Чтение онлайн

– А я полагаю обратное, – к моему искреннему удивлению, космодесантник улыбнулся – такое выражение я нечасто видел на лицах его товарищей, если не считать моего старого друга Драмона – и протянул для пожатия руку, всё ещё закованную в жёлтую латную перчатку и способную целиком охватить и раздавить мою голову, пожелай он того. – Так что в ради взаимного согласия я предлагаю считать оказанную честь равной.

– Я целиком за взаимное согласие, – ответил я, протягивая руку для ожидаемо неловкого пожатия, учитывая, что своей кистью едва мог охватить один его палец. Краем глаза я заметил, что Норгард приятно удивлена, а Форшпунг выглядел поражённым насколько, насколько это возможно с лицом, почти целиком состоящим из металла. Вернув себе свою кисть, пока она не исчезла в хватке космодесантника, я махнул ей в сторону моих спутников. – Я уверен, вы знакомы с магосом Форшпунгом, а это мой помощник артиллерист Юрген.

– Сэр, – Юрген формально кивнул, явно помня о том, что астартес не слишком любят, когда им отдают честь, хотя будучи придан мне в качестве ординарца и потому формально служивший при Комиссариате, он всегда считал такие формальности необязательными для себя[48].

– Конечно, – великан повторил кивнул в ответ, к неприкрытому удовлетворению Юргена и едва скрываемому ошеломлению Норгард; если бы челюсти скитариев не фиксировали, она бы уронила её до самых коленей. – Ваше имя также известно моему ордену. Я рад узнать, что вы по-прежнему служите Императору.

– А что же мне ещё делать? – искренне удивился Юрген.

– В самом деле, что? – ответил астартес; насколько я знал Юргена, слова космодесантника оказались верными скорее по счастливой случайности, чем по здравому рассуждению, но полдюжины боевых братьев, сопровождавших сержанта, также закивали своими клювастыми шлемами, отчего их отряд стал походить на стаю птиц, внезапно заметивших рассыпанные семена.

Я был удивлён этим разговором – хотя мой помощник был очень приметным, о нём часто забывали – и меня поразило, что Отвоеватели помнят этого человека через полвека после расставания[49].

– Хотя ваша служба совсем не по мне, – в своей обычной лобовой манере отозвался Юрген. Я не был уверен, что шестерёнки умеют резко вдыхать, но готов поклясться, что услышал слабое, потрясённое жужжание.

К моему огромному облегчению, громадный сержант издал смех, от которого у меня внутри всё затряслось – звуковые волны разошлись по замкнутому помещению, как от взрыва гранаты.

– Конечно, – он снова наклонил голову ко мне, как требовала вежливость. – Тоба Мори, Восьмая рота.

– Сержант Мори, – я в ответ наклонил голову, отчасти подчиняясь этикету, но скорее потому что у меня начало сводить шею от попыток постоянно смотреть на астартес, задрав голову. – Рад познакомиться с вами.

– В таком случае вы продлите эту радость, продолжив сопровождать нас? – спросил Мори к явному неудовольствию Форшпунга. Магос сделал несколько шагов вперёд, не пытаясь вклиниться между нами, но явно стремясь напомнить, кто тут главный.

– Если вы уверены, что это будет уместно, – ответил я. – Я думал, ваши дела с магосом будут конфиденциальными.

– И именно такими они останутся в присутствии комиссара Каина, – тон Мори не предполагал возражений (буду честен, голос почти любого космодесантника звучит так).

– Разумный довод, – признал Форшпунг. Принимая поражение, он повернулся к Норгард и обменялся с ней несколькими фразами на стрекочущем арго техножрецов[50]. Скитарий повернулась к спутникам Мори и жестом пригласила их за собой.

– Наш комплекс всецело в вашем распоряжении, – сказала она, ведя остальных космодесантников примерно в ту сторону, где располагалась отведённые нам с Юргеном покои, а циклопические размеры столов и кроватей в них внезапно обрели смысл.

– Как и мануфактории, – добавил Форшпунг, делая несколько шагов в противоположную сторону, явно ожидая, что остальные последуют за ним. Его голова повернулась ко мне. – Хотя я боюсь, ваш визит придётся немного отложить.

– Ничего страшного, – заверил его я, немного прибавляя ходу, чтобы поспеть за космодесантниками, хотя Мори и сам сбавил шаг, отчего его походка казалась непривычно медленной для Адептус Астартес. – Так куда мы идём?

– В другое святилище, – он метнул взгляд на Мори, будто гадая, стоит ли распространяться, но брат-сержант склонил голову, давая молчаливое разрешение. – То, где мы производим оружие и другое снаряжение для ордена сержанта Мори.

– По крайней мере, должны производить, – сказал Мори. Он с лёгким весельем улыбнулся мне. – Я полагаю, вы оказались здесь, потому что Имперская Гвардия разочарована не меньше нас?

– Вы правы, – подтвердил я, задумавшись на миг, стоит ли делиться подозрениями, что мне передал Форшпунг, но решил пока их придержать. Я не знал, кто или как здесь мог бы нас подслушать, да и Форшпунг мог бы счесть, что я предал его доверие. – Но я уверен, что вместе мы сможем докопаться до сути этой проблемы, – я со значением посмотрел на техножреца, но если он и понял, о чём я говорю, то не подал виду. Магос повёл нас вниз по широкой лестнице[51] и, миновав несколько шлюзов, мы оказались в нужном ангаре.

– Этот тот самый аэромобиль? – спросил я, указывая на четырёхместный грависедан в обычных красных цветах Механикус[52] с изображениями серебряных шестерёнок на передних дверях, призванных прогнать любые сомнения в том, кому принадлежит эта машина. Рядом стояло несколько грузовых челноков – они были почти вдвое больше и намного менее холёными и блестящими. Вокруг них суетились машиноведы, но в остальном это место было в нашем распоряжении.

Мимо проковыляла кучка сервиторов с оборудованием для рабочих, совершенно игнорируя нас и грохоча ногами о металлические решётки пола. Посмотрев вниз, я заметил, что пустоты между решётками и камнебетонным полом набиты кабелями и выцветшими бумажками с молитвами – вероятно, выброшенными во время рутинного обслуживания и переосвящения техники.

– Именно так, – подтвердил Форшпунг, ведя нас прямо к аэромобилю и неожиданно исполнив «ласточку», чтобы не наступить на КОТа. Сделать вид, что этот манёвр был рассчитан заранее, у него не вышло. Как будто надеясь искупить потерю равновесия чрезвычайно собственническим жестом, магос указан на аэромобиль. – Он ваш на время пребывания здесь, – магос взял небольшую паузу, как будто его посетила внезапная мысль. – Сможете ли вы управлять им?

– Смогу в крайнем случае, – осторожно ответил я. Обычно я позволял сесть за руль Юргену, разумно считая, что если мне суждено по-глупому погибнуть в смятой металлической коробке, это, по крайней мере, будет не моя вина (а если учесть, как водит Юрген, то опасность грозила скорее жизни и здоровью тех, кто окажется у него на пути – ещё один довод в пользу моего выживания). Но укоренившаяся неприязнь моего помощника к любым воздушным путешествиям означала, что его ненормальная способность выжимать из наземной техники куда больше, чем задумывали её конструкторы, в этом случае не поможет. Я был очень поверхностно знаком с управлением обычным аэромобилем, а также вынужденно овладел азами искусства ни во что не врезаться, когда в тебя стреляют, но не буду скрывать – десятилетия, проведённые в окружении всевозможных мелких сошек, оставили мои лётные навыки на уровне азов. – Признаться, у меня давно не было практики.

Я взглянул на Юргена, грязь на лице которого уже побледнела, и решил, что лучше даже не просить.

– Я умею водить «Лэнд Спидер», – неожиданно вступил Мори. – А аэромобиль мало от него отличается[53].

– У них действительно есть некоторые сходства в управлении, – дипломатично согласился Форшпунг, – но учитывая обстоятельства, я полагаю, взять на себя управление стоит мне.

Юрген пробормотал что-то похожее на «Хорошо, что так», но судя по его бледности, хорошего он в этом находил мало.