Чтение онлайн

— Ну и замечательно! — бодренько сказал я. — Кто скажет мне, что спасение собственной жизни — безумный проект? Может быть ты?

Я шутливо толкнул старика под локоть так, что красное вино пролилось на его одежду. Тщательно промокнув красное пятно поданными слугой салфетками, старик может быть немного резковато но так же внешне вежливо заметил:

— Что Вы ваше высочество, проект спасения собственной жизни ни в коей мере нельзя назвать безумным, однако дело в том, что для этого желательны неподотчётные деньги, а не те, которые Ваш эконом получает у королевского казначея на Ваши проекты.

— Но ведь он не может контролировать всё? — спросил чувствуя что моя гениальная идея начинает трещать по швам.

Старик опять посмотрел на меня как на несмышлёныша:

— Содержание Вас и Вашего двора сумма постоянная и её резкое изменение наведёт на мысль, что тут что-то неладно. А Королевские Бейлифы преданы Королю, а не Вашему Высочеству.

— Так и с этой идеей я тоже в пролёте, — подумал я, машинально ощипывая виноградную кисть. Старик терпеливо ждал, я рассеяно наблюдал за окружающими слушая музыку, доносящуюся из бальной залы.(белый мрамор на полу, стоимостью в шесть тысяч башен без доставки, плюс гномы на отделке плюс эльфийский дуб обработанный по старинной технологии, плюс балкон, спёртый из какого-то дворца в бывшей столице горгон, разборка ручная и доставка контрабандой). Получается, что все известные мне по книгам варианты я уже перебрал, к сожалению ни один из них не выдерживал испытания суровой действительностью.

По парку гуляли местные дамы, конечно явно не ровня мне, но не мог же я жить бирюком, к тому же по проституткам больно то не походишь, аки гарун аль рашид переодевшись в одежду простолюдина. Со мной начинали заигрывать дамы, конечно не те, что входили в истеблишмент этого общества, а те, девочки ловящие свой шанс. Им наплевать было на меня, главное, что фамильная корона принцессы, а за тем и королевы смотрелась на их головке очень замечательно. Мне было плевать, я пользовался этим, а насчёт всего остального — извините.

Опа!

— А вот скажите мне друг мой, кто из нынешних власть предержащих наиболее влиятелен, не как его Величество, но с кем в любом случае приходиться считаться и за кем могут пойти люди в случае если… — я замолчал, видя по глазам старика, что он пока не улавливает смысла, поэтому добавил, — и ещё уточните, не связан ли я какими-нибудь обязательствами в матримониальном плане.

Вот тут до него дошло, и я впервые уловил в его поклоне, нечто, похожее на уважение.

Всю следующую неделю мы перебирали возможности, а вернее перебирал он, я же отдыхал от трудов праведных, высыпаясь до десяти часов и выходя к своему двору в районе обеда. Мой двор. Об этом сборище можно рассказывать долго, поскольку естественно ни одно из известных семейств не прислало ко двору старших сыновей. Мне доставалось по принципу: на тебе боже, что нам негоже.

Младшие сыновья, многие из которых понимали, в какую дупу их сослали собственные родители. Либо же старшие сыновья семейств, которым терять было просто нечего, а я, в случае удачи, давал им хоть какой-то шанс. Неудивительно, что на большинстве народу просвечивала печать обречённости. Но попадались и интересные варианты, потому что просто по теории вероятностей мне не могло достаться всё самое плохое, так у меня появились первые двое приближённых, которым дозволялось присутствовать при моём туалете. Кстати да, я с удивлением узнал, что наблюдать как одевается раздевается твой… ну не знаю как себя назвать, сюзерен, что ли — это привилегия, за которую борются руками и ногами. Весь мой опят предыдущих двух жизней протестовал против этого, но старик сумел меня переубедить, обосновав это суровой необходимостью:

— Объясните Ваше Высочество, чем ещё Вы можете их поощрить?

— В смысле, — я включил дурку.

— Деньгами? Нет. Поскольку их у вас нет и у самого. Поместьями — тоже отметаем, за отсутствием таковых. Должностями? Нет. Какие у Вас должности. Поймите, Ваше Высочество — у вас ничего нет. Самый последний бедняк богаче Вас, поскольку у него есть то, что он может продать, а у Вас нет ничего своего личного.

— Замок?

— В ведомстве короны, то есть как бы Ваш, но только тогда когда Вы станете Королём.

— Одежда?

— Это Ваше, но во избежание колдовства, рекомендовано сжигание неугодных Вашему Высочеству костюмов и за этим следит специальный человек, приставленный Вашими родителями.

— Драгоценности?

— Они все фамильные, любой из этих предметов, как и предметов посуды с королевскими вензелями, вызовет море ненужных вопросов. Да и вряд ли Вы выручите за них достаточное количество средств. Разумеется для того, чтобы прожить безбедную жизнь маленького человека их вполне хватит, а на серьёзное… — и он отрицательно покачал головой.

Я в очередной раз задумался, старик кашлянул, привлекая моё внимание:

— И ещё я бы порекомендовал вашему высочеству, — нерешительно начал он, я одобрительно кхекнул, — не привлекать людей малообеспеченных, поскольку если они умны, то видя Ваше не блестящее положение…

— Чего уж там, — буркнул я, — говори уж прямо — бедственное.

— …не блестящее положение, — упрямо повторил старик, — могут при внешнем выражении искренней дружбы действовать вам в о вред. Ну а если они дураки, — то зачем они нужны Вашему Высочеству.

— А богатые? — спросил я, в принципе уже зная ответ.

— Богатые могут иметь с Вами дело в расчёте на дальнейшую перспективу и их хотя бы тяжело подкупить деньгами. Но надо дать им эту перспективу почувствовать, иначе и их верность станет под большим вопросом. К тому же приближение к своей особе людей разного уровня вызовет некоторую напряжённость в общении, которую вам пока нечем будет компенсировать. Как бы не получилось так, что Вы восстановили против себя и тех и тех.

— Согласен, — после недолгих раздумий сказал я. — Но, как мне кажется пока я не сделал непоправимых ошибок.

— Это и удивительно, — сказал он и повторил, — это и удивительно

Так вот утро у меня начиналось с того, что теперь при моей персоне присутствовали два существа: первым был человек из герцогов Мауни. Младший сын, книжник, зануда и слабак. Ничего хорошего он от жизни не ожидал. Но башка была набита уймой всяческих бесполезных вещей. Второй полная противоположность: писаный красавец, забияка, мозгами, как ни странно не обделён, первый сын барона, правда внебрачный, короче ублюдок. История не новая, каких бывало полно и ещё будет. Жил был барон с женой, а детей у него не было, ну а когда бастард завёлся, он его и притащил в замок. Известное дело, когда бездомную скотину привечаешь, то она тебе больше благодарна, чем та, которая всю жизнь в хороших условия жила. Так и этот, учили его всему прилично и души в нём не чаяли, пока через долгие годы не сумела баронесса забеременеть и родить мальчика. А мальчик у нас кто? Правильно — настоящий наследник и истинный барон. Хорошо, что старик отец оказался порядочным человеком, не прирезал потихоньку, а направил в мой двор, мол счесть оказал, ко двору будущего наследника устроил, раз уж баронский титул и земли не обломились. Я даже читал про подобное, не то в той жизни, не то в по за той. Единственная разница в том, что эта детина здоровенная не возненавидела своих приемных родителей, а продолжала относиться к ним хорошо. Ну или притворялась хорошо, поскольку не могла не понимать, чем всё это может закончиться. Хлюпик же хоть и был младшим сыном, но гонору в нём было поболе, чем в детине. Поскольку и родной сын, пусть и младший и на герцогство прав не имеет, но всё равно. Относились они друг к друг внешне с лёгким презрением, но уважали друг в друге то, чего самому не хватало. Как это уживалось всё вместе в одном флаконе — непонятно. Да и ещё плюс, на содержание каждого, папаши отстёгивали немалую сумму, которой бы и мне хватало. Вот так и было у меня двое человек, ближнего круга, да старик, без которого мне было бы трудно, а без меня бы ему было невозможно. Остальные смотрели и завидовали, а дамочки ещё и в кровать пытались залезть. Ну тут я, право слово, даже не возражал. Ну не выкидывать же их в конце концов за дверь, тем более тело молодое, чего хочет, а онанизмом заниматься при достаточном количестве доступных для меня тел — увольте. Тем боле, это ж благородные, а если не благородную прижать, то тут вообще никаких политесов не требуется. Только благодраны будут, вернее благодарны, в тему очепятка получилась. Правда и несчастные случаи на производстве бывали. Так Альф, доложил мне об одной повесившейся, типа от несчастной любви. Я конечно попереживал, но сделанного не воротишь, тем более это на подачку дворянам у меня денег нет и на глобальные проекты, типа спасения собственной жизни, а заткнуть рот родственникам безвременно усопшей — не вопрос. Да ещё маленькую сестрёнку на работу в замок же пристроить, так они меня за благодетеля считали потом. А парень этой повешенной, вообще никак не отсвечивал. Альф, его пристроил смотрителем летнего берегового домика, ну типа охранника пляжа, да тоже денег дал. Так это чмо, ещё и осуждало ту деваху, которая сдуру в петлю голову сунула, да прикидывало, сколько бы я им бала отвалил, если бы она от меня понесла. А то, что я неделю сам не свой ходил так это плевать, надеюсь на людях незаметно было. Но со служанками я стал с тех пор поаккуратнее. Всё таки с теми, кто сами в постель лезут попроще. Ну это я так, оправдание себе до сих пор ищу. Плевать.

Может показаться, что я сдвинулся по фазе, везде пытаясь найти приключений на свою задницу. Однако моя логика, выстраивала построения, в которых не было ни капли человеколюбия, а чувство опасности наоборот, вопило во всё горло. Ну не наступать же на горло собственной песне. К тому же, несмотря на замысловатый и богатый антураж вокруг себя, мне приходилось заниматься тем же самым, что и во второй жизни — выживанием. Только оно сейчас состояло не из поиска пропитания и выкарабкивания из ямы с дерьмом, в которую меня закинула судьба, а… впрочем именно из этого оно и состояло, что тогда, что сейчас. Поменялись только декорации, а действия и люди остались фактически теми же самыми, сволочами. Только возможностей поубавилось, несмотря на более элитную «квартиру». Но этим вопросом я сейчас как раз и занимаюсь, зарядив на решение этой проблемы человека зависящего от меня и теперь жду чтобы посмотреть, какую гадость он ещё нароет в итоге.