Чтение онлайн

Прошлась языком по пересохшим губам и сделала последний шаг.

Мужчина сидел в кресле, широко расставив ноги и поставив локти на подлокотники. Он не был удивлен, раздосадован, в глазах лишь читался вежливый, слегка насмешливый интерес.

— Я думал, ты уже никогда не зайдешь, - медленно протянул Марат, глядя мне в глаза. Только в глаза.
– Итак…Ты что-то хотела?

А я ведь так же могу. Не хуже его.

Холодно улыбнулась, провела рукой по густым блестящим волосам и сардонически усмехнулась.

— Хотела.

— Что?

— По мне не видно?
– должно было звучать с вызовом, но напоминало, скорее, жалкое блеяние.

Теперь меня соизволили рассмотреть. Его взгляд медленно заскользил вниз по шее, спустился в темнеющую ложбинку, скользнул по груди, и соски сразу натянули шелк короткой полупрозрачной рубашки. Я поверхностно и прерывисто задышала, чувствуя, как щеки заалели от прилившей крови. Возвращались знакомые ощущения, пока еще слабые, но обещающие вырасти до гигантской волны.

— Ты знаешь, не особо. Что тебе нужно, Саш?

— Ты?
– робко и вопросительно пожала плечиком и почти извиняюще улыбнулась. Почти. Мысленно одернув себя в конце.

— Я?

— Да, ты.

— Зачем?

— Ты издеваешься?
– не поняла я и оттолкнулась от стены, сделав шаг по направлению к креслу.
– Ты ведь понимаешь, за чем я пришла.

— Пока нет, - он продолжил вежливо надо мной издеваться.

Это нервировало. Я надеялась, что слова не понадобятся, что все будет и так понятно. Теперь мои щеки горели не столько от возбуждения, сколько от стыда и злости. Он играл со мной. И ему это нравилось.

— Я хочу…секса.

— А я думал, что меня.

— В первую очередь я хочу секса. И ты мне поможешь.

Он засмеялся моей самоуверенности, так что пришлось безжалостно подавить желание отступить назад.

— Давай честно, Марат. Я…Мне это нужно. А ты единственный, к кому я могу прийти с этой проблемой.

— Проблемой?
– я сглотнула.
– Для тебя это проблема?

— Ну так.

— Ну так, - задумчиво повторил за мной мужчина и приглашающе махнул на стоящий слева от него стул.
– Садись, Саш.

— Для чего? Я пришла не за этим.

— Я понял. Для начала мне нужно выяснить кое-что.

Неопределенность меня злила. Для этого обязательно так много разговаривать? Но пришлось послушно опуститься на стул, и лакированное дерево холодило разгоряченную после душа и пристальных взглядов Марата кожу.

Он морально меня изнасиловал. Вежливость и насмешка остались, но к ним примешался интерес. Марату надо было в КГБ работать. Он расспрашивал меня обо всем. Метко задавая вопросы. Снятся ли сны? Что снится? Как? Часто ли? Что я представляю? О чем думаю? Трогаю ли себя? Как часто? Что больше всего нравится?

К концу допроса я тяжело, сипло дышала, лицо и шея горели, грудь, раздразненную шелком, покалывало, так что хотелось хотя бы дотронуться, чтобы облегчить свое состояние. Хотя бы дотронуться. Я неестественно выпрямилась, выпятив грудь и сжав вместе ноги так сильно, что сводило мышцы. Я была без трусиков, в одной лишь короткой рубашке, щемящая пустота на сей раз стала только сильнее, и давление бедер никак не помогало. Пальцы до боли вцепились в обивку, с силой сжимали дерево, а потом я вообще стала слегка вращать бедрами, изредка клитором задевая край стула.

Повернула голову вправо и заметила свое отражение в зеркале. И не признала саму себя. Томно приоткрытый рот, чувственно прикрытые глаза, лихорадочный румянец…Хотя вроде бы и сидела прямо, уложенные волосы растрепались. Весь мой вид кричал о том, что я хочу секса, жажду его, не в силах терпеть. Я думала, что станет легче, но легче не становилось. В последней попытке принести себе облегчение закинула ногу на ногу, что не укрылось от цепкого мужского взгляда.

— Ты закончил?
– выдохнула я не своим голосом.
– Или еще не все?

Марат расслабленно откинулся на спинку кресла и сложил пальцы в замок, по-прежнему невозмутимо оглядывая меня. Это было позором. Я еле сижу, мне трудно почти до боли. Я не могу успокоиться, и все, что мне нужно - получить освобождение. “Кончить”. Я была уверена, что Марат может мне помочь. Ксюша всегда была с ним удовлетворена. Кончала. Мне нужно тоже самое.

Вместо этого Марат…Он не выглядит заинтересованным, не выглядит возбужденным. Спокоен. Как ледяной.

— Я узнал все, что хотел, - заверил мужчина.
– Но я…не заинтересован.

У меня отвисла челюсть.

— Что?!

— Не заинтересован, - терпеливо повторил Марат.

— Ты меня мучил целый час, чтобы сказать, что…не заинтересован? Да ты ублюдок, Залмаев.

Я дрожала.

— Вообще, в обычной ситуации я бы ударил тебя по губам за грязный язык. Но сейчас я понимаю, что ты, - он издевательски приподнял уголок рта, - взволнована. Поэтому предлагаю тебе сходить и принять холодный душ.

Меня внезапно осенило. Я медленно поднялась, сделала несколько аккуратных, осторожных шагов, из-за чего пульсация между ног стала отчетливее, и подошла впритык к креслу, в котором так по-барски развалился чечен.

— Ты не понял. Вернее, не до конца понял. Я не позволю тебе отказаться. Скажи, мой хороший, - издевательски-ласково промурлыкала я, - ты хорошо вчера отдохнул? Как звали ту миловидную блондиночку, с которой ты “работал”? Мне кажется, твоя обожаемая принцесска очень расстроится, узнав, чем ты занимаешься в ее отсутствие.

Он недоверчиво, ошарашенно моргнул, поглядел на меня долгим неопределенным взглядом и рассмеялся прямо в лицо.

— Вперед. Телефон принести? Звони давай, чего встала? Шантажировать она меня собралась, ну надо же!
– он все также давился недоверчивым смехом.
– Что ты ей скажешь? Да даже если и скажешь…Ксюша тебе не поверит.

— Не поверит. Но усомнится в непогрешимом святом Марате. Принцев не обвиняют в бл*дстве. А ей нужен именно принц.

— Звони, - Марат быстро встал, заставив меня отшатнуться, принес телефон и всунул мне в руку трубку. Потом снова сел в кресло и принялся наблюдать.
– Чего встала?

Он меня унизил. Оскорбил. Будь я милой девушкой, умерла бы от стыда на месте. Я не была милой. Я не хотела умирать. Я хотела разбить его лицо, до крови. Чтобы, наконец, стереть наглую, похабную усмешку. Я отошла на пару шагов, прямо до стены, прислонилась к ней спиной и по памяти набрала знакомый номер. Кнопки мерно трещали в тишине.