Трудные дети
Шрифт:
Иногда я тешила себя мыслью, что чечен смирился и отпустил меня. А что? Хорошая такая мысль. Радужная. Только вот на мечту смахивает.
Отсутствие Марата, если честно, пугало до чертиков. Что он задумал? Я не понимала. Ответ нашелся сравнительно быстро.
Оставался последний день моего пребывания в культурной столице, я собирала немногочисленные пожитки и чисто случайно наткнулась на мобильник, спрятанный под тряпками, чтобы не мозолил глаза. Не утерпела и включила. Тут же вздрогнув, когда в эту же секунду зазвонил дребезжащий старый звонок. Я не пугливая, но у всех были ключи, а Андрей приходил только в полдень. Поверхностно задышала и выронила из вспотевшей ладони трубку.
За дверью оказался...Трофим. Его окутывал запах алкоголя, сигарет и чьих-то духов, но на ногах держался вполне уверенно.
– Поехали, - махнул мне рукой.
Машинально сделала шаг вглубь коридора.
– Куда? Как ты меня нашел?
– Не я. И очень просто. На мобильнике маячок.
У меня вся кровь от лица отлила.
– К-как маячок?
– Кверху каком, Саш. Собирайся.
– Я не поеду.
– А мы и не в Москву, - просветил Леха и зашел вслед за мной. Прикрыл дверь.
– В ресторан поедем.
Сглотнула и снова попятилась.
– В какой ресторан? Я не поеду.
– Тебя не спрашивают. Мы здесь уже неделю.
– Где здесь?
– В Питере. Ждем, когда ты нагуляешься.
– Кто мы?
– тупо глядела в одну точку и пыталась сориентироваться в ситуации. Не выходило.
– Я, Колян и Залмаев. Поехали, серьезно тебе говорю. Марат на честном слове держится.
– На каком слове?
– Пьяный он вхлам, - рявкнул Трофим, и зеркало в деревянной раме, висящее на стене, опасно качнулось.
– Забирай его и делай что хочешь. А я хочу домой.
– Вы все за мной приехали?
– не могла поверить.
– Нет. Мы - по работе приехали, а твой - бухать.
Для Марата это не просто уступка, а почти ломание самого себя. Я бы сказала, безжалостное ломание. Неделю сидеть и жать. Не мешать...И ведь сейчас он просто ждал меня, как бы давая выбор. А я ведь могла не ехать. На самом деле. Но, не особо мучаясь сомнениями, быстро оделась и поспешила за Лехой. Через полчаса я оказалась в прокуренном, полутемном помещении с тусклым светом. По краям танцевали девушки топлесс, в центре зала находился бар, где бармен виртуозно смешивал коктейли. Трофим потянул меня в дальние комнаты.
– Твою мать, - не выдержала я.
– Я предупреждал.
Чечена было не узнать. Помимо воли я с отвращением скривилась и передернулась. Сколько надо было выпить, чтобы напиться до такого состояния? Понятия не имею. Мягко говоря, мужчина выглядел...несвежим. И он, и его одежда. Из всех присутствующих - а здесь я еще увидела Дирижера с двумя девушками, одна из которых, завидев Трофима, сразу подлетела к нему - Марат был самым...отталкивающим, я бы сказала.
Увидев меня, мужчина радостно и довольно улыбнулся, что на него было совсем не похоже, и попытался подняться. Со второй попытки, цепляясь за край стола, сидящего рядом Николая и полупустые бутылки, ему это удалось.
– При-и-вет, - невообразимо шатаясь, Марат практически на ощупь пошел ко мне.
– Приехала.
Не дошел. Вздохнул грустно, оглянулся на диван, который был всяко ближе, чем моя застывшая в дверном проеме фигура. Затем с облегчением рухнул на него и поманил меня к себе.
– Иди ко мне.
Коля несильно хлопнул чечена по плечу и подмигнул мне.
– Забирай своего. Уже готовый.
– Я вижу.
Приблизилась вплотную и охнула от неожиданности, когда оказалась у Марата на коленях. Тот снова пьяно улыбнулся и полез целоваться.
Глава 36.
Я задержала дыхание и отвернула голову влево, стараясь избежать навязчивых и излишне романтических ласк. Но чечен в пьяном состоянии, увы, своей силы не растерял, казалось, она наоборот удвоилась или утроилась. На мои маневры он не обратил никакого внимания.
Сидящие рядом пару минут за нами понаблюдали, а потом, весело хохоча и переговариваясь, принялись продолжать свою попойку. Марат тоже потянулся за рюмкой. Я мягко, на настойчиво обхватила его за широкое запястье и отвела руку в сторону.
– Тебе уже хватит.
– Да?
– Да, - с уверенностью закивала и поерзала у него на коленях, пытаясь слезть.
– Поехали отсюда.
Марат радостно вскинулся.
– Домой? Поехали!
Трофим тронул меня за локоть, привлекая к себе внимание.
– Я вам такси вызвал до гостиницы. У входа стоит.
Хотя бы не думать о том, как и куда везти это тело.
– Спасибо, - негромко пробормотала и тут же потянула чечена с удобного и мягкого дивана.
– Поехали, хороший мой.
Он весь был послушный, разомлевший, наверное, как кот после убойной дозы валерианы. Таким добрым Марата я никогда не видела. Мужчина все время лез обниматься и целоваться, глупости и нежности бормотал, неосознанно повышая голос, так что на нас периодически оборачивались. Трофим мне помог Марата до машины дотащить, потому что, я хоть и сильная, нести на себе почти стокилограммовую тушу не могу.
Я надеялась, что в такси Марат слегка образумится и, возможно, уснет. Но он не уснул, вместо этого продолжил меня лапать, целовать, и я еле сдержалась, чтобы не изогнуть шею, когда он мягко принялся скользить губами по нежной коже и щекотать ее колючей щетиной. У меня шея всегда была слабым местом, и пусть пьяный, но мужчина об этом прекрасно помнил. А затем совсем щекой потерся и аккуратно подул, и до меня донесся легкий и слегка сладкий аромат алкоголя вперемешку с запахом его туалетной воды.
– Прекрати, Марат, - он начал на меня наваливаться, руку под кофту запустил и прошелся ею по животу, а я изо всех сил ногтями вцепилась в его предплечье. Такое ощущение, что в ту минуту чечен ничего не чувствовал.
– Перестань, я тебя прошу. Ты пьяный.
– Я соскучился, радость моя. Ты скучала? Скучала, да?
– Скучала, только слезь с меня.
Фора в пару недель со стороны Марата оказалась всего лишь уступкой, в чем можно было даже не сомневаться. У него после алкоголя язык развязался, и теперь он, не особо скрываясь, прямым текстом об этом говорил. Говорил, что любит, что скучал, что чуть не поубивал мою охрану, когда она позвонила и сказала, что я исчезла в неизвестном направлении, к тому же и мой сокурсник не пойми куда делся.
– Я дал тебе отдохнуть, - повторял раз за разом Марат.
– Много времени дал. Да?
Он упирался, из такси вылезать не хотел совсем, и я на автомате со всеми его словами соглашалась.
– Да-да, - раздраженно смахнула длинную прядь с лица и выпрямила, устало выдохнув.
– Марат, пойдем в номер.
Мужчина продолжал упираться.
– Ты теперь поедешь со мной домой?
– Поеду, только пойдем.
С грехом пополам я его довела до номера, уложила, но он все равно не унимался. Меня за собой утягивал на кровать, сжимал крепко и через слово повторял, как любит и как волнуется. А еще рассказывал, как тяжело ему было сидеть от меня в трех кварталах и не сорваться ко мне, зная, что я не одна.