Чтение онлайн

– И не говори, – отозвался Серёга, – разве могут быть нудные лекции занятнее истории о том, кто кого и как убил?

– А у вас, что интересного происходит, – обратилась к Насте Мария, которую разговоры о заработках развлекали мало. Единственной ее, как и многих обеспеченных домохозяек, головной болью была проблема, как лучше и качественней потратить сбережения супруга.

Анастасия и сама была рада сменить тему на более для нее интересную.

– Я недавно познакомилась с полотнами великого творца, нашего, к слову сказать, современника, – призналась она Марии.

Выставка эта, на которую попала с подругой-художницей, произвела на Настю колоссальное впечатление, она словно попала в чей-то волшебный сон. Суровые герои и томные красавицы, толстощекие, упитанные дети и высохшие старики, – параллельный мир, сказочный и достоверный одновременно, традиционный монгольский миф, облеченный в ироничную форму. Остановившийся кусочек реальности, застывший в краске момент бытия.

Приятельница слушала с должным вниманием, подтолкнув Анастасию к продолжению рассказа.

– Меня удивило, – восхищалась Настя, – как разительно отличаются от современного европейского искусства полотна этого бурятского художника: неожиданностью парадоксальных образов, контрастом традиционных техник, глубиной национального духа. Не просто изображения, насыщенные характерными свойствами азиатской культуры, – философия необъятных просторов Великой степи.

Настя мысленно вернулась в прошлое, предавшись кратковременным воспоминаниям. Память бережно хранила этнические мотивы, доносившиеся некогда из колонок, расставленных по углам выставочных залов. Музыка служила безупречным фоном зрительному ряду, поддерживала мистический настрой, перенося созерцателей за пределы реальности, созданной величайшим творцом современности. Оставляя их один на один с закрытыми, погруженными в себя аскетичными персонажами этих гениальных картин.

– Твои друзья-художники – нищеброды, – выдернул ее из приятных мечтаний негромкий голос Сергея.

– Да перестань, – возразила ему Мария, воображавшая себя подругой Анастасии, – Настя, например, хорошо рисует и хорошо при этом зарабатывает.

– Не надо путать теплое с мягким, Машуня, – поправил ее супруг, – Анастасия зарабатывает головой, а не рисованием. Ты знаешь, – обратился Сергей уже к Анастасии, – что Ван Гог при жизни продал всего одну свою картину?

– Это легенда, – с досадой возразила Настя, – придуманная неизвестно кем для поддержания образа непризнанного гения. Он продал немного своих картин, но все-таки не одну!

– И, тем не менее, – упорно настаивал на своей мысли Сергей, – при жизни популярным он не стал! Задумывалась ли ты когда-нибудь, Анастасия, зачем людям слава после смерти? К чему им после жизни почести и воздаяния таланту? Живем-то мы сейчас, кушать сейчас желаем и детей сейчас воспитывать приходится… – он замолчал на пару секунд. – Не хочешь, кстати, консультантом моим поработать? Я планирую еще один тренинг запустить в ближайшее время. Какую-нибудь хрень финансовую, разумеется, для новичков. В цене, думаю, сойдемся, я не жадный!

– Как заработать на продаже криптовалюты, например? – подсказал, вмешавшийся в разговор Костя.

– Тоже вариант, – согласился Сергей. – Она же признана официальной, имеет высокий уровень капитализации и, вдобавок, не страшится практически инфляции, поскольку не предусмотрена дальнейшая эмиссия этих монет.

– Решил биткоинов прикупить? – хмыкнул Константин.

– За небольшой сравнительно период курс биткоина существенно возрос, – уклончиво ответил приятель. – Многие жалеют, что не вложили деньги в свое время именно в эту электронную валюту.

– Опять людям голову дурить собираешься? – засмеялся Константин, – да еще и с моей женой?

– Я продаю людям информацию, – возразил Сергей, – а насколько удачно они смогут воспользоваться ей, для меня лично вопрос второстепенный. Ну, так как? – обратился он уже к Насте.

– Я подумаю, – ответила та.

В холодном воздухе питерских улиц витала особенная мартовская свежесть, – чувствовалось первое дыхание весны. Всё более хрупким становился тонкий лёд, стягивающий лужи по утрам, оттаивал к полудню под воздействием нарастающего тепла. Сквозь редкие кучевые облака ярким чистым светом проникали веселые лучи мартовского солнца.

Настя стояла у окна, в руках дымилась кружка с ароматным, обжигающим кофе.

Бодрящий напиток с утра являлся неизменной церемонией устоявшихся офисных будней. Затем читала гороскоп, просматривала личную почту, пересчитывала в сейфе наличность. После чего начинался рабочий процесс. Если неизбежность бытия заставляла менять привычный распорядок, весь день шел насмарку. Перемены Настя любила, но этот утренний ритуал предпочитала оставлять незыблемым, как маленький островок стабильности беспокойного мира, как твердую уверенность в ежедневном восходе солнца.

Через два часа напряженной работы решила сделать перерыв, захватив ненужную более папку с договорами, направилась в соседний кабинет. Отдала документы, поболтала с коллегами.

Проходя мимо стола Максима, Настя посмотрела на него и улыбнулась. После корпоратива их отношения заметно потеплели.

– Что ты смеешься? – заинтересовался он.

– Да так, не важно… – махнула рукой Анастасия.

– Ну, скажи! – настаивал Максим.

– Как-нибудь потом, – продолжала интриговать она.

– Настя! Скажи!

В те мгновения, когда Максим чего-то хотел, но не получал желаемого, слишком сильно напоминал ей капризного трехлетнего ребенка; казалось, еще секунда, он завизжит и затопает ногами.

– Ты действительно хочешь это знать? – прошептала Настя, обнимая его за шею.

– Конечно! – так же тихо ответил Максим.

На какой-то миг она замолчала, потом быстро облизала его ухо и, не оглядываясь, вышла из кабинета.

– Давай, давай, – кольнул в мозг внутренний голос. – Не отвяжешься потом.

– Отстань, – отмахнулась Настя, принимаясь за отчет. Настроение поднялось, работа спорилась в руках.

На вечер решила записаться она в салон красоты.

– Максимке понравиться хочешь? – ехидно осведомилось второе «я».

– Выглядеть хорошо хочу. Это же не запрещено? Косметолога я пока могу себе позволить.

Красивая и обновленная Анастасия вернулась домой, накормила домашних, почитала детям на ночь сказку.

В десять часов вечера раздался телефонный звонок.