Чтение онлайн

Через двадцать минут спускаюсь вниз. Нигде не вижу и не слышу детей. Это настораживает и пугает.

Выхожу из дома. Застаю следующую картину. Снежана прыгает у своего красного автомобиля, пытается пройти к дому, преодолев детвору. Получается у нее это плохо.

Куда она – туда дети.

Надвигаюсь на них, без тени сомнения выбираю сторону, за которую буду стоять до конца.

– Снежана, привет! Какими судьбами?

– Какими? – бешено вращает огромными серыми глазищами. – Я к себе домой приехала!

– К себе?! Думал, это мой дом.

– Чьи это дети? – девушка морщится, когда ей приходится дотронуться до маленького плечика Майи, чтобы сдвинуть ту с дороги.

Получается. Вырывается из плена, бежит ко мне. Прячется за моей спиной от враждебно настроенной банды.

Слежу с изумлением за детьми. Если с Мишей всё понятно – он один у меня такой, мужичок, единственный и неповторимый, то вот читать характеры близняшек по лицам и жестам забавно.

Одна блондиночка мнется на месте и зачарованно, не моргая, разглядывает дорогое красивое сиреневое пальто Снежаны.

Вторая, видно, еле сдерживается, чтобы не наброситься на пришельца в женском обличии, и не расцарапать ему лицо.

Ого! В гневе-то дочь страшна. Вспыльчивая она у меня.

Замечаю, что Мишутка глаз не сводит с Машки, ждет от нее команды.

Даже жалко стало Снежку немного.

Хмурюсь, поворачиваясь к девушке лицом.

– Мои дети! Все трое.

– Что?!
– Красивое женское лицо вмиг искажается.

Зная характер любовницы, понимаю, что ее эмоции сейчас на максимуме. Я всегда отнекивался от детей, говорил, что пока рано, не надо торопиться, а у самого оказалось в наличии целых трое. Получается, обманул ее.

Взрывной коктейль срабатывает моментально и непредсказуемо.

Тряхнув светлыми волосами, девушка цедит: - Я от тебя ухожу!
– бежит к дверям дома, едва не сбивая с ног детей.

Тройнята думают, что игра с красивой белокурой тетей продолжается, несутся вприпрыжку за ней.

Хмурюсь. Пришла пора защищать тетю.

– Стойте! Дайте ей собрать вещи. Так она быстрее уедет.

Уставшая, но счастливая орава возвращается ко мне.

Василий

– Малышня, чистить зубы, и спать, - стою на пороге в комнате, смежной с моей. Я-то грешным делом думал, что в этой комнате будет спать моя жена. Ан, нет. Не всем так везет. Кому-то секс, кому-то его последствия…

Пришлось подсуетиться с мебелью - вечером привезли три детские кровати.

– Из этой комнаты всё выбрасываем к чертовой матери, ставим кровати.

– Нет-нет, - одна из близняшек бежит к работягам. – Тумбу оставляем! – показываем на белоснежный комод с резными деталями.
– Столик у окна – тоже. Зеркало – моё, пуфик мой.

– Ну, так-то только кровать лишняя, - констатирую я. – Забирайте!

Через двадцать минут кровати собраны и застелены белоснежным пахучим ароматным бельем.

– Вот это да! Собственная кровать! – пищит та, что очень озабочена комфортом и красотой. Как настоящий отец понимаю, что это Майя.

– У вас не было кроватей? – в шоке смотрю на дочь.

– Неа, - мотает головой, - мы как в поезде спали на второй полке, - уточняет Маша.

Присаживаюсь на одну из кроватей.

– Вон там гардеробная, - показываю рукой, - переодеваемся в пижамы, и чистить зубы. Я проконтролирую.

– Где гардероб?
– хлопают на меня медовыми глазищами, рыскают взглядом по комнате.

– Вон же, - показываю на дверь.

Мишка открывает дверь, просачивается в отдельную комнату, отведенную для вещей.

– Папуль, это как дверь в Нарнию, - кричит сын.

– Типа того.

– Я не надену одинаковую пижаму, - визжит Маша.

– Несговорчивая ты моя, что не так? – поднимаюсь неохотно с места.

– Пижамы одинаковые! – выходит ко мне, куксит милое личико, кусает нижнюю пухлую губку, капризничает.

– Блин, Маша, на Озоне вечером купил. Оставались только эти расцветки. Завтра поедем в магазин, сама выберешь себе одежду. Ладно?

– Ежкин котик! – ругается дочка, - всё надо делать самой! Ах, эти мужчины! – театрально разводит руками.

Морщусь, хохочу.

Она за кем повторяет слова? За Полиной, за кем же еще.

Тройнята в пижамах синего цвета топают в ванную. Пристраиваюсь у дверей, прислоняюсь спиной к кафельной стене. Гляжу на детей с обожанием и неподдельным интересом.

– Папуль, зачем здесь две раковины? – интересуется Миша.

– Для двух людей, - глупо улыбаюсь.

– Чудеса, да и только! – подтверждает Маша.

Тройнята окружают одну раковину, осторожно выдавливают яркую розовую зубную пасту на зеленые щетки, чистят зубки.

Смотрю с умилением.

Через мгновение начинаю смеяться. Развеселили до слёз.

Вместо того, чтобы включить второй кран, и воспользоваться соседней раковиной, дети выстраиваются в очередь к первой. Округляют щеки как хомячки, задерживают дыхание, чтобы не сплюнуть пасту раньше времени.

Когда шоу заканчивается, вытираю глаза от слёз.

– Вы чего второй кран не включили? – интересуюсь у сына.

Смотрит на меня умными глазками.

– Ты чего папуль, надо экономить!

Неприятно щемит в груди – мои дети вынуждены экономить воду… Чувство вины придавливает к земле тяжелым грузом.

– Давайте, договоримся с вами, что с сегодняшнего дня экономить не будете ни на чём!

Три пары непонимающих глаз глядят на меня так, что делаю поправку: - в пределах разумного!

– Спите, - выключаю свет, намереваюсь покинуть детей. – Эта дверь ведет в мою комнату, если произойдет что-то из ряда вон выходящее, тогда знайте, я рядом.

– Угу, - угукают хором.

– Папуль, ты забыл…

– Чего?

– Поцеловать! Мама всегда целует нас на ночь. Говорит, что мамина любовь защищает от злых духов и орков, которые хозяйничают ночью в мире людей, - шепчет сын.

– Любишь комиксы?

– Обожаю!

Целую всех троих по очереди, глажу светлые мягкие волосики. Готов разреветься от счастья. Эмоции накрывают. Три маленьких человечка. И они мои! Моя плоть и кровь. Мои гены. Моё продолжение.