Чтение онлайн

— Он знает, к чему стремится, — продолжил Ле-Гуэн, — и знает это с самого начала, так что действуй ты по-другому — это ничего бы не изменило. Кстати, нам это известно, потому что он сам прямо говорит в письме: «Вы закончите дело только тогда и так, как я решу».

— Но главное сосредоточено в последней части письма, в его длинном разглагольствовании со множеством ссылок, где он приводит целые отрывки из книги Габорио.

— Он считает, что на нем лежит миссия, я знаю…

— Так вот, рискуя удивить вас, я в это верю все меньше и меньше.

Камиль насторожился, как и Луи, который наконец-то решился присесть рядом с Ле-Гуэном.

— Видите ли, — сказал Кресс, — он выражается слишком нарочито. Просто из кожи вон лезет. В театре сказали бы, что он «переигрывает». Некоторые его фразы откровенно напыщенны.

— Что вы хотите сказать?

— Он не безумец, а всего лишь извращенец. Он разыгрывает перед вами законченного психопата, который не отличает реальное от виртуального или, в данном случае, литературу от реальности, но это просто очередная хитрость. Я не знаю, зачем он это делает. Он не то, что он пишет в письмах. Он играет, стараясь заставить вас поверить, а это совсем другое дело.

— С какой целью? — спросил Луи.

— Представления не имею… Его долгое рассуждение о потребностях человечества, о преобразовании реальности… Это так надуманно, что становится карикатурным! Он не пишет того, что думает. Он делает вид, что так думает. Не знаю почему.

— Чтобы запутать следы? — предположил Ле-Гуэн.

— Может быть, да. Может быть, из высших соображений…

— То есть? — спросил Камиль.

— Потому что это часть его плана.

Заново распределили досье всех текущих дел. По два человека на досье. Задача: все перепроверить заново, все косвенные доказательства, все совпадения; потом распределили столы. К 21.45 технические службы установили четыре новые телефонные линии, три дополнительные компьютерные точки, которые Коб немедленно связал в сеть, чтобы у каждого компьютера был выход в банк данных, где он объединил всю имеющуюся информацию. Помещение наполнилось гулом, каждая группа без конца спрашивала и переспрашивала сотрудников Камиля всякий раз, когда возникала новая деталь.

Камиль, вместе с Ле-Гуэном и Луи стоя у большой пробковой доски, заново просматривал по одному все обзоры и резюме, лихорадочно поглядывая на часы. С момента исчезновения Ирэн прошло уже около пяти часов, а ни для кого не было секретом, что каждая минута стоила вдвойне и что обратный отсчет неумолимо пошел, но никто не знал его конечного срока.

По просьбе Камиля Луи выписал на установленном на треноге бумажном планшете все места преступлений (Корбей — Париж — Глазго — Трамбле — Курбевуа), а также список жертв (Мариза Перрэн — Алиса Хеджес — Грейс Хобсон — Мануэла Констанза — Эвелин Руврей — Жозианна Дебёф), потом все даты (7 июля 2000 — 24 августа 2000 — 10 июля 2001 — 21 ноября 2001 — 7 апреля 2003). Все поочередно останавливались на каждом списке, безуспешно пытаясь нащупать совпадения и обмениваясь гипотезами, которые никуда не вели. Молчаливый доктор Кресс, сидя в сторонке, подчеркнул, что логика Романиста носит скорее литературный характер и имело бы смысл исходить из распределения копируемых произведений, список которых Луи тут же вывесил рядом («Преступление в Орсивале» — «Розанна» — «Лэйдлоу» — «Черная Далия» — «Американский психопат»), но дело не сдвинулось.

— Дело не в этом, — убежденно сказал Ле-Гуэн. — Здесь произведения, которые он уже закончил. Прошедший этап.

— Верно, — подтвердил Камиль, — мы сейчас на этапе следующей книги. Но какой?

Луи отправился за списком Балланже, сделал ксерокопии, увеличив каждую страницу до формата А3, и прикрепил их кнопками к стенам.

— Многовато книг… — заметил Кресс.

— Слишком много, да… — сказал Камиль. — Но должна быть одна среди них… или нет… которая… — Он на мгновение сосредоточился на мелькнувшей мысли. — В какой из них речь идет о беременной женщине, Луи?

— Ни в какой, — ответил Луи, берясь за пачку резюме.

— Да нет же, Луи, была одна!

— Не могу найти…

— Да нет же, черт! — яростно сказал Камиль, выхватывая список у него из рук. — Была одна. — Он быстро просмотрел документ и вернул его Луи. — Не в этом списке, Луи, в другом.

Луи уставился на Камиля:

— Верно, я про него забыл…

Он кинулся к своему столу и откопал первый список Коба. Луи своим прекрасным элегантным почерком набросал множество заметок, которые теперь быстро пробежал глазами.

— Вот, — наконец сказал он, протягивая листок.

Читая заметки Луи, Камиль отчетливо вспомнил разговор с профессором Балланже: «Один из моих студентов… то дело в марте тысяча девятьсот девяносто восьмого, история женщины со вспоротым животом в пакгаузе. Я этой книги не знаю… „Убийца из тени“… Совершенно неизвестный».

За это время Луи вывесил таблицу, отметив в ней подозрительные дела, детали которых были переданы профессору Балланже.

— Да, я знаю, что уже поздно, мсье Балланже…

Он отвернулся, не желая, чтобы его было слышно, и быстро вполголоса описал ситуацию.

— Да, я его вам передаю… — в результате сказал он, протягивая трубку Камилю.

Камиль в нескольких словах напомнил ему давний разговор.

— Да, но я же сказал, что сам эту книгу не знаю. Он, кстати, тоже был не уверен — так, просто мелькнула мысль… Ничто не доказывает…

— Мсье Балланже! Мне нужна эта книга. Немедленно. Где он живет, этот ваш студент?

— Откуда мне знать… Я должен посмотреть в картотеке, а она у меня на работе.

— Мальваль! — позвал Камиль, даже не ответив Балланже. — Возьмешь машину, поедешь за мсье Балланже, отвезешь его в университет, я найду вас там.

Еще до того, как Камиль продолжил разговор с профессором по телефону, Мальваль помчался к двери.

Коб уже извлек штук тридцать адресов, которые Арман и Элизабет отмечали на карте парижского региона. Каждый адрес, каждое место и все детали, которые Кобу удавалось получить, тщательно изучались. Составили два списка. Первый, приоритетный, включал самые изолированные и заброшенные пакгаузы, второй — те, которые не обладали всеми необходимыми признаками, но оставались возможными с точки зрения поиска.

— Арман, Мехди, вы берете на себя работу Коба, — решил Камиль. — Элизабет, ты формируешь группы, и немедленно начинаем объезжать точки. Начни с самых близких: сначала Париж, если там что-то есть, потом пригороды, концентрическими кругами. Коб, найди мне книгу. Хуб, Шуб, что-то вроде этого. «Убийца из тени». Книга старая. Кроме этого, у меня ничего нет. Я поехал в университет. Звони мне на мобильник. Давай, Луи, поехали.

— Это Коб. Я ничего не нашел.

— Этого не может быть! — закричал Камиль.

— Камиль! Я провел поиск по двумстам одиннадцати системам! Ты уверен в своей информации?

— Погоди, я передаю тебе Луи, не вешай трубку.

Ночью только два фонаря из пяти бросали на фасад университета бледный желтоватый свет, растекавшийся у ног профессора Балланже.

Сам похожий на порождение ночи, Балланже только что протянул Камилю университетское досье некоего Сильвена Киньяра; палец профессора упирался в графу, где был указан домашний телефон. Камиль схватил мобильник Луи и набрал номер. Сонный голос проговорил глухое «алло».