Чтение онлайн

Когда Гарри вышел вперед с финальной песней, его неожиданно настигла мысль, какой подходящей она была. Оглянувшись на Джинни, он осознал, что все в его жизни встало на свои места. Он был счастлив, по–настоящему счастлив, впервые за все время, что он себя помнил. Только одно могло сделать его еще счастливее. В этот момент он решил изменить текст. Тихо он начал петь финальную песню. Достигнув последних строчек, он встал перед Джинни, которая удивленно уставилась на него. Заглянув вглубь ее глаз, он пропел последнюю часть песни.

— И можешь сказать любому — эта песня твоя.

Проста, только что кроме мог сделать я?

Ну, так позволь же, ну, так позволь же

Мне в стихах превознесть,

Как жизнь эта дивна, когда ты в мире есть.

Гарри пристально посмотрел на Джинни и опустился на одно колено, призывая маленькую бархатную коробочку из своей комнаты. Он планировал это последние несколько недель и не смог бы найти более подходящего момента. Джинни в шоке смотрела на него, а люди громко заахали, когда Гарри пропел последние строчки песни.

— Ну, так позволь же, ну, так позволь же

Мне в стихах превознесть,

Как жизнь эта дивна, когда ты в мире есть.

Все дружно вздохнули, когда Гарри открыл коробочку, явив миру красивое бриллиантовое кольцо. Рон, Фред и Джордж, разинув рты, смотрели на друга, стоявшего на одном колене перед их прослезившейся сестрой. Гарри улыбнулся любви всей его жизни и начал говорить.

— Джинни, я люблю тебя. Я уже давно люблю тебя, но не всегда показывал это. Ты — женщина, с которой я хочу провести всю свою жизнь. Ты выйдешь за меня замуж?

Тишина наполнила Зал, когда зрители замерли в ожидании ее ответа. И, казалось, вечность спустя на лице Джинни расцвела лучезарная улыбка, она опустилась на колени рядом с любимым человеком и крепко обняла его, произнося свой ответ.

— Да!

Источник перевода песни http://www.amalgama-lab.com/songs/e/elton_john/your_song.html

Глава тридцатая — Большой мир

Переводчик Dark_Malvinka

— Да!

Это слово эхом отдавалось в мыслях Гарри, когда толпа вокруг начала громко аплодировать. Смысл ответа Джинни с трудом укладывался в его голове, но, когда до него дошло, он просиял улыбкой, крепко обнял свою невесту и с чувством поцеловал. Когда они, наконец, отпустили друг друга, он извлек кольцо с бриллиантом из коробочки и надел на ее тонкий пальчик.

— Оно прекрасно, — сказала она с восхищением.

— Его красота бледнеет в сравнении с тобой, — ответил он, заставив улыбнуться ее еще шире. Тут Гарри почувствовал настойчивое похлопывание по плечу. Оглянувшись, он увидел братьев Уизли с каменными лицами.

— Что это такое? — требовательно спросил Рон, скрестив руки на груди. Улыбка Гарри поблекла.

— Вы имеете что–то против? — поинтересовался Гарри, слегка нервничая под пристальными взглядами близнецов.

— Я надеюсь, ты понимаешь, что это наша младшая сестренка, — сказал Фред.

— А значит, ты должен знать, что если когда–нибудь обидишь ее, то отвечать будешь перед нами, — заявил Джордж. Гарри шагнул ближе к братьям Уизли, крепко сжимая в руке ладошку Джинни.

— Я никогда не причиню Джинни вред, несмотря ни на что. Я очень люблю ее и хочу провести всю свою жизнь, показывая ей, как много она для меня значит. Надеюсь, что смогу сделать ее счастливой, это все, чего я хочу. Ради нее я брошусь в огонь. И умру за нее. Отдам свою магию, если это обезопасит ее. Я пожертвую всем, что мне дорого, чтобы защитить ее. Если вы в этом сомневаетесь, попросите у меня что угодно, чтобы доказать вам, что я безумно ее люблю.

Три рыжих парня уставились на Гарри, пристально изучая его. Спустя пару минут они переглянулись и расплылись в улыбках.

— Если так, добро пожаловать в нашу семью! — воскликнул Джордж, коротко обняв удивленного парня, за ним последовали Фред и Рон. Наблюдающие за этим студенты и персонал с жаром зааплодировали, заставив мальчиков Уизли покраснеть от смущения.

— Думаю, это сигнал к нашему уходу, — прошептал Рон. Шутники все вместе поклонились и покинули сцену, направившись в комнату Гарри на вечеринку, к которой присоединились и другие их друзья.

— Поздравляю вас обоих, — произнесла Минерва, так не типично для себя показывая свои эмоции, — надеюсь, что вы будете счастливы вместе.

За директрисой последовали остальные учителя, потом с Гарри разговаривала его семья. Побывав в объятиях и получив поздравления от эльфов, Поттеров, Сириуса, Ремуса и Хизер, Джинни и Гарри отошли в сторонку к своим друзьям.

— Ты ведь не возражаешь, Глен? — спросил Гарри у сына.

— Все в порядке, папа, — с улыбкой ответил Глен, крепко обнимая своего отца и будущую мачеху.

— Вы уверены, что готовы к этому? — спросила Гермиона, слегка нахмурившись.

— Я готов осесть, — сказал Гарри. — Я всегда хотел иметь семью, а теперь, когда угрозы со стороны Волдеморта больше нет, я могу быть, наконец, счастлив. Знаю, у меня есть Глен, Хизер, Мин и Юстас, но мне нужно большее. Можете считать меня эгоистом, но проведя большую часть жизни без любви и заботы, страстно желаешь этого. Я люблю Джинни и хочу провести с ней всю оставшуюся жизнь. Так зачем же нам ждать?

Гермиона обдумала его слова и кивнула, крепко обняв каждого из них. Четверка некоторое время разговаривала, но потом Гарри отвлекся на фигуру, парившую неподалеку и, судя по всему, хотевшую поговорить с ним. Прошептав пару слов на ухо Джинни, он подошел к привидению.

— Тея, ты не возражаешь? — мягко спросил он. Когда она подняла голову и посмотрела на нее, он с удивлением заметил призрачные слезы, струившиеся по ее щекам.

— Все нормально, Гарри. Я счастлива за тебя. Правда, — сказала она, слегка вздохнув. Сейчас Гарри больше всего хотелось обнять ее.

— Тея, я люблю тебя. И всегда буду любить, ты же знаешь, да?

— Но теперь ты любишь и ее тоже, — заключила она, улыбаясь сквозь слезы. Гарри медленно кивнул.

— Тея, ты всегда будешь занимать особое место в моем сердце, но как ты говорила в прошлом, я должен двигаться дальше. Мне восемнадцать; надеюсь, что впереди у меня много лет.

— Я знаю, Гарри, но все равно больно. Я должна думать, что предпочла бы, чтобы ты был счастлив с другой женщиной, чем был несчастлив в одиночестве. Я люблю тебя, Гарри, но должна отпустить. Ты всегда будешь моим другом, несмотря ни на что.

К этому моменту Гарри тоже плакал. Почувствовав движения разума Дамблдора в своей голове, он сделал так, как душа директора принуждала его сделать. Он протянул свои руки, отметив легко мерцание вокруг них, и смог крепко обнять призрака Равенкло. Оба были шокированы, когда его руки не прошли сквозь ее бесплотную форму, а вместо этого мягко обняли ее. Несколько минут они не двигались, а потом с неохотой отстранились. С замиранием сердца они смотрели, как мерцание исчезло, и Гарри отправил мысленное «спасибо» Дамблдору. Он не знал, как старый волшебник умудрился сделать это возможным, но не собирался спрашивать.