Чтение онлайн

— Ну нет, так я этого не оставлю, все же позвоню ему.

Занятая интерьерами, Марта не сразу врубилась.

— Кому?

— Да Цезарю же. Он оставил мне номер своего личного телефона, чтобы звонила в случае чего. Глупо звонить без причины, помоги выдумать какой-нибудь предлог.

Мартуся, умница, сразу сделала дельное замечание:

— Я считаю, мы вообще должны появляться не с вопросами, а с сообщениями. Не наше собачье дело задавать вопросы. Сколько раз он давал нам это понять!

— Правильно, — согласилась я. — И не обязательно что-то сногсшибательное, достаточно лёгкого подозрения. Так что мы с тобой заподозрили?

— Все.

— Многовато, давай что-нибудь пусть и маленькое, но конкретное.

Все замолчали и принялись интенсивно выдумывать конкретику.

— Знаю! — осенило меня. — Анита! Кубяк! Мы ещё про Кубяка ему не рассказывали.

Осторожный Бартек предостерёг:

— Если этот Кубяк настоящий, может вас и привлечь. Прокурору пожалуется. Вот у меня лично все в голове перепуталось, я просто не в состоянии разобраться, что настоящее, а что вы придумали.

А Мартусе ещё кое-что вспомнилось, и она нерешительно спросила:

— Слушай, а Плуцек? О Плуцеке мы Чареку рассказывали?

Я озадаченно молчала. Черт его знает, разве все упомнишь? Но как бы то ни было, по-моему, Кубяк в качестве предлога — лучший.

Разыскала личный номер сотового телефона майора Цезаря. Прошлый раз как-то сразу дозвонилась, а вот теперь не получалось. Официальный голос автомата отчётливо сообщал мне какую-то информацию, возможно, чрезвычайно интересную и важную для молодёжной аудитории, но совершенно непонятную мне. И в заключение меня попросили оставить сообщение. Никаких сообщений я оставлять не собиралась и переключилась на обычный телефон. И опять номер Чарека не отвечал. Но от меня не так просто отвертеться, не на ту напал!

— И не надейся, я тебя, подлеца, все равно отловлю! — сквозь зубы прошипела я и набрала телефон дворца Мостовских. Во времена ПНР в этой резиденции МВД мне были знакомы и многие сотрудники, и их телефоны. По слухам, полиция унаследовала резиденцию, так что должна была унаследовать и номера телефонов.

Увы, в моем блокноте все они были записаны беспорядочно, но, к счастью, на глаза сразу попался телефон отдела особо тяжких преступлений. Вот этот подойдёт, ведь даже при демократии убийства невинной шалостью вроде бы пока не считаются.

Позвонила, вежливо представилась и попросила к телефону младшего инспектора Цезаря Блонского, который, насколько мне известно, занимается расследованием убийства в отеле «Мариотт». А если даже не руководит расследованием, в любом случае причастен к нему. Он уже допрашивал меня по данному делу и просил звонить, если появится что новое. Даже телефон свой оставил, но, к сожалению, тот номер не отвечает.

И тут заварилась каша, да какая! Уже не я настаивала — вынь да положь мне красавца Цезаря. Уже они сами, мои дорогие менты, со всем пылом и жаром бросились его разыскивать. Езус-Мария, как же они в меня вцепились! По сотому разу описывала я им его внешний вид, по сотому разу пересказывала все, что тогда сообщила красавцу майору. Милицейское удостоверение? А как же — махнул им у меня перед носом, но я внимания не обратила. Да, возможно, махнул библиотечным читательским билетом или абонементом в бассейн, но фотография была — помню. В ходе продолжительного и, что уж тут скрывать, утомительного общения с полицией я высказала ряд предположений. Ну, скажем, не может ли так получиться, что Главное полицейское управление втайне следит за действиями столичного полицейского управления, отсюда нестыковка.

Моё предположение не нашло понимания у собеседников, и они сделали попытку разъединиться со мной. Ну уж это фигушки, не разлучусь, пока не найдут мне Цезаря Блонского. Наконец сошлись на том, что я приеду к ним завтра утром лично и выскажу все, что пожелаю, при условии, что впустят мою машину на их внутреннюю стоянку. От этих переговоров я даже устала, зато пришла к выводу: в Главном полицейском управлении все же имеется какой-никакой компьютер.

Пока я выясняла отношения с полицией, присутствующие бросили свои дела и с интересом прислушивались к моим репликам. Мартуся даже на цыпочках смоталась за холодным пивом, чтобы мне горло промочить.

Наконец я положила трубку и злым голосом объявила:

— Младшего инспектора Цезаря Блонского вообще не существует.

Мартуся с Бартеком продолжали молча пялиться на меня, не зная, как отреагировать на такой пассаж. Витек же оказался очень доволен услышанным.

— Ну и ну, здорово ты их прижала! Я всегда считал, что вы с Мартой хорошо дополняете друг дружку.

— Так ты уверена, что они не пытались скрыть от тебя наличие тех самых… как их… специальных служб? — неуверенно поинтересовалась Марта.

— Уверена, они и сами взвинтились. Сначала попытались сохранять каменное спокойствие, но долго не выдержали и повели себя как нормальные люди. Я, конечно, могла заявить, что никуда не поеду, но раз они со мной по-нормальному, то и я с ними. Вежливо попросили. В конце концов, они честно опрашивали людей, не их вина, что не сразу вышли на меня.

— Тогда, может, оно и хорошо, что вы не успели сказать ему о вашем Кубяке, — трезво заметил Витек.

— И о Пуцике! — подхватила Марта. — Хотя Пуцик — это наше внутреннее, сериальное дело. Однако надо же, каков подлец! Так обвёл нас вокруг пальца!

— Ещё как обвёл! — задумчиво проговорила я. — И смотри, как долго держался. Начал поддаваться помаленьку, постепенно, мы не сразу и заметили. Только под конец не выдержал, когда у него вырвалось, что Трупского-Липчака тоже следовало пристукнуть как нежелательного свидетеля. И всю дорогу корчил из себя этакого Каменного Гостя, роль нелёгкая. Представляю, сколько намучился, бедняга. Впрочем, в спецслужбы именно таких людей и подбирали.

— В таком случае не хотела бы я иметь дела с людьми из спецслужб! — заявила Марта.

А кто бы хотел?

Бартек открыл было рот, собираясь что-то сказать, но молча закрыл. Мы же с Мартой, чрезвычайно встревоженные, принялись вспоминать, что ещё успели выболтать лжеполицейскому, и строить догадки, кем все-таки был в действительности наш красавчик Чарусь. Так сказать, кого он представлял? И уже прекрасно понимали, почему настоящая полиция никак не могла связать в единую цепь все события: пожар на Кленовой, труп в «Мариотте», анонимного покойника на пустом участке и серию непонятных краж со взломом. Ни до Красавчика Коти, ни до старых прокурорских документов без меня им и вовек не добраться.

И я с большим удовлетворением напомнила Марте:

— Помнишь, как мы этого чёртова Чаруся просто наповал сразили нашим Красавчиком Котей? Получается, он стоял по другую сторону баррикады, раз ничего не знал о нем. А ведь ясно — не знал!

Марта была того же мнения. Но сейчас её интересовало другое:

— А завтра ты все расскажешь полиции или не все?

— Все скажу, почему не сказать? Не стану скупиться, всех заложу. В том числе и Кубяка с Пуциком, мне не жалко.

— Но тогда полиция и меня примется допрашивать, а времени и без того в обрез! — испугалась Марта.