Чтение онлайн

— Знаете, доходил до меня слушок, будто вас интересуют деньги. Но ведь это же не может быть правдой, не так ли?

— Господин Талтош, — отозвалась она, сделав на слове «господин» ровно такое ударение, чтобы это звучало, знаете ли, с иронией.

Я пожал плечами.

— Как насчет начать с того, что вы мне расскажете все то, чего не рассказали? Ну хорошо, хотя бы часть.

— Слушай, усы, — процедила она, — если…

— Усы, — повторил я. — Вы нас всегда так называете, но не даете себе труд задуматься, что это значит.

У нее аж брови вздернулись. Впечатляюще.

— Это значит, что у вас на лице растут волосы?

— Это значит, что многие из нас, как я, знакомы с таким занятием, как бритье. Раз или два в неделю мы берем очень острый кусок стали и водим им по лицу, убирая эти самые усы и прочее, но так, чтобы в процессе не порезаться. Есть те, кто занимаются этим сами, но есть также профессионалы, которые делают это для других. Для нас это целый культурный пласт.

— К чему ты клонишь?

— Мы очень, очень поднаторели создавать из стали острые лезвия, и мы знаем, что делать с такими лезвиями, когда они у нас в руках.

— Думаешь, ты можешь…

— Как бы ни был хорош маг [27] … — намекнул я.

— Да, я слышала эту поговорку. И спину тебе не подставлю. Я пришла сюда, чтобы получить…

— Вы пришли сюда, в оплот моих деловых операций, и принялись выплескивать требования насчет информации, каковой сами делиться не желаете, причем ведя себя грубо. Что бы на это сказали иссолы? Так что либо вы полные идиотки, либо же пришли сюда не для того, для чего, как вы сказали, пришли сюда.

— Знаешь, что меня раздражает?

— Что же?

— Выходцы с Востока, которые считают себя умнее и круче, чем на самом деле.

Я кивнул.

— Да, это и правда может выбить из равновесия. А знаете, что раздражает меня?

— Что?

— Когда крошится сыр. Оно бы и плевать, не будь он такой вкусный, но он — то вкусный, и когда я пытаюсь отрезать ломтик, чтобы положить на хлеб, и…

— Забыла добавить, — проговорила она, — которые еще считают, что у них есть чувство юмора.

«Владимир," — мысленно обратилась ко мне Коти.

«Хмм?»

«Я тебя люблю.»

«Я тут пытаюсь быть крутым, а ты заставляешь меня плакать от счастья.»

Волшебницы переглянулись, вероятно, вновь общаясь между собой. А может быть, также и с Ширет.

— Ладно, — пискнула она. — Информация за информацию, годится?

— Конечно, — сказал я. — И если вы скажете мне правду, я сделаю то же самое. Наверное.

Прожигающий взгляд у них натренирован.

Да, знаю, я издевался, но она меня уже достала. И я знал, что у нее приказ, и приказ это вряд ли сформулирован как «добудь эту информацию, если только он тебя не взбесит».

Решив, что прожигающий взгляд длился достаточно долго, она проговорила:

— Вы уже знаете о леди Тависсе, так?

— Знаю, что она существует, — ответил, как будто бы выяснил все это давно, а не сегодня утром. — Не могу в точности сказать, какие отношения между ее организацией и вашей. Пытается ли она выдавить вас из той операции? Помочь с ней? Что — то еще?

Волшебница, прикусив губу, помолчала и ответила:

— Мы не уверены.

— Ха, — заметил я. — И надеялись, что смогу дать ответ я?

Она кивнула.

— Уж извините, что разочаровал.

— Что вы о ней узнали?

Я покопался в кошельке, нашел империал, подбросил и посмотрел.

— Что за… — спросила она.

— Держава — говорю правду, трон — вру.

Она промолчала.

— Знаю, что Тависса была Наследницей тсалмотов и с позором покинула Дом. Почти уверен, что она хочет рассчитаться за это с нынешней Наследницей.

Глаза ее распахнулись: значит, как минимум этого она не знала.

— Откуда…

— Нет, — покачал я головой. — Ваш черед. Насколько Тависса искусна в волшебстве?

Она открыла рот, закрыла и выдохнула:

— Подождите.

И молчала довольно долго, больше пяти минут — целая вечность, если вот так вот стоять. Скорее всего, я так понял, запрашивала подробные инструкции.

И наконец проговорила:

— Так. Мне сообщили информацию, которой я могу поделиться с вами.

— Хорошо, — сказал я.

— Какой вопрос вы только что задали?

— Насколько Тависса искусна в волшебстве?

— Нам — то откуда знать?

Я промолчал.

— Мы предполагаем, — выделила она это слово, — что она приобрела значительные умения в некромантии.

— Ну да, — пробормотал я, — кто бы мог подумать.

— Откуда вы узнали о намерениях Тависсы?

— Покопался в ее прошлом и сложил картинку. Был один скандал лет двести назад. Сами могли бы узнать.

Она кивнула, пропустив шпильку мимо ушей.

— А почему со мной говорите только вы? — поинтересовался я. — Ваши подруги что, просто блюдут вашу безопасность, если мы, дикари, начнем себя плохо вести? Они и слова не сказали.

Они предпочли ничего не ответить и на это, а смуглая волшебница уточнила:

— Это ваш вопрос?

— Ммм, нет. Неважно. Вопрос такой: вы сказали, что думаете, вернее, предполагаете, что Тависса хорошо разбирается в некромантии. Почему вы так решили?

— Вы слышали о мятеже Черного Утеса?

— Конечно. Мыс Зерики, лет сорок назад.

— Вы знали, что Тависса была там?

— Да.

— Мы слышали, что когда ее отряд разбили, она подняла своих мертвых солдат и оставила прикрывать свое отступление.

— О, — проговорил я, — я слышал, что она там была, а вот в степени ее участия уверен не был.

— Тут и у нас нет полных данных, — подтвердила она.

— Но ведь поднимать мертвых противозаконно?

— Да. Но сейчас мой черед.

— Верно. Прошу.

— Почему вы принялись искать Тависсу?

— Вы серьезно?

Она промолчала.

— Потому что пытаюсь вернуть свои восемь сотен, а она как — то во всем этом замешана, и чем больше я знаю, тем выше шансы.

Она кивнула.