Чтение онлайн

– Чудесно… – позевывая, ответил Саша. – Вот спасибо тебе! Моя благоверная ни за что не допрет, где я был.

– В конце концов, день не пропал зря, верно? – засмеялся хозяин. – Ты давай еще заезжай, если будет когда…

Они поклялись в дружбе, и Саша покинул участок. Прошел к своей машине, которая всю ночь мирно простояла в конце улицы. Никто ее не украл, и Саша с содроганием подумал, что так везет только дуракам. Про машину он совсем забыл, забыл вообще обо всем, кроме этого приключения…

Он расположился за рулем, проследил, как с дачи соседа выезжает «Газель», и вскоре увидел то, что и ожидал увидеть: зеленый «Вольво» как ошпаренный выскочил с соседнего участка и понесся прочь по улице. Саша припустил за ним, как только между ними оказалось достаточное расстояние.

Ну а того, что произошло дальше, он никак не мог предвидеть. «Моча ему в голову ударила, что ли? – ругался он, вспоминая эти события. – Так ведут себя одни придурки!» К придуркам он относил и самого себя. Незачем было держаться на хвосте у Олега, но уж очень хотелось его поддразнить, дать ему понять, что его видят, за ним наблюдают, чтобы он потом не подумал, что Саша блефует. И случилось ужасное…

…Как он потом доехал до дома – он не помнит. Едва удерживал руль, от изумления колотилось сердце… Он совсем забыл про жену, и когда она встала на пороге – руки в боки, склоненная на плечо голова, издевательская улыбка, все предвещает взрыв, – он страшно удивился.

– Ну, как дела? – спросила Лена.

Он пожал плечами, отодвинул ее в сторону, прошел в спальню – в ту самую спальню, где они с Олесей играли в свои долгие игры… Лена шла следом, угрожающе улыбаясь. Улыбка всегда была у нее признаком дурного настроения, но эта… Готовилось что-то совершенно особенное. Он ожидал чего угодно, любых оскорблений, допросов с пристрастием, но только не тех слов, которые прозвучали в тишине.

– Я решила развестись с тобой, – сказала жена, – и обсуждать эту тему не будем.

Он сел на постель и даже не мог пошевелить ногой, чтобы снять ботинок. Уставился на нее, сомневаясь, правильно ли расслышал. А она продолжала:

– Мне надоело. Прости, милый, но мне все это надоело. Я стала тебя ненавидеть. Это предел!

Тут ее голос немного повысился, ему стало полегче. Уж лучше бы она кричала, только не эти рассчитанные фразы. «Всю ночь репетировала, – понял он. – Ничего, сейчас все пройдет!» Он попробовал вставить слово:

– Я сейчас все объясню…

Но она закричала:

– Ждала я этого, ждала! Именно так ты и должен говорить после того, как прошлялся всю ночь…

– Я не шлялся…

– Мерзавец! – теперь она визжала. – Ублюдок! Это после того, как мы для тебя столько сделали! Создали условия! Обеспечили!..

– Кто это – вы? – спросил он. От ярости у него начала дрожать верхняя губа – волчье или собачье движение. – Твои папочка, мамочка и ты в придачу?! О, вы для меня столько сделали, что вообще жить не хочется!

– Как ты можешь так говорить про папу! – визжала она. – Это ему ты обязан тем, что имеешь студию! Нет, уже не имеешь!

– Значит, больше не обязан, и на том спасибо! – огрызнулся он. – А теперь дай мне поспать.

Просьба была наивная – поспать она ему не дала. Зудела над ухом, рыдала, проклинала его и свою судьбу, его девок, водку, которую он пил… Толкала его, требовала, чтобы oн рассказал правду, причитала, что пережила позорные минуты, когда позвонила ему в студию, а ей сказали, что его не было. Он молчал и думал, что дальше так жить нельзя, надо что-то менять. Ее слова о разводе он все же принял как истеричную шутку, дело кончилось тем, что они более-менее примирились. Но холод остался. Лена демонстративно оставалась на кухне, когда звонил телефон, слушала то, что он говорил в трубку, всячески его подкалывала, если он пытался соврать что-то о той ночи, проведенной вне дома… Врал он плохо, не было настроения.

Когда зеленый «Вольво» вильнул в сторону и с кошмарной быстротой исчез в овраге – просто пропал, как будто показал фокус, – Саша промчался мимо, даже не отдавая себе отчета в том, что произошло. Это показалось ему чем-то нереальным, злой шуткой судьбы, недоразумением… План провалился, на шантаж рассчитывать было нечего, если Олег погиб. А он погиб – даже не стоило сомневаться.

– О чем ты думаешь? – спрашивала его Лена, чутко следя за его лицом.

– О своем, – отвечал он. Думал он только об этом дьявольском фокусе с зеленой машиной, только о своей глупости. Ведь ясно было, что Олег доведен до крайности, надо было учитывать его состояние после ночи в гараже, после убийства… Был еще один вопрос – куда делся труп? Остался в гараже или по-прежнему лежал в багажнике? И как теперь попасть в квартиру? И стоит ли продолжать эту детскую жестокую игру? Там осталась вдова с дочерью, им явно будет не до фотографа, который впечатлился красотой девочки…

Олеся позвонила ему домой. Она требовала действий. Oн не мог по телефону объяснить ей, что произошло, ограничился просьбой подождать, пока он сам ей не позвонит. Слава богу, она не стала скандалить! Когда Саша повесил трубку, он понял, что очень легко может возненавидеть Олесю. Во всяком случае, если она будет так настойчива. Жена не сказала ни слова, она уже приучилась изображать из себя невинную страдалицу, зато сын… Да, Саша не мог сказать, что он слишком много занимался им, – воспитывала Сережку жена, и теперь это воспитание давало плоды. Сын его просто возненавидел. Или не говорил ни слова в ответ на нейтральное «доброе утро», или огрызался – совсем как его мать! Откуда-то он взял фразу «ты со своими девками…» и часто ее использовал. «Ты со своими девками опять целый вечер возился… Ты со своими девками весь дом загадил… Ты со своими девками…»

Саша не выдержал и дал ему пощечину. Тот испуганно схватился за щеку, но тут ворвалась Лена – разборка происходила на кухне.

– Как ты смеешь бить ребенка! Ты! Грязная свинья! – выкрикивала она, наступая на мужа. Тот пятился назад. Никогда он не видел ее в таком состоянии.

– Мерзавец! Господи, почему я угробила на тебя столько лет! – кричала она. – Вон отсюда!

– Что?! – Он немного пришел в себя, ее крики могли зайти слишком далеко. – Ты хотя бы не ругайся при сыне! Тоже мне, невинная овечка!

– Свинья! – повторила Лена, тяжело дыша и водя глазами по кухне, словно в поисках тяжелого предмета. – Мало того, что ты спутался у меня под носом с этой девкой, ты еще и ребенка бьешь!

– Лена, ты делаешь только хуже, – предупредил он. – Он все слышит. То, что я его ударил… Словом, он это заслужил. А вот твои крики…

Произошло нечто безобразное – они подрались. Точнее, обменялись меткими ударами – только в эту минуту он понял, как глубока ее ненависть и его отвращение к ней. А внешне все так было пристойно все эти годы!

– Ну, это все, это все… – дрожащим голосом повторяла Лена, сидя в спальне, обхватив голову руками. – Больше я не вынесу… Надо развестись. Квартиру ты не получишь, даже не рассчитывай.

– Она мне не нужна, – ответил он, сидя на другом краю постели.

– Так я тебе и поверила! – пробормотала она, не поднимая головы. – Ты и женился только из-за квартиры, иначе так и жил бы в коммуналке… Человек искусства! Никогда не знал, как делаются деньги, как они достаются.

– Не говори чепухи, – возразил он. – Я хорошо зарабатываю. Ты так хочешь меня унизить, что говоришь глупости. Со мной считаются в моей области. У меня много клиентов. А ты всегда считала, что единственные полноценные люди – это менты и паспортистки!