Чтение онлайн

Они быстро возвращаются обратно. Пан учитель выглядит скорее как официант, а не учитель, потому что в руках у него два мороженых и открытая бутыль лимонада, на горлышко которой надет стакан.

— Прошу, сударь, — предлагает он Ярде, ставя перед ним лимонад и мороженое. — Ешь быстрее, — добавляет он, поскольку Ярда удивленно уставился на него. — Смотри, мороженое уже растеклось.

Штёвичек отходит на несколько шагов со второй порцией мороженого к своему столику, но поскольку Ярда все еще в смущении и не ест, а только таращит на него глаза, пан Штёвичек оглядывается по сторонам и стремительно направляется к Анежке, перед которой стоит только стакан содовой.

— А это вам, барышня, — говорит учитель и добавляет потихоньку: — У меня зуб разболелся. Будь добра, съешь за меня, а?

— Большое спасибо, пан учитель, — благодарит Анежка и тут же принимается за мороженое.

Пан учитель подмигивает Ярде. Ярда уже взял ложечку, пан учитель садится немного поодаль и, довольный, закуривает. Пепик возвращается с полными руками.

— Ты взял себе сам?

Ярда кивает. Мороженое очень вкусное.

— Не сам, — уточняет Миша. — Ему Штёвичек дал.

Ярда снова откладывает ложку и начинает искать носовой платок.

— Учитель и Анежке мороженое дал! — кричит с соседнего стола Андула.

— Да, — соглашается Миша, — но Анежка хоть сказала «спасибо».

Так и не найдя носового платка, Ярда снова принимается есть. А что еще делать с мороженым? Особенно если оно такое замечательное! А действительно ли оно такое вкусное?

Зато Пип теперь совершенно точно это знает. Мама утром забыла ему напомнить, что мороженое он не должен покупать ни под каким видом, чтоб не подхватить ангину.

— Ну, готовы? — спрашивает учитель. — Тогда пошли. Сыграем в футбол. Кто за?

— А чем играть-то? — спрашивают ребята.

— Держу пари, что вам все равно ни за что не отгадать, — говорит пан учитель и вытаскивает из рюкзака футбольный мяч.

— А мы как же? — спрашивает Андула.

— А что вы? Вы тоже играйте. Ты разве забыла, что у нас равноправие?

Пани учительница находит всех на прежнем месте, там, где они сидели час назад не в силах пошевелить ни ногой, ни рукой. Сейчас дети увлеченно гоняют по траве мяч. Беранкова немножко удивлена, что осмотр музея так замечательно подбодрил ее питомцев.

— Понравилось? — спрашивает она.

— Нет, — коротко отвечает за всех пан учитель.

— Конечно, здесь лучше, — снисходительно соглашается Беранкова. Она выпила чашечку черного кофе и выглядит совершенно умиротворенной.

Игра в футбол, которую затеял пан учитель, несколько необычна, потому что никто, собственно, не знает, у кого теперь мяч. Просто все кувыркаются на траве — особенно с тех пор, как к ним присоединились и малыши. Малыши не так давно приплелись сюда со своей учительницей и чьей-то мамой и решили, что на поле играют в рыбок и рыбаков.

— Ну что, как ты там? — кричит Данка увлеченному чем-то Пипу, который несется непонятно куда.

— Отлично! — восторженно отвечает Пип и падает, потому что Ярда как раз ставит ему подножку.

Данка подождала, пока не убедилась, что Пип поднялся и бежит дальше. Он чуть-чуть прихрамывает. Данка исчезает. Пип не должен знать, что она была свидетелем этой сцены. Немножко похолодало. Который теперь час? Кажется, что гуляют они давно-давно. Маме наверняка их поход представляется бесконечным. Собственно, где Марьяна? И что это там за переполох?

— Ну, попробуй припомнить, когда ты в последний раз видел его у себя? — спрашивает пан учитель удрученного Вашека.

— Как же я могу это знать? — жалуется Вашек. — Мы все шли да шли.

— Но ты же его не бросал?! Скорее всего, куда-нибудь положил, когда вы отдыхали. Вспоминай!

— Да разве мы где-нибудь отдыхали? Я же говорю, мы шли и шли — до одурения.

— Пить хотелось?

— Еще бы!

— Но по дороге ты вынимал бутылку с водой или нет?

— Нет.

— Да как же нет?

— Бутылка у меня была в сетке. В хозяйственной сумке у меня лежали компас и бинокль. И я не смел его потерять. Папа говорил…

— Понятно.

— Ничего не понятно… Я все могу потерять. И сетку, и ботинки, и сумку для хлеба. Только не бинокль и не книжки. Бинокль и компас — папины, а книги я с собой не брал.

— Лучше бы ты и бинокль оставил дома.

— Я же думал, что нам придется чего-нибудь рассматривать. А мы только шли да шли. А папа предупреждал, чтобы я не потерял… Обычно он этого никогда не говорит. Только о книгах… а этот бинокль…

— Так чего же ты забыл о его предостережении?

— А если у меня другие заботы? Не могу я об одном и том же помнить весь день.

Пан учитель вздыхает.

— Ну, пошли. Посмотрим, поищем, раз уж у тебя были и другие заботы. Только надо предупредить пани учительницу. Далеко мы не уйдем. Нам ведь скоро домой возвращаться.

— Вот и ходи с такими на прогулки, — сердится Беранкова, — как будто не известно, что каждый спортсмен прежде всего должен… — Но ни пан учитель, ни Вашек уже не слышат, что прежде всего должен спортсмен.

— Не ждите нас здесь! — уже издали кричит пан учитель. — Мы подойдем прямо к автобусу!

И на всех вдруг сразу нападает усталость.

— Ну, шевелитесь, шевелитесь, — подгоняет Беранкова, — шоферы, наверное, уже ждут. И разделитесь по классам, чтоб мы могли вас пересчитать. Но ребята плетутся кто как может.

— Ты чего это, охромел? — усмехается Ярда. — Не упал, часом?

— Да нет, — отвечает Пип, пытаясь идти ровно.

— Нет? Ну так не падай и теперь! — советует Ярда и снова пробует дать Пипу подножку.

Но Пип настороже. Он незаметно замедляет шаг, рассчитывая, что Ярда постарается догнать остальных. Но Ярда не старается. Они тащатся в самом хвосте. Пип прибавляет ходу.

— Куда спешишь? — останавливает его Ярда.

Сам он вообще никуда не торопится. Напротив, он, кажется, расположен поболтать. Они идут среди виноградников.

— Глянь-ка, — показывает Ярда наверх. — Какой-то болван думал, что посадил виноград, а у него выросла груша. Или что-то вроде этого. Да еще такая хилая.

Пип смотрит. И тоже удивляется — неужели это дерево? На нем нет ни листочка.