросонок, но короткий меч грека утихомирил его навсегда. Второй юноша и девица не успели проснуться, как следом за первым их души отлетели в мрачное царство Аида. Бронзовый меч с хрустом пронзил их тела, словно мешки с капустой. Одиссей нимало не сожалел о содеянном. Он был в неприятельском городе и потому действовал сообразно обстоятельствам и неписаным законам военного времени, то есть - решительно и безжалостно. Так поступил бы любой воин, окажись он на его месте.