Чтение онлайн

Дверь закрылась. Без звука, без дрожи капсула двинулась к инопланетному кораблю.

В самый последний раз Эйкон подумал обо всех своих страхах, о болезненном ощущении в животе и о переходящем в боль жжении в пересохшем горле. Он ущипнул себя за руку - сильно, очень сильно… И почувствовал предупреждающий стоп-сигнал.

“Прощай”, подумал Эйкон, и слёзы покатились по его лицу, как будто одно непроизнесённое слово - в самый последний раз - разбило его сердце.

КОНЕЦ

7/8. НАСТОЯЩИЙ ФИНАЛ: ЖЕРТВЕННЫЙ ОГОНЬ

Исповедник, который незамеченным стоял за спиной Эйкона, высунул из рукава маленький парализатор. Он один на корабле имел право применить это оружие в случае чьего-либо явного умопомешательства. Молниеносным движением Исповедник вскинул руку…

… и вырубил Лорда Эйкона.

Эйкон рухнул почти мгновенно, как будто почти все нитки, на которых он висел, уже были перерезаны, и лишь немногие удерживали тело на месте.

Страх, шок, ужас, простое удивление: с таким видом потрясённая конференц-рубка смотрела на Исповедника.

Из-под капюшона донеслись слова, которым было безусловно воспрещёно исходить из этой тени: слова приказа.

– Лорд Пилот, ведите нас обратно по туннелю в систему Гюйгенс. Стартуйте немедленно, мы в критической ситуации. Леди Сенсор, вы должны полностью перекрыть все коммуникации, кроме единственного канала под вашим прямым контролем. Мастер Фэндома, дайте мне ключи доступа к активам каждого существа на этом корабле. Нам понадобится капитал.

На мгновение конференц-рубка замерла в безмолвии и неподвижности. Каждый ждал, что кто-то другой что-нибудь сделает.

Потом…

– “Невозможный” стартовал, милорд, - сказал Лорд Пилот. Он снова выглядел здравомыслящим.
– Каков ваш план?

– Он не твой лорд!
– крикнул Мастер Фэндома. Его голос упал: - Простите, Исповедник, мне вовсе не показалось, что наш Лорд Администратор потерял рассудок. И вы - один из всех - не можете просто присвоить власть…

– Да, Эйкон был в здравом уме. Но он честный человек, который сдержал бы слово, а такого я не могу позволить. Что касается меня, я трижды отрёкся от своего звания, и я больше не Исповедник.
– С этими словами бывший Исповедник сбросил капюшон.

В любое другое время эти слова, жест и открывшееся лицо вызвали бы шок вплоть до обморока. Но сейчас, когда на карте стоял весь человеческий вид, это показалось всего лишь интересным. Хаос уже вырвался на волю, безумие воцарилось в мире, и небольшой довесок уже не имел значения.

– Предок, - сказал Мастер, - вам дважды запрещено здесь командовать.

Бывший Исповедник сухо улыбнулся.

– Знаете, правила вроде этого существуют только в наших головах. А кроме того, - добавил он, - я не направляю будущее человечества в полном смысле слова. Я просто заслоняю его от пули. Это даже не совет и тем более не приказ. И это… разумно… чтобы именно я, а не кто-либо из вас, сделал эту работу…

– Да мать вашу в жопу ножницами, - сказал Лорд Пилот, - будем мы спасать человечество или нет?

В течение некоторого времени остальные раздумывали над ответом.

А потом Мастер вздохнул и наклонил голову в знак согласия с бывшим Исповедником.

– Я подчиняюсь вашим приказам… кирицугу.

Даже сам Кирицугу вздрогнул от такого обращения. Но у них было много работы и мало времени.

*

“Невозможный Возможный Мир” вернулся в систему Гюйгенс из своей знаменитой экспедиции, вынырнув из того самого беспрецедентно аномального туннеля. И тотчас, не медля ни секунды, выдал в эфир рыночный ордер.

Это уже нарушало с десяток законов. Если “Невозможный” сделал научное открытие, он должен был выложить результаты в открытый доступ, прежде чем выставлять на продажу. В противном случае он бы не нажился, а вызвал хаос. Участники рынка не стали бы иметь с ним дела; один только факт желания что-либо купить или продать был бы для них достаточной причиной не делать этого. Весь рынок застопорится, пока хеджеры будут теряться в догадках, какие научные данные скрывает экспедиция, и кто из конкурентов владеет инсайдерской информацией.

“Невозможный” игнорировал правила. Он передал условия нового контракта на прогноз с пометками СВЕРХЧРЕЗВЫЧАЙНАЯ СИТУАЦИЯ, БЛИЗКАЯ УГРОЗА и КОМАНДУЕТ ИСПОВЕДНИК. Неправомерное использование этих пометок повлекло бы крайне суровое наказание, вплоть до полной конфискации - зато любая из них гарантировала появление контракта на рынке прогнозов почти со скоростью света.

“Невозможный” разместил первоначальный ордер на контракт, обеспеченный почти всей суммой активов экипажа.

Текст прогноза гласил:

Через 3 часа 41 минуту туннель между Гюйгенсом и Землёй станет непроходимым.

Ещё через 30 минут все люди в этой системе погибнут.

Проход через систему будет с этого времени навсегда закрыт для людей.

(Нижеследующий текст не является частью условий контракта, но объясняет, почему оценка вероятности базовой гипотезы обладает высокой социальной значимостью:

ЧУЖИЕ. САЖАЙТЕ ДЕТЕЙ НА ВСЕ КОРАБЛИ И УЛЕТАЙТЕ! УМАТЫВАЙТЕ ИЗ ГЮЙГЕНСА ПРЯМО СЕЙЧАС!)

Системе Гюйгенс почти хватило времени на вдох и выдох.

А потом рынок сошёл с ума, и каждый одинокий трейдер подсчитывал свои шансы, а каждый семейный бросал работу и вёз детей в космопорт.

– Шесть, - бормотал Мастер Фэндома, - семь, восемь, девять, десять, одиннадцать…

В конференц-рубке возникла голограмма - вызов от Президента Центральной Расчётной Палаты Гюйгенса. Президент просила (или, лучше сказать, требовала) разговора с Лордом Администратором “Невозможного Возможного Мира”.

– Соедините, - сказал Лорд Пилот, который занимал кресло Эйкона с того момента как Кирицугу помазал его на марионеточное царствие.

– Чужие?
– спросила Президент, а потом её взгляд остановился на униформе Пилота.
– Вы не Администратор.

– Наш Лорд Администратор под успокоительным, - ответил вместо него Кирицугу. На нём снова был капюшон Исповедника, во избежание лишних объяснений.
– Он испытал более сильный стресс, чем любой из нас…

Президент сделала короткий резкий жест.

– Объясните этот контракт. Если это какое-то мошенничество, вам всем достанется веселья, пока не остынет последнее солнце!