Чтение онлайн

— Даже так?

— Я не знаю. Никаких симптомов вроде бы нет, но я все равно боюсь.

— Хочешь провериться? Я могу пойти с тобой. Я сама хотела сдать анализы.

Она покачала головой.

— Дело скорее не в этом. И к тому же я все равно не хочу знать. Просто я всех подвела.

— Не глупи. Ты сама говорила мне, что приехала сюда, потому что тебе надоело все время оправдываться. Твоя проблема сейчас в том, что ты постоянно угрызаешься. Это пройдет. Ты пока этого не понимаешь, но придет время, и ты будешь даже рада, что у тебя было такое прошлое. Может, даже как-то расскажешь своему мужчине об этой вечеринке, а он будет восхищаться твоим непростым прошлым.

— Ты не поняла. Я причинила людям боль.

— Секс никому не может повредить. Ты придаешь слишком большое значение нескольким нескромным поступкам.

— Мне так стыдно, — всхлипнула она.

— Почему?

— Я не могу тебе сказать. Я сама себе противна.

— Меня нелегко шокировать, — сказала я чистую правду. Мне было жутко любопытно, что же Мэри скрывала от меня. Я ждала, что она разговорится, но она, казалось, закончила свою исповедь, чувствуя, что с моей стороны проявилось что-то еще, кроме сочувствия. Я разозлилась оттого, что она резко замолчала, распалив мое любопытство, хотя я с самого начала не напрашивалась на плаксивые откровения. Я извинилась и пошла в туалет, чтобы сделать некоторый перерыв прежде, чем переменить тему.

— Извини меня, Сара, — сказала она, когда я вернулась. — Мне как-то нехорошо.

— Ничего страшного.

— Прости, что я испортила тебе вечер.

— Это не ты, а Джим.

Она печально рассмеялась.

— Давай поедем куда-нибудь на следующей неделе. Сядем на поезд и уедем из Вестона.

— Мне это нравится.

Я допила свой бокал, и мы ушли из клуба. Я проводила ее до «Одеона», и мы распрощались. Она поцеловала меня, и я осталась одна. Повернувшись, я быстро пошла домой, и за каждым кустом мне мерещился красный спортивный костюм.

ПЯТНИЦА

Мэри протянула мне маленький букетик фиалок. Обрезанные стебельки были завернуты в голубую бумагу, промокшую насквозь, так что с нее капала вода на мой стол. Ни Пол, ни Генри никогда не покупали мне цветов, интуитивно чувствуя, как я на это отреагирую. Я поблагодарила Мэри и спросила у нее, нужно ли поставить их в воду.

— Не бери в голову, — ответила она. — Может, тебе не нравится держать мертвые цветы у себя в комнате. Я не обижусь, если ты выкинешь их.

— Поставлю их в тот старый кувшинчик. Будет выглядеть очень симпатично и оживлять мой стол.

Я взяла коричневый китайский кувшинчик и пошла в маленький закуток, где у нас были кухня и туалет. Мэри пошла вслед за мной.

— Я хотела поблагодарить тебя за вчерашний вечер. Ты не представляешь себе, как мне нужно было выговориться. Когда я пришла домой, то почувствовала, что с меня спало напряжение, которое не оставляло меня уже долгое время.

Я вернулась с кувшинчиком к своему столу.

— Не опрокинуть бы его на компьютер, а то еще ударит током.

— Будь осторожна. — Она села за свой стол.

Я набирала на компьютере текст, не заметив, что сзади ко мне подошел Пол.

— От тайного обожателя?

— Мэри принесла их мне. Симпатичные, правда?

Он ничего не сказал, только посмотрел в сторону Мэри. Его руки лежали у меня на плечах, он взглянул на экран моего монитора. Что-то пробормотав себе под нос, он ушел к себе. Я обернулась, провожая его глазами и думая, что, как бы сильна ни была моя любовь к Нилу, я все еще чувствую непонятную, печальную симпатию к своему боссу.

Я не собиралась ссориться с Нилом. Просто хотела польстить ему, сказав, что он прав и с моей стороны глупо служить на работах, которые ничего для меня не значат, но одновременно мне необходимо время, чтобы отойти от старого уклада жизни, и, как бы я ни хотела провести вечер пятницы с ним, ему придется встретиться со мной в полночь, после окончания моей рабочей смены в клубе. Но, когда мы стали это обсуждать, я начала наскакивать на него, воспринимая все его слова как личную обиду Даже не поблагодарила за то, что он убрал мою комнату, и не сказала, какое благоприятное впечатление он произвел на Сильвию. Когда мы расставались, он согласился встретить меня, но предупредил, что не может дать никаких гарантий по поводу своего состояния. В конце концов, сказал он, если я собираюсь убить вечер, работая в клубе, то мне грех жаловаться на то, что он проведет свой вечер, выпивая с друзьями. Стремясь побыстрее закончить нашу перепалку, я сказала ему, что буду рада его видеть даже подвыпившим.

И уже только на работе я вдруг подумала о том, что не знаю, будет ли среди его друзей Джим. Вроде бы Джим был единственным его приятелем в Вестоне. Я понимала, что за лето трудно хорошо узнать человека, но не могла себе представить, что на Джима можно положиться. Как Нилу удавалось, зная об абсцессе во рту у Джима, спокойно выпивать вместе с ним? Это было выше моего понимания.

Эйдриан пришел через полчаса после того, как началась моя смена, прямо перед началом вечернего наплыва посетителей. Борода его исчезла, и кожа на подбородке была нежно-розовой, как только что затянувшаяся рана. Теперь он выглядел гораздо приятнее, хотя нисколько не похудел и упорно носил кольца и цепь в стиле «хеви метал». Тем не менее было понятно, что он начал возвращаться в нормальное состояние.

— Что случилось? — спросила я.

Свернув кожаную куртку и засунув ее в пустую ячейку для туфель, он погладил рукой свой подбородок и сказал:

— Пока никак не могу привыкнуть. Все время чего-то не хватает.

— Как долго ты носил бороду?

— Как только она начала расти. Я имею в виду настоящую бороду, а не цыплячий пушок.

Я поняла, что даже теперь, когда бороды больше нет, он все равно гордится ею. Эйдриан был довольно суетным и тщеславным, но в то же время, казалось, спокойно скрывал те привлекательные черты, которые у него были. Интересно, нашлась бы какая-нибудь женщина, которая увлеклась бы таким самовлюбленным типом? Кстати, у него ведь тоже сложилось какое-то мнение обо мне. Любопытно, какое.

У стойки ждала молодая семья. Мать заплатила за три игры, пересаживая ребенка с одной руки на другую, когда доставала деньги из кошелька. Ребенок внимательно меня рассматривал, высунув свой розовый язычок.

— Девятая дорожка, — сказала я им, — та, которая свободна, в центре.

Эйдриан отпустил меня на пять минут раньше, и я пошла на площадь, чтобы подождать там Нила. На улице стало прохладно, и я порадовалась, что взяла с собой куртку. Я немного нервничала, ожидая, что Нил придет пьяным и мы опять начнем ссориться. Сегодня мне хотелось только, чтобы меня утешали и подбадривали. Ну, может, еще немного медленного, легкого секса.

Хотя если он будет пьяным, то не обратит внимания на мою пропотевшую униформу. Сразу же, как мы придем домой, я приму душ, но все равно было бы неприятно, если бы он отстранился от меня. Я посмотрела на свое отражение в витрине магазина и провела расческой по волосам. Выглядела я неплохо, к тому же старалась избегать сегодня на работе всяких физических нагрузок.

Засунув руку за пояс брюк и сделав вид, что заправляю рубашку в брюки, я вытерла пот в ложбинке у ягодиц, потом поднесла пальцы к носу и понюхала их. Интересно, с какой стороны придет Нил. Наверное, он провел вечер в пабе «Звезда».