Чтение онлайн

– И тебе привет, мужик! Как дела?

– Да всё по-старому. А что у тебя на шее?

Я изобразил непонимание и затем коснулся рукой своей шеи:

– Ты спрашиваешь о засосах? Ты же знаешь, девчонки просто сходят с ума по мне!

Диего ухмыльнулся:

– И где же эта толпа несчастных? Наверно, это те, которые горюют в бомжатниках района Тендерлойн?

– Что ты! Этих красоток я оставляю тебе!

Диего продолжал рассматривать монету на цепочке:

– Серьёзно, что это?

Мне не хотелось говорить с Диего об этом, и настроение подшучивать пропало тоже. Нехотя, почти через силу, надеясь быстро закончить разговор, я сказал: «Монета».

– Похоже серебро, старинная. Где ты её взял?

– Да один чувак подарил, выглядел как бомж.

Диего засмеялся, ударил меня дружески по плечу, дурачась:

– Похоже не только девчонки сходят по тебе с ума, хорошенький мальчик!

– Пошёл к черту!

– Да ладно, просто подкалываю. Где он её интересно взял?

– Может, клад нашёл. Откуда я знаю.

– Где ты его встретил?

– Да на полянке в парке, где мы иногда играем в футбол. Непонятно, что он там делает.

– Ок, чувак. Увидимся.

– Увидимся.

От разговора с Диего на душе остался какой-то неприятный осадок. У меня возникло ощущение неправильности происходящего. Тяжёлое, гнетущее чувство не покидало меня даже дома. Эпизоды двух последних дней крутились в моей голове в непредсказуемом порядке, как картинки в калейдоскопе. Хотелось увидеть Моисея и разузнать всё о чудесном саде и девушке, но не было сил заставить себя куда-либо идти. Я решил, что подъеду на полянку завтра.

На следующий день, бросив дома рюкзак со школьными вещами, я сразу вскочил на велосипед и по знакомой тропинке отправился в парк. Светило мягкое осеннее солнце, в парке было очень красиво. Пахло листвой и грибами, но ощущение волшебства, заколдованного леса на этот раз не возникало.

Я отыскал полянку быстро. Моисея там не было. Одна из скамеек была опрокинута, рядом со столом лежал разбитый кувшин, а чуть поодаль валялась тряпка, которая мне что-то напоминала. Я поднял её, сел на скамейку и внимательно рассмотрел. Сомнений не было – это была вырванная заплатка с рукава куртки Моисея.

Целый день я разыскивал Диего. Когда, наконец, мы случайно встретились, он сделал вид, что не заметил меня, и попытался быстро уйти. Я догнал его и, схватив за грудки, начал трясти, спрашивая, что он сделал со стариком из парка. Диего не сопротивлялся. Я тряс его как манекен, голова его безвольно моталась взад-вперёд и побледневшее лицо выражало чувство растерянности и страха, которое я никогда до этого у него не видел. Но он не сказал ни слова о том, что произошло. В конце концов Диего вырвался одним резким движением и молча ушёл. После этого мы никогда не встречались.

Майкл слушал меня не прерывая. Когда я закончил, он в задумчивости потёр свой лоб ладонью.

– Диего водился с не очень-то приятными парнями, но я не уверен, что он имеет отношение к твоей истории.

– Почему же он пропал сразу после этого?

– Мало ли чего он мог натворить. Влез в какие-то крупные неприятности и сбежал к своим родственникам в Мексику от греха подальше.

– Вообще-то он из Сальвадора.

– Ну значит в Сальвадор. В любом случае, отыскать его не реально.

– Ты не можешь этого знать наверняка, вполне возможно, что он по-прежнему где-то здесь, даже в самом городе.

– Ладно. Не хочется мне этим заниматься, но сделаю всё, что смогу.

– Спасибо, Майкл.

– Пока не за что.

После разговора с Майклом я отправился в поход по антикварным магазинам и посетил их так много, что просто сбился со счета. Рассмотрев с интересом монету, работники пожимали плечами, качали головой или просто отвечали, что не имеют понятия, откуда она. Наконец кто-то мне рассказал о специализированном нумизматическом магазине и посоветовал обратиться к ним. Не теряя времени, я поехал прямо туда.

Небольшой магазин находился в хорошем месте, в двух шагах от набережной, практически в туристическом районе. Я открыл скрипучую дверь. Покупателей не было. Помещение выглядело каким-то неухоженным и старомодным: складывалось впечатление, что ничего кардинально не менялось со времен открытия бизнеса много лет назад. Видимо, владельцы просто не хотели вкладывать средства в ремонт.

В магазине было сумрачно, но, впрочем, прилавок, под стеклом которого лежало множество монет, был очень хорошо освещён. Под некоторыми из монет находилось краткое описание, страна и год выпуска. Самой старинной из них было лет двести. Я заметил серебряный доллар конца девятнадцатого века, какую-то французскую монету и даже русские пять копеек, выпущенные при правлении Николая II незадолго до революции.

Симпатичная кареглазая продавщица лет тридцати, с любопытством взглянув на меня, внимательно осмотрела в лупу мою монету, затем достала кучу каталогов и начала их быстро просматривать, мурлыча какую-то песенку себе под нос. Не найдя ничего похожего, она открыла компьютер. Через минут двадцать безуспешных поисков продавщица наконец сдалась: «Я позову хозяина. Он в бизнесе лет сорок, – может, знает, что это такое». Она пошла в кабинет и вернулась с худым стариком в фирменных джинсах и в модном джемпере. В левом ухе у него была серьга. Выходя из кабинета, он приобнял продавщицу за талию, улыбаясь и шепча ей что-то. Продавщица не вырвалась и ничего ему не сказала, но выглядела гораздо напряжённее, чем в разговоре со мной.

– Так чем я могу вам помочь?

Несмотря на доброжелательное выражение лица, маленькие серые глазки, светящиеся любопытством и хитростью, не внушали доверия.

– Что вы скажете об этом?

Старик взглянул на монету. Тень удивления на мгновение пробежала по его лицу, и тут же исчезла. Он взял лупу и тщательно осмотрел монету:

– Прекрасная работа! Великолепная копия. Где вы это взяли?

Я проигнорировал вопрос старика:

– Копия чего?

– Ну, это вам точно может ответить только крупный специалист. Я же могу сказать, что скопирована иудейская монета.

– В смысле – сделанная в древней Иудее?

– Да.

– А почему вы думаете, что она не настоящая?

Старик ткнул пальцем с желтоватым ногтём в монету около ребра.

– Посмотрите. Видите эти углубления? Это явно следы обработки на станке.

Я ничего не видел, но кивнул головой, чтобы не спорить:

– Знаете, кто мог бы такое сделать?

– С ходу не скажу, мне надо пройтись по своим связям. Можете оставить монету? Покажу специалистам.

– Нет, оставить не могу.