Трудный ребенок
Шрифт:
Не до того сейчас. То, что происходит в мире хищных, более чем серьезно. И вряд ли кто-то из нас сможет этого избежать.
– Похоже, что так.
– Да брось, Первозданные прекрасно умеют читать мысли! Это не могло пройти мимо них. Коллективный заговор? Серьезно?
– Их всего четверо, Влад. За всеми не уследишь. К тому же большинство из них уверены в нерушимости работающей системы.
– Но рано или поздно Первозданные поймут, что замышляют охотники, – вмешалась я. – Не думаю, что они будут медлить с расправой.
– Они не успеют, Полина. Боюсь, все слишком далеко зашло...
– Охотники убьют их? – нахмурился Влад. – Первозданного можно убить?
– Любого можно убить, если собрать достаточно кена, – поучительно ответил Андрей.
– Мне жаль Альрика, – грустно сказала я. Поймала недоумевающий взгляд своего вождя. – Что? Он помог мне. И вел себя... достойно.
– Поверь, Альрик совсем не душка. Я бывал в его пыточной, и даже меня тошнило.
– Тебе лучше знать, ты с ним дольше тусовался. – Я скорчила рожицу и отвернулась.
– Ты... тусовался с Первозданным? – с восхищением в голосе спросил Мирослав, и я закатила глаза. Только не нужно про подвиги Влада, иначе я не выдержу эту ночь.
– Не я один. – Влад многозначительно посмотрел на меня.
– Я думал, они не общаются с хищными?
– Они и не общаются. Долгая история.
– Влад был охотником, – важно сказала я. – Около года. Мне понравилось меньше, и я быстрее ушла. Первозданные снобы, особенно этот Сар. Он называл щупальца благодатью...
– Сар считает, что он самый важный на земле, – пояснил Влад.
– Тогда у вас много общего!
Понесло меня нехило. Наверное, опасности так влияют – превращают меня в безрассудную девушку, напрочь лишенную тормозов.
– Окей... – Мирослав нахмурился и, показалось, ушел в себя. Наверное, слишком много информации для одного раза. Чтобы переварить такое, нужно подумать.
– Хватит ссориться, Полина, – серьезно сказал Андрей. – Не время. Не уверен, что до лета в обществе охотников продержится мир.
– Так может, стоит кому-то намекнуть Первозданным о заговоре, – предложил Влад.
– Тогда, боюсь, мир не продержится и до лета. Всех несогласных древние уничтожают – не подкопаешься. Многие не хотят ждать уже сейчас.
– Ты это имел в виду, когда говорил, что рискуешь? – взволнованно спросила я.
Андрей кивнул.
– Советую вам подумать, что делать дальше. Возможно, стоит уехать. – Он повернулся ко мне. – Ты ведь знаешь, что охотники устроили в Липецке логово?
У меня в голове возникли жуткие картинки пыточной и огромного зала, по которому с легкостью могло гулять эхо.
– Зачем это им? – вынырнув из размышлений, спросил Мирослав.
– Кое-кто считает, что давно пора избавить землю от вашего вида. Кому-то надоело пресмыкаться перед Первозданными. Кто-то просто решил примкнуть к армии сильных. У каждого свои причины.
– И если мы останемся... – прошептала я и замолчала.
– Вам придется драться, – уверено закончил за меня охотник. Помолчал немного и серьезно посмотрел на Влада: – Я не могу вам этого говорить, потому как эти слова противоречат моей идеологии, но любой здравомыслящий хищный посоветовал бы вам собирать кен. Из любых источников.
– Советуешь нам выйти на улицы и пить ясновидцев? – ошеломленно спросила я. Никогда не думала, что услышу такое от Андрея.
– Я ничего не советую. – Он пристально посмотрел в глаза, и от этого взгляда у меня по позвоночнику пробежал холодок. – Но это будет бойня, Поля. Бойня, каких не помнит история.
После ухода Андрея в квартире стало тихо. Неестественно тихо. Мирослав напряженно хмурился, Влад, казалось, ушел в себя, а мне сложно было найти себе место в гостиной. Я тщательно вымыла чашки, вернулась и теперь не знала, куда себя деть. Снова присела на подлокотник, но тут же встала. Подошла к окну и раздвинула занавески.
Город рассыпался вечерними огнями и дремал. Даже ветер не шевелил ветки за стеклом. Или это время остановилось?
Странно, я считала, когда куда-то приходит война, спокойствие уходит. Но город жил своей жизнью, и ему было плевать на судьбу хищных. Не думаю, что кто-то из людей огорчится, если я умру. Разве что Вика.
– Кто-нибудь мне расскажет о волшебном способе превращения в охотника и обратно, или это секрет? – внезапно спросил Мирослав, и я вздрогнула.
– Нали, – задумчиво ответил Влад. – Все считали, это приводит к великой силе, но это лишь делает тебя убийцей.
– Изгнание Девяти? Серьезно? Я не слышал, чтобы кто-то в последнее время делал это! – восхитился Мирослав. – Ты долго к этому шел?
– Она сделала это быстрее. – Влад махнул на меня рукой и замолчал.
Думает. Когда он думает, словно не здесь находится. Ну, хорошо, хоть один из нас еще способен размышлять. У меня в голове образовалась каша, а Мирослав только и мог, что переводить удивленные взгляды с Влада на меня и обратно.
– Что? – спросила я в ответ на один из таких взглядов. – Говорила же, нужно слушать, что говорят люди.
– Офигеть! Женщина! Нет слов.
– Я помогу тебе найти слова. – Влад вынырнул из размышлений и серьезно посмотрел на вождя альва. – Теперь ты знаешь, что в атли есть сильные бойцы, а война принесет много потерь нашему виду. Альянс – наилучший выход в данной ситуации. Но я могу обратиться с предложением к другому племени, варианты есть. Решать тебе.
– Думаю, мы сможем договориться.
– Сколько у тебя человек? – деловито спросил Влад.
– Семьдесят семь.
– Сколько?! – Я даже рот раскрыла от удивления. Затем уперла руки в бока и покачала головой: – Нескольких хищных, говоришь, посвятил...
– Смотрю, вы очень близкие друзья, – съязвил Влад. Я снова отвернулась, а он продолжил, обращаясь уже к Мирославу: – В доме атли есть свободные комнаты, но думаю, придется построить несколько времянок на заднем дворе. В митаки больше тридцати человек.
– Что ж, тогда завтра я заеду. Обсудим все детально.
Я услышала, как Мирослав поднялся с дивана, и обернулась.
– Пойду я. – Он мне подмигнул. – Спасибо за чай.
– Не за что. Ты же не можешь уснуть без сладкого чая. Для этого и нужны соседи.