Чтение онлайн

Такой подход позже вызвал массу нареканий со стороны любителей "изящной словесности", облаченной в нелепые и нудные песни, называемые "русским роком". Эти люди, никогда ранее не слышавшие все эти экс-англоязычные банды, попытались применить к ним свои представления о том, каков должен быть текст в рок-песне. Понятно, на какой музыке были основаны их эти представления!

Нам тоже досталось от таких «специалистов». Наш первоначальный стандарт (второй куплет такой же, как и первый, и припев из четырех строчек) казался им свидетельством чуть ли не слабоумия! Все они обвиняли нас в том, что у нас "плохие стихи". Прошло уже достаточно времени с тех пор, и культурные представления людей в России вроде бы должны были достаточно расшириться за эти годы. Но и сейчас можно не редко услышать, как люди говорят о песнях, как о стихах. "Чуваки! Я тут сочинил 20 песен. Может, что-нибудь из этого вам подойдет" — пишет нам фэн и присылает целую тетрадь нелепых стишков, с приписками к четверостишиям: "1-ый куплет", «Припев», "2-ой припев".

В любом случае, мы не собирались становиться русским роком и, смею думать, смогли найти верный баланс между катастрофически не роково звучащим языком и исполняемой музыкой. Вовану также отчего-то перестала нравиться практика совместного сочинения. Он предложил каждому члену банды приносить на репы готовые от начала до конца песни (музыка и тексты).

Я сделал "When She Was a Punk Girl", "Все, что мне надо — это ты" и "Она больше не любит меня". Родя принес «Весна», «Ночь-день-ночь», "Украл? Выпил?! в Тюрьму!!!" и в основном сочинил "Я пил". Он, очевидно, делал над собой усилия для того, чтобы сочинять песни в нашем стиле. Многие его произведения вызывали ожесточенные споры на репетициях, они были слишком «авторские» и не «лезли», как нам тогда казалось, в концепцию группы. Я дико обламывался от некоторых его вещей, например, песня «Кубик-рубик» по моим понятиям была абсолютно не приемлема для "Четырех Тараканов". Особенно меня в ней раздражала строчка: "Кто-то / все время крутит меня / словно кубик-рубик". Я пытался объяснить Роде, что говорить, а уж тем более петь «кубик-рубик» — не грамотно. Что так прозвали знаменитую игрушку советские лохи, и на самом деле она называется "кубик Рубика". Родя не хотел ничего слушать, настаивал на авторском видении, говорил что-то про особый стиль и творческую свободу. Я был готов принять все его аргументы, но петь «кубик-рубик», при всем уважении, просто не поворачивался язык. Я ничего не мог с собой поделать. В итоге песня была снята с повестки. Также мы репетировали еще одну вещь Вована — «Валидол» и песню Лехи Архипа, которая у автора имела название "Красное солнце", мы же ее прозвали просто: "Песня Архипа".

В апреле 96-го в новом клубе под названием "Форт Росс" мы организовали большой концерт в честь собственного пятилетия. Мы снова сделали огромное количество ч/б афиш формата А4 со смешным коллажем и юмористической шапкой "50-тилетие группы "Четыре Таракана"". Майк Полещук познакомил меня с Таней Романенко, студенткой последнего курса журфака МГУ. Она вела программу "Зеленый коридор" на "Биз ТВ". Таня, или Тутта Ларсен, как она известна теперь, была женой Макса Галстяна, гитариста IFK, и как могла, поддерживала тогда независимую сцену в своей программе. Она несколько раз проанонсировала наше мероприятие. Также нас очень поддержала анонсами и пост событийным сюжетом наша подружка Галя Коперник, ведущая музыкальных новостей ТВ 6, будущая певица 8-ой Марты. Специальными гостями на концерте были заявлены Идиоты и Мэд Дог, новая панк (?) группа бывшей ритм секции Lady's Man. На барабанах в этой группе играл (и играет до сих пор) Снейк, старый глэм фэн, экс — участник наиболее раскрученной в начале 90-х глэм группы Янг Ганз.

Снейк внезапно запарился на собственную группу, ушел от Ленина и увел с собой бас-гитариста и певца Боба. Взяв в ансамбль гитаристку из девчачьей группы Бингер, они втроем сделали отличную поп-панк банду, сильно ориентированную на Green Day. Green Day недавно выпустили свой бестселлер «Dookie», их видео даже показывали по российскому ТВ, и все продвинутые пацаны и девчонки некоторое время торчали на них. Как показало время, "Мэд Дог" оказались не настоящей панк группой. Уже через год после первого концерта они полностью сменили ориентацию. Теперь грандж стал их коньком. Еще через какое-то время модными артистами из телевизора стали группы сорта Republica, Garbage и Foo Fighters — "Мэд Дог" начали играть "альтернативный поп". Появление Placebo внесло новые коррективы в видение музыкантами "Мэд Дог" своей музыки.

"Пятилетие "Четырех Тараканов"" прошло отлично. Мы собрали почти 500 человек зрителей, панки тусовали у входа уже за 3 часа до начала, огромное количество новых фэнов тоже были здесь. Клево выглядящие панк-телки на крутом мейк-апе и прикиде, чуваки в разноцветных волосах и на DIY стаффе — отчего-то сейчас очень малая часть панк фэнов парятся на то, что бы выглядеть оригинально и круто. Теперь люди ограничиваются магазинными ширпотреб-лох майками, но тогда, в 96-ом, большинство выглядело просто заебись!

Примерно в это же время нам поступило предложение записать песню для второй части сборника "Учитесь плавать". «УП» были модной тушей, радиопрограмма Скляра разрослась до серии фестивалей и сборников. Поначалу формат «УП» не был ориентирован на панк банды, их интересовал исключительно «хардкор-мазафака», ну и быть может еще «Наив» с их «дегуманизированными» песнями. Публикой фестиваля была в основном "бейсболочно-козлинобородочная" молодежь, которая активно нас не принимала, то ли считая за лохов, то ли в принципе относясь к панкам с брезгливостью. Себя они максимально дистанционировали от панк-тусни, хотя многие из них достаточно скоро подсели на все наши NОFХ'ы и Bad Religion'ы. На вторую часть сборника его продюсеры планировали также включить и группы в других стилистиках.

Мы решили отдать на «УП-2» нашу новую вещь — "Я пил". Песня была записана на студии в Гнесинском училище, снова с помощью Майка Полещука. Майк превзошел сам себя. Он писал гитары через басовый комб, коммутируя несколько гитарных комбов в тех или иных комбинациях, пробовал писать бас через гитарный комб, короче, изгалялся, как мог. В итоге мы получили отличную запись. "Я пил" на сборнике «УП-2» звучит сытно и ярко. Этот сборник стал первым СД носителем, на котором оказалась наша песня. Также его выход стал поводом для знакомства с нашим будущим лейблом — ФИЛИ рекордз — компанией, выпускавшей сборники "УП".

В мае 96-го мы зарядились во вторую в нашей жизни гастроль — поездку с «Наивом» в Тверь. Концерт организовывал московский промоутер, он подогнал пассажирскую «Газель», и обе группы отправились в поездку. На концерт двух московских групп в Твери было продано 30 билетов, и если «Наивы» сыграли более или менее нормально, то мы облажались по полной. Разбор полетов и взаимные обвинения друг друга на обратном пути привели к тому, что Родя заявил об уходе из группы. Через несколько дней после возвращения из Твери мы все собрались на стрелку. Вован подтвердил свое желание уйти, чтобы сделать собственную группу. Он также сообщил о том, что собирается использовать некоторые вещи своего сочинения в новой группе. Главной причиной ухода Вована была потеря взаимопонимания между нами. Он не понимал, почему мы все чаще и чаще подвергаем критике его песни, мы не могли понять, как такое возможно исполнять со сцены группе под названием "Четыре Таракана". Вовановы песни были слишком "Вовановыми песнями". Чуваку с таким сочинительским стилем нечего делать в группе с устоявшимся пониманием вещей, имиджем и звуком. Такому чуваку также нечего делать в группе с небольшой ориентацией на тексты и огромной любовью к традиционно западным формам рока.

Такому чуваку надо делать свой проект, где он был бы главным, а остальные просто делали бы то, что он говорит. Этой группой стали «Ульи», стартовавшие осенью того же года. Каждый из вас может купить их первый альбом "Шоу бизнес в бреду". Как раз на нем и записаны те самые песни, которые при другом раскладе рисковали стать частью нового альбома "Четырех Тараканов".

Сейчас я люблю слушать эту запись «Ульев». Отличные песни, все заебись. Но только не для нас. Тогдашних, по крайней мере. В последствии Родя также начал принимать участие еще в нескольких ансамблях. Весьма активную роль он сыграл в становлении группы "8-ая Марта". Он также был или остается участником групп «Амударья», "Dub TV", «Шашки» и некоторых других.

Недолгое время (всего несколько концертов) он выступал в качестве второго гитариста группы «Наив», когда тем зачем-то понадобился второй гитарист. "Четыре Таракана" — просто кузница кадров для некоторых групп, не находите?

ОК, кто же будет гитаристом? Нам нужен был пацан без «оригинальничания» как Родя, уважающий наш стафф, ништяк играющий и нормально выглядящий (у Вована в последнее время уже начались его фирменные ульевские заебы, типа "А давайте все выйдем на сцену в трениках с оттянутыми коленками"). Мы сделали предложение Роме Шахновскому, экс-гитаристу распавшихся незадолго до этого Les Primitives. Шахно сидел без дела и предложение принял.

Рома много тусовал в Давыдково, учился в давыдковской французской школе вместе с Родей, Ступиным и многими другими достойными людьми. Он сидел на том же музле что и мы, кое-что сочинял и мог играть на рок-гитаре не очень технично, но нам этого было вполне достаточно.

Мы продолжили репы, теперь уже с Шахновским на гитаре. Были сделаны еще несколько песен, среди них кавер "Плохой погоды" (из кинофильма "Мэри Поппинс, до свиданья") — наш будущий первый радио-хит.

Однажды я тусовал по Горбухе, покупал какие-то пластинки. В Д.К. им. Горбунова тогда располагался офис ФИЛИ-рекордз, рядом с ним я повстречал Игоря Тонких, генерального директора ФИЛИ. Игорь и до этого проявлял некоторый интерес к нашим полуподпольным делам, например, он был одним из тех немногих, кто no-достоинству оценил юмор афиши "Пятидесятилетие "Четырех Тараканов"". Игорь кое-что знал о нас, по его просьбе я как-то завез ему наше новое демо, записанное еще с Родей. В эту нашу встречу Тонких впервые сформулировал предложение, которое потом будет формулироваться не раз и не два и выльется в некий результат только через несколько лет. Звучало это примерно так: "А что, если я предложу контракт?" Игорь — весьма нетипичный для этой индустрии и этой страны бизнесмен. Давление на группы, попытки корректировать творческие вопросы или применение других, более жестких мер влияния на артистов — не его стиль работы. Как правило, ФИЛИ предлагают контракты тем группам, которые им реально нравятся, не только (и не всегда) в плане коммерческого потенциала, а именно в личном плане. Игорь может ходить вокруг да около весьма продолжительное время, присматриваясь к группе, оценивая ее, анализируя те вещи, которые банда делает. Иногда действительно талантливые группы или группы, просто пахнущие будущими деньгами, вдруг резко перестают его интересовать (как это было с "Король и Шут" или Земфирой, например), просто потому, что это не его любимая музыка.