Тшай планета приключений.
Шрифт:
Они украдкой выбрались из лагеря с северной стороны и стали подниматься на холм, чтобы пройти по гребню. «Наверху ночегончам нас легче заметить, — бормотал Траз, — но в ложбинах топко, там прячутся ждухи».
«Нужно добраться до леса и найти дерево, где застрял парашют. Если сумку с комплектом никто не украл, дальше идти будет не так опасно. А тогда...» — Рейт замолчал. Будущее зияло пустотой.
Поднявшись на холм, беглецы ненадолго задержались, чтобы перевести дух. Луны, еще стоявшие высоко, мертвенно озаряли степь между залитыми мраком низинами. Неподалеку послышалось тихое завывание. «Ложись! — прошептал Траз. — Прижмись к земле. Ночегончи вышли на охоту».
Беглецы лежали, не шевелясь, минут пятнадцать. Зловещий вой донесся снова, теперь с востока. «Пошли, — сказал Траз. — Они огибают лагерь — надеются, что по случаю совпадения лун чародеи привязали к столбу жертвенного отрока».
Путники спешили на юг, спускаясь и поднимаясь, но по возможности избегая темных ложбин. «Ночь скоро кончится, — сказал Траз. — Когда рассветет, кокарды пустятся в погоню. Если успеем перейти реку, может быть, собьем их со следа. В котлах болотных людоедов, однако, не лучше, чем в руках кокард — выбор невелик».
Они прошагали часа два. На востоке небо стало наливаться водянистым желтым светом, перечеркнутым черными мазками туч. Впереди показались неясные очертания леса. Траз обернулся в сторону лагеря крутов: «Племя просыпается, женщины разводят костры. Скоро чародеи пойдут искать Онмале. По их представлению я все еще Онмале. Поймут, что я сбежал, начнется переполох. Будет много проклятий, криков — много гнева. Кокарды впопыхах оседлают скакунов, бросятся вдогонку». Траз снова внимательно изучил горизонт: «Скоро появятся».
Беглецы двинулись вперед и скоро встали перед стеной леса — дремучего, сырого, еще наполненного тенями ночи. Всматриваясь в глубину чащи, Траз колебался, поглядывал на степь.
«Далеко до трясины, где упал бот?» — спросил Рейт.
«Недалеко, два-три километра. Тут пахнет берлем».
Рейт понюхал воздух — тянуло едким зловонием.
«Надеюсь, это старый след, — сипло сказал Траз. — Кокарды будут здесь с минуты на минуту. Попробуем добраться до реки».
«Сперва к парашюту!»
Траз обреченно пожал плечами и нырнул в лес. Рейт обернулся, чтобы последний раз посмотреть на степь. Вдалеке, едва различимые, появились спешащие, прыгающие черные точки. Рейт не замедлил последовать за Тразом, передвигавшимся с великой осторожностью, то и дело задерживаясь, чтобы прислушаться и втянуть носом воздух. Рейт нетерпеливо дышал ему в затылок. Траз пошел быстрее. Скоро они бежали по сырому перегною лесной подстилки. Рейту казалось, что далеко позади гикают дикие голоса.
Траз внезапно остановился. «Вот это дерево, — сказал он. — То, что тебе нужно?»
«Да! — с глубоким облегчением отозвался Рейт. — Я боялся, что комплект пропадет».
Траз взобрался на дерево и спустил сиденье катапульты. Рейт отстегнул пряжку, вынул пистолет, в приступе радости поцеловал его и заткнул за пояс.
«Скорее! — беспокоился Траз. — Кокарды близко, я их слышу».
Рейт вытащил мешок с комплектом, перекинул лямку через плечо: «Пошли. Теперь они пожалеют, что погнались за нами».
Траз провел его вокруг топи, делая все возможное, чтобы сбить с толку преследователей — возвращался по собственным следам, перескочил, повиснув на ветке, через шестиметровую протоку черной грязи, забрался на дерево, согнувшееся под его тяжестью, и спрыгнул с него в двадцати метрах дальше, за плотной купой тростника. Рейт во всем следовал его примеру — он уже ясно различал голоса бойцов-кокард.
Беглецы выбрались к берегу реки — вялого потока черно-бурой воды. Траз нашел плот из плавника и высохших прутьев, с настилом из сухого мха, перевязанный еще живым тростником. Столкнув плот на воду, он спрятался в ближайшей купе тростника. Рейт притаился рядом. Прошло пять минут. Четверо разбойников-кокард с шумом выбрались из болота по следам беглецов. За ними появилась еще дюжина, с арбалетами наготове. Они подбежали к берегу, указывая на отметины там, где Траз извлек плот, пригляделись вдоль реки. Метрах в двухстах ниже по течению дрейфовала плавучая масса растительности — ее прибило круговоротом к противоположному берегу. С криками ярости бойцы бросились со всех ног вдоль берега, с треском пробираясь через заросли и трясину, догоняя плот.
«Быстро! — прошептал Траз. — Их надолго не одурачишь. Вернемся по следам».
Обратно — от реки через топь и снова в лес — бежали Траз и Рейт. Перекличка преследователей начала было затихать в стороне, но после недолгого молчания возобновилась с яростным возбуждением. «Снова взяли след, — задыхаясь, говорил Траз. — Вернутся на скакунах, теперь нам никогда...» Он вдруг замолчал, предостерегающе поднял руку. Рейт снова почувствовал едкое полусладкое зловоние. «Берль, — прошептал Траз. — Быстро, на дерево!»
Рейт с мешком, болтавшимся за спиной, карабкался за юношей по маслянистым зеленым ветвям. «Выше! — требовал Траз. — Берль прыгает высоко».
Появился берль — гибкое бурое страшилище с громадной пастью в свирепой кабаньей голове. Из шеи берля торчала пара длинных рук с широкими ороговевшими ладонями, приветственно покачивающимися над головой. По всей видимости, внимание зверя полностью поглотили возгласы бойцов-кокард — он только мельком, проходя мимо, поднял морду к Тразу и Рейту. Рейт подумал, что никогда еще не видел выражения столь дьявольской злобы. «Не может быть, — сказал он себе, — это всего лишь животное...»
Чудовище пропало в лесу. В следующий момент голоса преследователей притихли. «Почуяли берля, — сказал Траз. — Пойдем».
Беглецы спустились с дерева и побежали на север. За спиной раздавались крики ужаса, гортанный скрежещущий рев.
«Кокард можно больше не бояться, — глухо произнес Траз. — Выжившие разбегутся». Он тревожно взглянул на Рейта: «Когда они вернутся в лагерь, с ними не будет Онмале. Что будет? Племя вымрет?»
«Вряд ли, — ответил Рейт. — Чародеи что-нибудь придумают».
Лес скоро кончился. Перед ними расстилалась плоская пустынная степь, залитая медовым светом. Рейт спросил: «Что на западе?»
«Западный Аман и страна древних часчей. За ней — столбы Джанг. За столбами — синие часчи и бухты залива Эседра».
«А на юге?»
«Прибрежные топи. Там селятся болотные люди, на плотах. Они не такие, как мы — маленькие, желтые, с белыми глазами. Жестокие и хитрые, как синие часчи».
«Городов нет?»
«Города? Есть — там... — Траз махнул рукой к северу. — Все разрушены. В степи повсюду остатки древних городов. В развалинах водятся призраки, и фунги тоже».